Чтение онлайн

– Для того, чтобы что-то знать, необязательно видеть это. Вы разве не знали этого?

Интересно... Знать не зная. Видеть не видя.

– К сожалению - нет. Возможно, вы сможете восполнить пробел в моих знаниях.

Я подхожу ближе. Ведь уже совсем ни к чему скрываться и прятаться! Да и не люблю я разговаривать со стенами да воздухом. Гораздо приятнее видеть глаза собеседника... Потому что по ним можно предсказать его реакцию.

Глаза ведь зеркало души.

А Ольга отводит их. И смотрит куда угодно, но только не на меня... Чаще всего на картину, которой только еще суждено стать чем-то большим, чем просто куском холста...

– Если вы настаиваете...

– Настаиваю.

Я нетерпелива. И это моя слабость. И причина многих ошибок...

– Слепой, в отличие от зрячего, никогда не полагается на свои глаза, госпожа Лилит. Он просто не может сделать этого! Ведь он не видит ничего. Его удел - вечная темнота. Но при всем при этом эти люди способны, при достаточной подготовке, конечно, быть очень хорошими воинами. Как вы считаете - почему?

– Откуда мне знать? Я же не слепая.

– Все дело в их потрясающем слухе. Он становится словно бы компенсацией отнятому зрению. Вот и весь секрет. Я просто слышала, как вы разговаривали с Полозом.

А наедине со змеем она обращается к нему исключительно на "вы"...

– Но с вашими глазами вроде бы все в порядке...

– Да. Сейчас. А когда-то все было иначе.

Заметка на память - еще раз прочитать досье этой художницы. Хотя я готова поклясться, что про ее зрение там не сказано абсолютно ничего... Память-то у меня, как и у Полоза с Цербером, стопроцентная!

– Как интересно!

– Да нет, в общем-то... Просто мне когда-то повезло. Или наоборот - не повезло. Это уж с какой стороны посмотреть. Вот и все.

Ну-ну! Так и быть - сегодня я тебе поверю. Потому что причина для разговора у меня совершенно другая...

– А вы, случайно не знаете, чего это Полоз ходит такой злой в последнее время, а?

– Нет. Не имею ни малейшего понятия.

– Да? Жаль... А я-то надеялась, что хоть вы что-то знаете...

Девочка, ты же не машина! Ты просто не можешь работать без передышки столько времени! Это - невозможно...

– К сожалению, ничем не могу вам помочь... впрочем, вы могли бы спросить самого Полоза об этом.

Пыталась уже. Безрезультатно. Иначе с чего бы это я тут разговоры вела? Да еще такие... дружелюбные. Да еще с той, кого хочу убить...

– Пожалуй, я воспользуюсь вашим советом...

– Бог в помощь.

Вот так ненавязчиво заканчивают разговоры. Мол, не мешайте, у меня еще очень много работы... и ее надо выполнить в кратчайшие сроки! Так что - скатертью дорожка вам многоуважаемая госпожа Лилит.

Ладно. Будь по-твоему, девочка. Сегодня я от тебя отстану. Тем более, что работа есть не только у тебя, но еще и у меня...

Надо взять какого-то преступника, который возомнил о себе слишком много. Переступил границу. Позволил присвоить себе то, чем владеет только Инквизиция. Власть над чужими жизнями. Возможность решать, кому жить, а кому - умереть.

Я умею убивать медленно... Но сегодня мне хочется расправиться со своим задание побыстрее. Да еще и свалить все на Сопротивление надо. Для профилактики. Чтобы эти дети там не расслаблялись!

Поэтому на охоту я выйду поздно ночью. И подожду свою жертву на его маршруте до дома... Он ведь у нас добропорядочный гражданин! Способный, однако, шутя расправиться с любым. Почти... До нас, созданий Инквизиции он все-таки не дотягивает. Причем, очень и очень сильно. Ведь мы - почти совершенны в своем умении обрывать чужие жизни...

И ждать.

Долго-долго! Столько, сколько обычный человек просто не способен!

Так что... все уже решено. Приговор вынесен. Теперь надо его осуществить... А это дело нескольких минут! А потом можно и погулять сходить... Кажется, недавно открылась выставка работ того неизвестного художника... В подполье где-то. Надо у Цербера будет уточнить.

Хоть узнаю о том, что рисует эта "заноза Инквизиции". Ну, заодно и выявлю тех, кто выступает против власти Инквизиции, возьму на заметку всяких инакомыслящих, да еще и получу эстетическое удовольствие. На симпатичную вещь всегда приятно посмотреть...

Но это - позже. Сейчас меня ждет работа.

* * *

Самое сложное - не упасть. Не свалится от усталости на этот узорчатый пол. Не закрыть навечно глаза, чтобы не видеть ничего. Совсем-совсем. И не слышать шагов моих наблюдателей... Которые только сменяются... не давая мне возможности передохнуть и расслабиться. Даже на мгновение.

Но я не жалуюсь.

Сама виновата. Жила бы потише - все было бы иначе. А так... Терпи! Ничего другого у меня и не остается.

Но как это трудно! В особенности постоянно чувствовать чужой взгляд между лопаток. И слышать шорох чужих одежд. Конечно, из зала угол в котором постоянно стоят слуги Инквизиции, не просматривается... Но это не так важно. Для меня. Ведь на моей стороне мое умение слышать много больше остальных.

Потому что я была слепой. Несколько месяцев, долгих и жутких, меня сопровождала темнота. Беспроглядная и беспросветная. И, что самое главное - об этом никто не знает. Даже родители с сестрой... Потому что это моя тайна. Моя и моей бабушки, которая рассказывала мне о Боге. Которая учила меня верить.

И это именно она поставила мне диагноз... Как-никак бабушка была врачом! Причем, одним из лучших в нашем мире на всех трех планетах! Ее даже Инквизиция никогда не решалась очень сильно теснить... Потому что хорошие врачи нужны всем! Даже Инквизиторам.

А я...

Когда-нибудь я могу полностью ослепнуть. И тот раз был лишь сигналом. Первой ласточкой с предупреждением...

Мне нельзя нервничать, переживать и волноваться. Совсем. А еще болеть. Чем угодно... Потому что тогда моим спутником становится сильнейшая головная боль. Настолько, что голову поднять невозможно... И лекарства ослабить ее не могут. Никакие.

И для меня это значит жить в вечной темноте... Которая иногда приходит ко мне в гости нежданно-негаданно, заставляя плакать от собственно бессилия. Ведь в этом состоянии я не могу ничего... Совершенно!

И жизнь становится бессмысленной. Хотя я не должна так говорить... Ведь жизнь сама по себе - бесценна! И дело можно найти всегда! Были бы руки да желание...

Сейчас, правда, приступы стали только чаще... И это - тревожно. Мне надо успокоится и отдохнуть. Перестать так... психовать. Нервные же клетки - не восстанавливаются.