Чтение онлайн

Симби и Сатир так крепко сжимали друг друга, что глаза у них лезли на лоб и чуть не лопались от натуги, оба они были все мокрые от пота, точно попали под проливной дождь. Вдруг Сатир одним прыжком вскочил Симби на шею и стал целыми клоками выдирать ей волосы. От страшной боли Симби свету невзвидела, она заскрипела зубами и, не помня себя от ярости, потащила Сатира к глубокому озеру. И все пыталась сбросить в воду, а Рали била его по голове тяжеленным камнем. Сатир старался пригнуть голову Симби и окунуть в озеро, чтобы Симби захлебнулась, но тут Рали что есть мочи ударила его по спине. И, пытаясь вырваться из рук Симби и отомстить Рали, он на свою беду поскользнулся, упал головой вниз — и в тот же миг пошел ко дну.

А Симби и Рали пустились бежать со всех ног, чтобы уйти подальше, прежде чем Сатир выберется из воды.

— Видно, всевышний помог мне одолеть этого Сатира. Ведь у меня ни силенок, ни храбрости, чтобы сражаться с ним, — едва слышно проговорила Симби.

Сатир барахтался целых полчаса, и как только ему удалось выбраться на берег, сразу же кинулся в погоню за девушками: он хотел убить и сожрать их. Уж очень жаль ему было упускать добычу. Но как он ни спешил — все понапрасну, так и не сумел нагнать девушек. Они ушли далеко-далеко, и он потерял их из виду.

— Ничего, они еще попадутся мне в джунглях, и я непременно прикончу обеих. Им от меня не уйти. Кстати, что ж это за «Иро» такое? Я знаю Ироми — водяную букашку, но что такое «Иро», в которую, по словам этой Симби, она умеет превращаться? Ну, постой, мы еще встретимся и тогда посмотрим, чья возьмет.

Так говорил Сатир, возвращаясь с пустыми руками. Он весь позеленел от страха и злости.

А девушки зашли в самую глубь Черных Джунглей и увидели утес с плоской вершиной. Место было открытое, освещенное солнцем. Здесь они и остановились. Едва очутившись наверху, Симби повалилась на камень, и Рали села рядом. Симби была так слаба, что пальцем не могла пошевельнуть, и лежала, будто мертвая. Ведь она сражалась с Сатиром, который был куда сильнее ее.

Минут двадцать провалялась Симби в изнеможении, и когда Рали увидела, что она никак не приходит в себя, то очень испугалась. Она подумала, что Симби умирает.

— Ну, как ты? — спросила Рали тихо.

— Ничуть не лучше. А теперь еще дрожь бьет, — прошептала Симби.

— Опять дрожь? — Рали совсем растерялась. — И костра нет, чтобы тебе согреться.

— Какой там костер! Добыть бы хоть чего-нибудь поесть, уж очень есть хочется, — пожаловалась Симби.

— А где ее взять, еду-то? Тут ничего не найдешь, — ответила Рали.

— Ты бы все-таки поискала, может, какие плоды попадутся, — посоветовала Симби слабым голосом.

И Рали оставила ее на скале, а сама стала ходить от дерева к дереву и все искала съедобные плоды. Она забиралась все дальше и дальше, пока не отошла от утеса на целую милю.

Но через несколько минут после того, как она оставила Симби, над скалой показался орел. Он искал пищу для своих птенцов. А птенцы сидели на высоком могучем дереве. Когда-то давно верхушку этого дерева сорвало сильным ураганом. Но ствол уцелел и был в триста локтей высотой. Его прорезало большое дупло, оно огромным зигзагом опускалось от вершины чуть ли не до самых корней.

Когда орел заметил Симби, неподвижно лежавшую на скале, он решил, что это какое-то мертвое животное. И сразу же пал на девушку камнем. Схватил ее когтями за платье и взмыл кверху. Тут-то их и увидела Рали. Она наконец отыскала плоды и как раз возвращалась к Симби.

— Рали! Рали! На помощь! Спаси меня от орла! Не дай ему унести меня, прошу тебя! Спаси! — кричала Симби.

— Ах, Симби! Симби! Не давай орлу унести себя! Попробуй сама вырваться! Не оставляй меня одну в джунглях, не улетай! — в испуге кричала Рали.

Так они громко перекликались, а орел между тем уносил Симби прочь. И когда он уже скрылся за деревьями и холмами, Рали горько зарыдала. Ведь она осталась совсем одна, не с кем слова сказать, не с кем идти вместе. Она бродила по Черным Джунглям и все горевала по своей подружке.

— Если бы это случилось со мной, и ты бы горевала не меньше!

Проплутав около четырех месяцев, она повстречала Кадару, Салу и других девушек, а также и Бако Петуха, и дальше они пошли все вместе.

Через несколько минут орел подлетел к дереву, где было его гнездо. Он сбросил Симби вниз, в самую середину гнезда, чтобы птенцы могли ее съесть. Но дно гнезда не выдержало ее тяжести, и она провалилась в дупло. К счастью, Симби даже не оцарапалась, потому что упала на мягкие перья и листья.

И вот лежит Симби в глубине дупла совсем без сил. Кричит, зовет на помощь, но нет кругом никого, некому вызволить ее из беды, только охрипла понапрасну.

Сверху струился свежий воздух, и Симби немного отошла. Она сгребла листья и перья к одной стороне дупла. Выбрала те, что помягче. И сделала нечто вроде подстилки. А перья эти нападали в дупло из гнезд орлов, ястребов, попугаев и других птиц, что жили на верхушке дерева.

Растянулась Симби на подстилке, легла на спину и стала смотреть сквозь листву на небо, такое далекое-далекое. Вдруг подоспеет какая-нибудь неожиданная подмога? Но небо было затянуто тучами, и она ничего не могла разглядеть.

Вспомнила она свою богатую мать, горько улыбнулась про себя и сказала:

— Ох! Вот мне и конец пришел, и лежу я в могиле, хоть пока жива. Ах, в те дни, что я жила у своей богатой матушки, она, бывало, и завтрак мне сготовит, и обед, а то так даст чего-нибудь перекусить! А теперь вот уж три дня, как у меня во рту росинки маковой не было! Не будь я такой дурочкой, послушала бы я, что мне говорила мама и другие, и не пыталась бы узнать, что такое Нужда и Муки. И вот сейчас терплю муку смертную. Несколько часов назад я разлучилась с моей подругой Рали, и мне не с кем даже словом перемолвиться. Только вчера я сражалась с Сатиром и победила его! А сегодня орел унес меня со скалы и бросил в это дупло.

Конечно, если Рали найдет дорогу и вернется в родную деревню, она скажет матери, что меня унес орел. Сегодня я наконец поняла — верно старики говорят: «Кто совершит небывалое, увидит невиданное!»

Так с тоской говорила себе Симби, а есть хотелось все сильнее и сильнее.

— Ах! Чего бы мне поесть? — вздохнула она, села и задумалась. Потом соскребла кусок мягкой древесной сердцевины, поглядела на него с минуту и сунула в рот. Долго жевала она древесину, но в конце концов не смогла проглотить ее и выплюнула, и снова слезы рекой полились по щекам.

Потом Симби встала и обошла дупло. Она изо всех сил барабанила по стенкам и громко кричала: все надеялась, что кто-нибудь услышит и поможет ей выбраться. Но поблизости не было ни души, да и ее стук не доносился наружу. Тогда Симби вернулась в свой угол и села на подстилку. Она долго кусала от горя пальцы, а потом молвила со слезами:

— Ах, мама, мамочка…

И только она это сказала, как вдруг сверху, из орлиного гнезда, на правое плечо ей упало четыре плода. Сначала она сильно перепугалась, думала, новая беда нагрянула. Но потом взяла их в руки, разглядела хорошенько и принялась за еду.