Святая Русь - Сын Александра Невского
Шрифт:
Лицо парня веселое и открытое, кудри русые, брови черные, глаза васильковые.
«Никак мать у этого детины красавицей была. Пригожий купец, - невольно подумал Ратмир Елизарыч и предложил:
– Заходи в терем, Васюта Лазутыч. Потолкуем малость.
Васютка несколько удивился: ни один еще переяславский боярин его в свои хоромы не приглашал.
Угостив гостя, боярин, поглаживая грузной рукой каштановую бороду, спросил:
– Не поведаешь ли, Васюта Лазутыч, в каких городах тебе довелось быть?
– От чего ж не поведать?
– простодушно отозвался Васютка.
– В Суздале, Угличе, Ярославле, Юрьеве Польском, Владимире…
Когда купец завершил перечислять города, Ратмир Елизарыч вновь вопросил:
– Как народу в тех городах живется?.. Все ли великим князем довольны?
Благодушное, слегка продолговатое лицо Васютки стало серьезным.
– Всюду несладко, боярин. Едва ли не впроголодь. А всего хуже в стольном граде. Князь Ярослав весь свой люд непомерными оброками обложил. Не почитает народ великого князя, и не токмо во Владимире.
– Что ж о нем говорят?
– Ничего доброго. Сплошная хула. Во всех городах слух идет, что ливонские крестоносцы на северо-западные земли нападают, вот-вот на Ростово-Суздальскую Русь полезут, а великий князь и оком не ведет, да всё на Орду оглядывается. Не люб народу такой повелитель Руси. Многие люди в большом смятении.
– Ты прав, Васюта Лазутыч, на Руси беспокойно, она в ожидании беды, - раздумчиво протянул Ратмир Елизарыч, и, помолчав некоторое время, пристально глянул купцу в глаза.
– А скажи мне, Васюта Лазутыч, пойдет народ в ополчение, коль его князья позовут?
– Князья?.. Смотря, какие. За Ярославом Ярославичем, как я мекаю, не шибко потянутся. Нет ему веры.
– А за кем же потянутся? В народе называют какое-нибудь имя?
– Скрывать не буду. Называют, боярин. Сына Невского - Дмитрия Александровича. За него народ гору своротит. Уважаемый князь.
– Добро, - довольно кивнул Ратмир Елизарыч.
Прощаясь, боярин молвил:
– Будешь в Переяславле, заезжай. Мне с таким купцом непременно надо дружбу водить.
– Благодарствую, боярин.
Пока Васютка шел к красному крыльцу длинными переходами, встречу попадались сенные девки. Те смущенно жались к сухим бревенчатым стенам, кланялись в пояс, томно вздыхали вслед.
– И до чего ж лепый. Господи, родится же такой добрый молодец!
Г л а в а 3
НЕЖДАННАЯ ВСТРЕЧА
Пустой торговый обоз отъехал верст пять от Переяславля. Васютка был в добром настроении: и товар выгодно распродал, и с интересным боярином познакомился. Таких бояр не часто встретишь. Обычно - спесивые, напыщенные, за версту не подступишься. А этот приветлив, прост в обращении, и умом Бог не обидел… Где-то раньше он слышал имя Ратмира Вешняка… Да что же это, Господи! Как-то за обедом от отца и слышал. Отец что-то немногословно обронил о переяславском боярине, а он, Васютка, мимо ушей пропустил. И вот судьба всё же свела с Вешняком.
– Глянь, Васюта Лазутыч, девка шествует!
– прервал раздумья купца Харитонка.
Марийка, как увидела на дороге пустые торговые подводы, тотчас, забыв о Качуре, кинулась им навстречу.
– Подвезите, люди добрые до Переяславля. Ноженьки не идут.
– Какой тебе Переяславль, когда мы в Ростов едем. Вот чумовая!
– рассмеялся Харитонка.
Марийка удрученно вздохнула:
– Выходит, мой город в другой стороне… Ну, да как-нибудь потихоньку доберусь.
Васютка внимательно оглядел девушку. Милолицая, с пышной, растрепанной косой, но вид у нее усталый, измученный, будто сто верст прошагала. Да и сарафан ее местами изодранный, словно через дремучий лес пробиралась. И к тому же босая. Странно увидеть такую девушку вдали от деревень, на лесной дороге.
Васютка спрыгнул с телеги и близко ступил к чудаковатой незнакомке.
– Уж не заблудилась ли?
Марийка как глянула в лицо молодого статного парня, так и обмерла: вот именно такой добрый молодец ей и грезился Заволновалась, потупила очи, зарделась, и это смущение невольно передалось и Васютке.
– Заблудилась, - не поднимая очей, кротко отозвалась Марийка.
Васютка, сам не ведая от чего, порывисто повернулся к Харитонке и Митьке и приказал:
– Вы поезжайте в Ростов, а я девушку до Переяславля подброшу.
Харитонка недовольно покачал головой:
– Прости, Васюта Лазутыч, но мы без хозяина не можем возвращаться. Олеся Васильевна разгневается. Да и дед отругает.
– А вы потихоньку езжайте. Я вас догоню.
Васютка решительно развернул заднюю подводу и поманил рукой к себе девушку, коя будто к земле приросла.
– Садись, красна девица… Как кличут тебя?
– Марийкой.
– Славное имечко. А меня Васюткой… Да ты не стесняйся, я за подвоз с тебя ничего не возьму.
Купец взмахнул кнутом, гикнул, и сытый конь рысью помчал по укатанной дороге.
– Как же ты заблудилась, Марьюшка?
Голос у Васютки благожелательный и задушевный, а назвал-то как ласково: «Марьюшка». Никто еще девушку так не называл.
Марийка, с трудом преодолев смущение, вновь глянула в лицо Васютки, и сердце ее учащенно забилось. Какие добрые и доверчивые глаза у этого парня! Так бы и смотрела, смотрела в них.
– Тут долгий сказ, Васюта Лазутыч.
– А нам спешить некуда, - и купец убавил прыть коня.
– Рассказывай, Марьюшка… Нет, погодь. И до чего ж я бестолковый.
Васютка развязал один из узелков и протянул девушке сладкие петушки на тонких, белых ножках и медовые пряники.
– У братьев моих детки маленькие. Гостинчик им везу. Угощайся, Марьюшка. Ты, поди, проголодалась.
– Спасибо, Васюта Лазутыч. Я уж до дома потерплю.
– Да ты не стесняйся, Марьюшка. Пряники сами в рот просятся. Не так ли?
– весело молвил Васютка.
– Так, - улыбнулась Марийка. Она и в самом деле была голодна и с удовольствием скушала лакомый пряник.
Васютка тотчас протянул ей другой, но девушка отказалась:
– Оставь малым ребятам, Васюта Лазутыч. Я уже сыта.
– Говорю, не стесняйся. И не зови меня Лазутычем, а просто Васюткой.
– Так тебя твои люди величают. Видать, ты человек важный. Да и по одежде видать.
– Да никакой я не важный. Торгую помаленьку. Ныне деревяшки для бояр в Переяславль привозил. Не привык я, когда меня по отчеству величают. Кличь меня Васюткой. Хорошо, Марьюшка?
– Не знаю, - вновь потупила очи девушка.
– К любому имени привыкнуть надо. Но чует душа - человек ты добрый.