Чтение онлайн

– Потому что Тот, Кто все из небытия привел в бытие, все что — на земле и на небе, — призрев на Свои разумные творения [531] , которые, по причине устремления к большему [532] , привели себя в негодность, дарует, вот, им Самого Себя, — чего нет ничего большего, ни равного, ни приближающегося, — и предлагает Себя желающим быть причастниками Его, дабы уже с тех пор мы возмогли безопасно для себя пользоваться стремлением к лучшему, вследствие коего стремления в начале, мы подвергли себя крайней опасности, и, чтобы каждый из нас желая стать Богом [533] , не только были бы неповинны (за такое стремление), но и — достигли бы то, что желаем. Чудесным же образом Он отстраняет повод, бывший от начала, для падений; повод же этот был: наблюдаемые в существах превосходство и инфериорность, и вследствие этого проистекают зависть и коварство, а также явная и скрытая враждебность. Так, начальник зла, возжелав быть не ниже ни одного из Ангелов, но в превосходстве быть равным Самому Творцу, первый в мире, без того, чтобы кто–нибудь предшествовал ему испытал ужасное падение; затем, одержимый завистью и нападая обманом, он и Адама стащил в адскую глубину, на основании подобной ему жажды к большему, и таким образом ставшего тяжким для восстановления и нуждающегося для своего воззвания в особом Пришествии Божием, которое ныне и совершилось, самому же себе раз и навсегда причинив неисцельное падение, как стяжавший гордыню не по преемству (от кого–либо прежде него бывшего), но ставшего само–зло и исполнение зла и предлагающий себя желающим участвовать с ним в зле… Итак, соблаговолив ныне упразднить основание для гордыни, которая губит [534] Его разумную тварь [535] , Бог совершенно уподобляется ей: и так как по Своему естеству Он равен Самому Себе и неизменен [536] , то делает, чтобы и тварь была бы по своему естеству равной самой себе и неизменной [537] . И каким образом совершает это? — Тем, что Самое от Бога Бог Слово, неизреченно истощив Себя [538] и снисшед с высоты (Своей) в человеческую худость [539] , и соединив ее неразрывно с Собою, и смирившись и обнищав по нашему образу, сущее долу соделал горним; лучше же сказать: свел и то и другое во едино: Божество сочетав с человеческим естеством; и таким образом всем показал путь, ведущий к горнему, и этот путь — смирение: Самого Себя предложив днесь в пример людям и святым Ангелам.

– На основании сего Ангелы ныне прияли непоколебимость (в добром устроении), научившись на деле от Владыки пути высоты и уподобления Ему, заключающемуся не в гордости, а в смирении; на основании сего люди обладают легкодоступным средством для благоисправления, познавая, что смирение является путем к восстановлению; на основании сего началозлобный, сущая сама гордыня, постыжден и низвержен: казавшийся раньше якобы твердо стоявшим и нечто представлявшим собою: как покоривший себе и увлекший с собою (жаждою к большему, возбужденной в них его действием), других же надеясь покорить чрезмерностью безрассудства, — теперь он представляется игрушкой, явно уличенный теми, которые были раньше злостно обмануты им. И ныне, когда родился Христос, он попирается теми, которые раньше находились под его пятой, которые ныне не высокомудрствуют (гордятся), как этот проклятый предлагал (Быт. 3:1–5), но подражают смиренным, как это делами явил пример Спаситель, и путем смирения приобретают премирную высоту.

– Ради этого, восседающий на Херувимах Бог (Иез. 1:25, 26; 10:1, 2), на земле как Младенец предлежит сегодня; Невидимый для шестикрылых Серафимов, — не только естество Его, но даже и сияние славы Его вполне не могущих созерцать, почему и покрывают они крыльями свои лица (Ис. 6:1, 2), — ныне представляется земному зрению и предлежит плотским очам, став Плоть; Определяющий всему границы и ничем Неограниченный, объемлется сделанными на скорую руку и малыми яслями; Содержащий все и горстью делающий это солидным [540] , малыми пеленами пеленается и малыми повязками сдавливается; Обладающий богатством неизждиваемых сокровищ, добровольно подвергает Себя такой нищете. чтобы даже не иметь себе места в жилище, — почему и вертеп принимает, и в таких условиях рождается Сущий Родившийся от Бога вне времени, безстрастно и безначально. И (о, какое чудо!), не только Своим рождением облекается в поверженное естество, Сущий одного естества с Высочайшим Отцем, и не только приемлет эту крайнюю нищету, родившись в убогой пещере, но сразу же, еще будучи во чреве Матери, воспринимает крайний приговор. бывший от начала, нашему естеству [541] , и сочисляется и записывается с рабами Сущий естеством Своим Владыка всего мира, — всецело делая (земное) рабство ничем не бесчестнее (земного) владычества; лучше же сказать: являя рабов более заслуживающими чести, чем бывший в то время владыка [542] , если только они будут внимать и покоряться Величию (Царству) благодати; потому что представляющийся тогда быть владыкою земли не причислил себя к Царю Небесному, но только — все подвластные его; и тогдашний владычествующий землей не вошел в их число; причислил же Себя к ним Небесный Владыка.

– Праотец Давид в одном месте воспевает Богу по причине ныне Родившегося от его отечества: «Руце Твои сотвористе мя и создасте мя, вразуми мя и научуся заповедем Твоим» (Пс. 118:73). Почему это он говорит? — Потому что только Создатель может даровать истинный разум. Человек же ощутивший и осознавший ту честь, которую наше естество прияло от Бога, быв руками Его создано по Его образу, вдумавшийся в Его человеколюбие, прибежит к Нему и послушает и научится заповедям Его; насколько же больше (сделает это), если осознает, по силам, великую сию Тайну нашего воссоздания и воззвания? Потому что, поскольку создав Своею рукою наше естество от земли и жизнь от Себя вдунув в него, Тот, Кто все остальное создал единым словом, — произвел его (это естество) как разумное создание, так и озаренное свободой воли, чтобы оно управлялось своими мыслями и по своему движению; сочетав же себя с советом лукавого, окраденное и бессильное устоять коварству (лукавого), оно не сохранило присущее ему достоинство, но соскользнуло в то, что противно — его естеству, то посему ныне не только Он рукою чудесно воссоздает его, но и удерживает его, не только Сам восприняв и подняв его от падения, но и непостижимо облекшись в него и нераздельно соединившись с ним родившись от женщины, Бог вместе и Человек, чтобы возвысить это же самое естество, которое Он создал в Праотцах (Адаме и Еве); воспринимает же это естество от Девы, дабы соделать нового человека.

– Потому что если бы Он происходил от семени, то тогда бы Он не был Новым Человеком, и будучи ветхой чеканки и наследником его недостатка, не мог бы восприять в Себя полноту чистого Божества и стать Источником неоскудеваемого освящения, так чтобы преизбытком силы не только смыть осквернение оных Прародителей, осквернение происшедшее от греха, но также довлеть и для освящения последующих людей. Потому — как для постоянного напоения города, и то какого–нибудь очень большого города, не довлела бы имеющаяся в водохранилище вода, но необходимо, чтобы город имел в себе источник воды (потому что таким образом он никогда не сдастся врагам, вынужденный жаждой), так не мог бы довлеть для постоянного освящения всем ни человек, ни святой Ангел, так чтобы освящать всех путем общения с ними в приобретенной ими благодати, но необходимо — чтобы тварь имела в самой себе источник, так чтобы приобщающиеся к нему и пиющие от него, пребывали неодолимыми со стороны внедрившихся в ней немощей и недостатков. Поэтому не Ангел, не человек, но Сам Господь пришел и спас нас, ради нас став как мы Человеком, пребывая неизменным Богом. Потому что строя Новый Иерусалим и уже возводя Себе храм из одушевленных камней, и собирая нас в священную и всемирную Церковь, Он утверждает в ее основании — которое есть Сам Христос (Еф. 2:20) — приснотекущий Источник благодати. Потому что полная Жизнь и владычнее и присносущное, всемудрое и всемогущее Естество соединяется с естеством, которое по неразумию было введено в обман и по немощи поработилось лукавому: и, вследствие неимения в себе божественной жизни, лежало в адских глубинах, — соединяется, дабы присвоить ему мудрость и силу и свободу и непрекращающуюся жизнь.

– И посмотрите на непосредственные знамения сего неизреченного соединения и пользы, которая проистекает от сего и на тех, которые — далеко. Звезда спутешествует Волхвам, останавливаясь, когда и они останавливались для отдыха; и когда они движутся, она вместе с ними проходит путь, а лучше сказать: она сама их влечет в путь и призывает, начиная поход и предводительствуя им: когда они движутся, представляет себя в путеводительство, а во время, когда они дают передышку телу, и она уступает им и сама остается на месте, чтобы, если бы оставила их, не огорчить своим отсутствием от представления, что она оставила свое путеводительство их незаконченным; потому что, действительно, она не мало огорчила их, скрывшись от них, когда они пришли в Иерусалим. Почему же она скрылась, когда они пришли туда? — Дабы избавить от подозрения, по причине расспросов, глашатаев родившегося по плоти в то время Христа. Если же они и настаивали узнать от иудеев: где, по священным предречениям, рождается Христос? — однако в это время им опять явилась божественная звезда, научая нас этим уже больше не от иудеев искать сущее в законе и у пророков, но — стремиться к небесному учению, пришедшему с небес, чтобы нам не лишиться вышней благодати и светолития. Когда же они вышли оттуда (из Иерусалима), снова явившись, она обрадовала их и повела их, идя перед ними, «дондеже пришедши ста верху, идеже бе Отроча» (Мф. 2:9), конечно, вместе с ними поклоняясь Земному и вместе Небесному Младенцу. И она, поистине, их первых привела, как рождественский дар родившемуся на земле Богу; и по причине их ассирийский народ, согласно словам Исаии: «И будет в оны дни первый народ Богу Ассириане, и после сих Египтяне и третий — Исраиль» (Ис. 19:1, 23, 24), — что, как вы видите, ныне сбывается: потому что поклонение от Волхвов сразу же сменилось на Его бегство в Египет; благодаря чему Он освободил египтян от идолов (Ис. 19:1), а после возвращения оттуда, Он избрал достойный для Своего удела народ Божий из среды Израиля. И, вот, это ясно предвозвестил Исаия; сами же Волхвы пали ниц, принося золото и ливан и смирну Тому, Кто Своею смертью, — символ чего была смирна, — даровал нам божественную жизнь, — образом чего был ливан, — и даровал нам божественное озарение и царство, что изображало собою золото, приносимое Начальнику присносущной славы. По причине Родившегося сегодня и пастыри вместе с Ангелами составляют общий хор и тот же воспевает похвальный гимн и общую начинают песнь; не потому, что бы Ангелы взяли в руки пастырские свирели, но потому что пастыри были озарены светом Ангелов и оказались в среде небесного воинства и научаются от Ангелов небесному гимну, лучше же сказать: вместе небесному и земному. Потому что они вещают: «Слава в вышних Богу и на земле мир» (Лк. 2:14). Потому что Обитающий в вышних и Держащий небесные высоты, ныне землю имеет Своим престолом, и славится на ней и в равной мере, как там (на небе) славится Святыми и Ангелами Его [543] .

– Но что за причина общего сего Ангелов и людей славословия и что это за многохвалебная и до такой степени радостная для пастырей и всех людей благая весть? «Се бо», говорит Ангел пастырям, «благовествую вам радость велию, яже будет всем людем» (Лк. 2:10). Итак, что это и какая эта всемирная радость, возвещаемая евангельским гимном, говорящим: «Мир, в человецех благоволение», — выслушай до конца, и узнаешь. — Ибо Бог, Который разгневался на человеческий род и подвергший его страшным проклятиям, ныне пришел во плоти, имея Свой мир даровать им и примирить их с Высочайшим Отцем. Потому что Ангел возвещает пастырям: «Родился не нам, Ангелам, хотя ныне на земле Он бывает видим, Кого на небесах мы воспеваем, но вам, людям, т. е. — ради вас, а также и в вашем естестве родился Спаситель, Христос Господь, в городе Давидовом». — Что же желает присущее миру благоволение Божие? — Присущее миру, потому что: «мир», говорит Ангел, «благоволение в человецех». Случалось когда и раньше Он являл примеры мира к людям: потому что и Моисею Бог «глагола, якоже аще бы кто возглаголал к своему другу» (Исх. 33:11); и Давида Он нашел по Своему сердцу (Деян. 13:22); и самому всему Иудейскому народу Он явил знамения мира, снисшед ради них на гору (Синайскую) и говорив к ним из среды огня и мрака, но — не в благоволении: потому что благоволение — угодная сама по себе и предшествующая и совершенная воля Божия. Итак, предшествующая и совершенная воля Божия в отношении к неким людям или одного из народов не заключается в (оказанном им) благодеянии, и оно не было «совершенным»; посему, как «сыновьями» Бог называл многих, Единый же есть Тот, «в Котором Его благоволение» (Мф. 3:17); так и многократно Он даровал людям Свой мир; единый же есть оный мир, который заключает в себе также и Его благоволение, мир, который, благодаря Воплощению Господа нашего Иисуса Христа, дается как совершенный и неизменный всякому народу и всем желающим.

– Такой, братие, мир сохраним в нашей среде, насколько это — в наших силах: потому что его мы восприяли как наследие от родившегося ныне Спасителя нашего и Дарователя нам духа усыновления, благодаря чему мы, воистину, стали наследниками Богу, сонаследниками же Христу (Рим. 8:17). Будем в мире с Богом: делая угодное Ему, целомудрствуя, истинствуя, делая правду, «в молитвах и молениях терпяще» (Деян. 1:14), «воспевающе и поюще в сердцах наших» (Еф. 5:19), а не только губами. Будем в мире с самими собою: покоряя плоть духу и избирая образ жизни по совести и имея внутренний в нас порядок [544] мыслей благоустроенным и благоговейным; потому что таким образом мы погасим сущий в нас самих и подлинно междоусобный (внутренний) раздор. Будем в мире и друг с другом: «приемлюще друг друга и прощающе себе, аще кто на кого имать поречение: якоже и Христос простил есть вам» (Кол. 3:13); и проявляя милосердие друг ко другу, вытекающее из взаимной любви, как и Христос, только по любви к нам, помиловал нас и ради нас сошел до нас; потому что таким образом, Его помощью и благодатью вызванные от греховного падения и поднявшись высоко путем добродетелей, «будем иметь жительство на небесах» (Фил. 3:20), на основании чего мы с надеждой ожидаем освобождения от тления (Рим. 8:21) и наслаждения небесными и вечными благами, как чада Небесного Отца, что да будет всем нам получить в будущем во славе Пришествия и явления Господа и Бога и Спаса нашего Иисуса Христа, Которому подобает слава во веки. Аминь.

– Покаяние является началом и серединой и концом христианского образа жизни: поэтому оно взыскуется и долженствует быть и прежде святого крещения и в святом крещении и после святого крещения. При божественном крещении от нас требуется отчет: потому что оно является торжественным обещанием с нашей стороны иметь добрую совесть перед Богом и договором и обязательством проводить богоугодную жизнь и иметь образ жизни приятный Богу. Потому что, уверовав, мы соединяемся с благим и преблагим Христом, отрекаясь от лукавого и вселукавого врага, и обещаем держаться всеми силами благотворных Божиих заповедей, при этом удерживаясь от всякого злого намерения и дела; итак, вопрошаемы, мы отвечаем или непосредственно сами или через наших восприемников [546] , как это бывает при крещении младенцев, — что то, во что мы уверовали, это самое мы с любовью приняли в душу, и мысленно дали обет (или: заключили договор). И поскольку, согласно Апостолу: «Сердцем убо веруется в правду, усты же исповедуется во спасение» (Рим. 10:10), то совершив доброе исповедание устами, мы получаем спасение в Бане Пакибытия [547] .

– Поскольку же и божественную сию купель и все то, что связано с ней, большинство, получая в младенческом возрасте, не сознают значение совершаемого Таинства, то, давайте, теперь, когда и наступающий Праздник сего требует, мы вкратце откроем слуху всех нас: в чем заключается сие значение. Потому что, думаю, что не малая будет польза, особенно же для слушающего со вниманием, от воспоминания и исследования всего того, что священно совершается в божественном (святом) крещении. Потому что благодаря приведению сего на память, осознав, что нечто из принятых при оном обязательств мы позднее презрели (нарушили) или чему–либо и даже начала не привели в дело, мы путем покаяния исправим это. — Итак, иерарх, поучив приступающего, ищущего крещения, сначала сам внутренно настроившись в добре, как подражатель любящего добро Владыки, духовно воссылает благодарение Богу, Единому Хотетелю и Промыслительному Подателю всякого блага. Затем он созывает сущую в его распоряжении Церковь: т. е. со–празднующих и содействующих спасению приходящего к святому крещению, — и став вместе с иереями у Священной Трапезы, дабы вместе с ними совершить явное благодарение [548] , после сего, выйдя, общественно вопрошает пришедшего: чего желая, он пришел в Церковь? — Когда же тот ответил, — или сам по себе или, если это малолетний ребенок, — что желает при его посредничестве и содействии быть Божиим и получить божественное (таинство); на это иерарх ему говорит: «Поелику имаши приступити к истинному и совершенному и безгрешному Богу, то долженствует, дабы и твое приступание было соответствующим сему, а также принятие на себя обязательств и дальнейшая твоя жизнь, т. е. подобает, чтобы это было истинным, цельным и безукоризненным»; и таким образом указав ему, в чем состоит образ жизни по Евангелию Христову, он опять вопрошает его: действительно ли он готов жить таким образом? Когда же тот подтвердит это, святитель его знаменует (осеняет крестным знамением) и предписывает священникам удостоить его внесением его имени в список (православных христиан), таким образом вчиняя его в число спасающихся, как человека возлюбившего животворящий образ жизни. Затем, помолившись опять Богу, иерарх заповедует ему снять с себя все одежды и, поставив его лицом на запад, как бы самым жестом, отвергнуть и дунуть и отречься от сатаны; и это отречение, путем вопроса (со стороны епископа крещающемуся) совершается трижды. Обозначает же сие обнажение от одежды — отвержение древнего человека и его нечестивой жизни; а то, что он смотрит на запад, обозначает самым жестом отвергнуть уклонение в мрачный грех; дуновением же он это показывает: выдыхая и отвергая и как бы отбрасывая вон диаволу, как его собственность, приверженность к нему; троекратным же исповеданием отречения обозначает твердое и полнейшее притечение от супостата к Богу. По окончании сего, святитель велит имеющему быть крещенным повернуться на восток и, простерши руки, сочетаться со Христом, делая это путем троекратного вопрошения (со стороны епископа к крещаемому). Смотрение же на восток изображает взирание к божественному Свету человека бегущего от зла; вздымание рук знаменует молитву, стяжавшую дерзновение («пепаррисиасмэнин просэвхин»); то, что крещающийся исповедует три раза свою решимость быть причисленным ко Христу, представляет незыблемость его завета с Богом. Таким образом, его, — удалившегося от всякого зла и пришедшего всеми силами к всесовершенному Добру, — святитель три раза знаменует (помазует в форме крестного изображения на челе) святым елеем помазания и предоставляет священникам совершить помазание остальных частей тела. Это помазание обозначает приготовление крещающегося к священным подвигам, на основании чего следуя по стопам Первого Свидетельствовавшего при Понтийском Пилате — Христа, таинственно умирает вместе с Ним, становясь мертвым греху. Божественное крещение является символом (знамением) Его смерти. После же священного помазания, он немедленно приводится к священной купели, чтобы предосвятится («прокатагиастиси») многовидными и всесвященными действиями и молитвенными призываниями; затем иерарх крещает пришедшего, три раза погружая его в воду, при каждом погружении призывая каждую в отдельности из Трех Покланяемых (Божественных) Ипостасей.

3. Вода имеет в себе очистительное свойство, но не — в отношении душ; и для погружаемого в нее она обладает свойством смыть загрязнения, но не — скверны, происшедшие на основании греха; посему — чтобы даровать ей такие свойства [549] в нее погружается, ради нас, крещаемый Врач и душ и Отец духов, взимающий грех мира Христос, Крещение Которого мы и предпразднуем сегодня. Потому что вместе с Собою Он внедрил в воду благодать Пресвятаго Духа, которую привлек свыше, чтобы для крещаемых затем в Него, погружаемых в воду, в ней находился Сам Он и Дух Его, сообщающий Себя им неизреченно и усваиваемый ими и исполняющий очистительной и просвещающей разумные существа благодатью; и это — то, что говорит божественный Павел: «Елицы во Христа крестистеся, во Христа облекостеся» (Гал. 3:27). Три погружения в воду бывают во имя спасительного призывания Живоначальной Троицы, но и изображают тридневное погребение Господне, Погружениям же следуют равночисленные восхождения из воды: потому что иначе не могли бы совершаться и три погружения; в равной же мере означают они и воскресение (или: востание) от греха трехчастности души, и возведение в нетление сих трех: ума, души, а также и тела: так что в божественном крещении можно видеть и смерть и жизнь, погребение и воскресение, по образу Господа, Который «еже умре единою; а еже живет, Богови живет» (Рим. 6:10); что и Сам Он говорит: «Яко грядет мира сего князь, и во Мне не обрящет [550] ничесоже» (Ин. 14:30); так долженствует быть и по отношению к нам, крестившимся в Его смерть; потому что, путем божественного крещения, умерев греху, мы должны жить Богу, путем добродетели, дабы князь мрака, придя и ища, не нашел бы в нас ничего угодного ему. И как, после того, как Христос востал от мертвых, «смерть Им ктому не обладает» (Рим. 6:9), так и нам, после востания, путем божественного крещения, от греховного падения, долженствует иметь тщание больше уже не быть обладаемыми грехом. «Яко елицы во Христа Иисуса крестихомся, в смерть Его крестихомся. Спогребохомся убо Ему крещением [551] , да якоже воста Христос от мертвых славою Отчею, тако и мы во обновлении жизни ходити начнем» (Рим. 6:3).