Чтение онлайн

– Посему и иерарх, облачив крестившегося в светлую одежду и помазав божественным миром и соделав его причастником Христова Тела и Крови, отпускает, явив его чадом Света, на основании сего ставшего единым телом со Христом и причастником Божественного Духа; потому что мы и возрождаемся и становимся сынами Божиими, небесными — вместо земных: и вечными — вместо привременных, после того как Бог таинственно всадил в сердца наши небесную благодать и печать усыновления, помазанием божественного сего мира знаменуя нас и печатлея Всесвятым Духом в день Искупления, если только сие исповедание мы сохраним до конца незыблемым и обещания исполним делами, а если бы что не сделали, возместим это покаянием. Посему и после божественного крещения требуются дела покаяния; если же оно отсутствует, то наши слова обещания Богу не только не способствуют, нам, но и идут нам в осуждение. — «Лучше есть тебе еже не обещаватися, нежели обещавшуся тебе, не отдати» (Екл. 5:4); и как говорит корифей Апостолов, Апостол Петр: — «Лучше бе им не познати пути правды, нежели познавшим, возвратитися вспять от преданныя им святыя заповеди. Случися бо им истинная притча: пес возвращся на свою блевотину: и, свиния омывшися, в кал тинный» (2 Пет. 2:21; Прит. 26:11); другой же из Апостолов говорит: — «Покажи ми веру твою от дел твоих» (Иак. 2:18); и: — «Кто верен? — да покажет от добраго жития веру свою» (Иак. 3:13 парафр.). Сам же Господь говорит: «Что Мя зовете: Господи, Господи! — и не творите яже глаголю?» (Лк. 6:46). Потому что Бог, будучи живым и истинным, и от нас требует истинных обещаний, и веру живую, а не мертвую; а вера без дел мертва есть (Иак. 2:26).

– Но поскольку покаяние является началом и концом христианского образа жизни, то посему Господень Предтеча и Креститель, полагая начало образа жизни по Христу, проповедывал говоря: «Покайтеся, приближи бо ся царствие небесное» (Мф. 3:3). И Сам Господь, Совершенство всего прекрасного, проповедуя, говорил то же самое (Мф. 9:13; Мк. 2:17; Лк. 5:32; 1 Тим. 1:15). Покаяние же заключается в том, чтобы возненавидеть грех и возлюбить добродетель, и уклониться от зла и сотворить благо; предшествует же сему самопорицание за свои прегрешения и раскаяние пред Богом и устремление к Нему с сокрушенным сердцем и ввержение себя в пучину Его щедрот, признавая себя недостойным считаться в числе сынов Божиих, как и Блудный Сын, каясь, говорил: «Господи, несмь достоин нарещися сын Твой: сотвори мя яко единаго от наемник Твоих» (Лк. 15:19). Посему и Господень Предтеча и Креститель, представляя всем людям царство небесное, свидетельствует о том, что оно приблизилось, дабы, вот, по причине величия божественного и небесного царства, люди сочли себя недостойными его и порицали себя, что и бывает началом спасения для всякого и исходной точкой обращения к Богу. Но и секирою он угрожает и решительно утверждает, что она лежит при корне дерева, угрожая вот–вот посечением его; посечение же есть приговор Божий на оправдывающих самих себя и грешащих без всякого раскаяния, согласно которому (приговору), вырванные и из здешней, и из будущей жизни, они отсылаются в мрачную и неугасающую геенну. Посему и неугасимым горением угрожает Креститель, имеющим объять тех после посечения, являя чрез это — весь ужас Божиего гнева и оное вечное мучение, — чтобы этим обратить в чувство оный бесчувственный народ, а также и позднейших людей, подобных им.

– Предтеча Господень побуждал не только к началу покаяния, которое выражается в отстранении от зла и в полезном сокрушении сердца, но требует и плодов, достойных покаяния. Какие же это плоды? — Прежде всего, это — исповедь; что и делали приходящие в то время к Иоанну Крестителю. Потому что говорится: «Исхождаху и крещахуся во Иордане, исповедающе грехи своя» (Мф. 3:5–6). Затем: праведность, творение милостыни, умеренность, любовь, истина; как он говорит им: «Ничтоже более повеленнаго вам творите»; и: «никогоже обидите, ни оклеветайте»; и: «Имеяй две ризе, да подаст не имущему: и имеяй брашна, такожде да творит» (Лк. 3:11–14). «Всяка дебрь исполнится, и всяка гора и холм смирится» (ст. 5) [552] . Что же он хочет сказать выражением: «долы наполнятся, и холмы смирятся»? — То самое, что Господь ясно возвещает: «Яко возносяйся, смирится: смиряяй же себе, вознесется» (Лк. 18:14). «И будут», говорит Иоанн Креститель, «стропотная в правая, и острии в пути гладки, и узрит всяка плоть спасение Божие» (Лк. 3:5–6) [553] . «Стропотный путь» (кривизна) это: — ложь, обман, клевета; «неровный же путь» это: — гнев, ненависть, зависть, злопамятство; — что все исправляется и сглаживается делами покаяния. И таким образом: «всяка плоть», т. е. — всякий человек из всякого народа и рода, исправивший и выпрямивший себя покаянием, «узрит спасение Божие».

– Говоря же это вам, братие, я не мало скорблю душою, сравнивая, как это мы, удостоившиеся многого благодаря крещению во Христа, даже и того не исполнили, что требовал Иоанн от приходящих к его крещению, хотя от даемого тогда Иоанном крещения, настолько разнится крещение, подаемое Господом, которого мы удостоились, насколько благодать Божиего Духа превосходит воду; и показывая это, Господь сказал Ученикам: «Иоанн убо крестил есть водою, вы же имате креститися Духом Святым» (Деян. 1:5): и Иоанн крестил с тою целью, чтобы люди уверовали в Грядущего (Христа). Господь же от Себя перестроил Иоанново крещение, таинственно внедрив от Себя в это крещение приснотекущий источник благодати. Потому что, в то время, когда Иоанн учил сему приходящих к нему, приходит Иисус из Назарета Галилейского на Иордан, чтобы креститься от Иоанна. Приходит же не после двенадцатого дня со дня Своего Рождения, как это ныне мы совершаем праздник, с прекрасной целью в течение года совершить память всего совершенного ради нас по Богочеловеческому домостроительству [554] , но приходит быв тридцатилетнего возраста, — как повествует Лука (Лк. 3:23), — являя Себя как один из среды народа и не обнаруживая Себя чем–либо отличающимся (от других людей), (приходя) в простоте и крайнем смирении и безвестности.

– Однако, Иоанн, прозорливым духом узнав Его, возвестил о Нем народу: «Посреде вас стоит, Егоже вы не весте, Той есть грядый по Мне» — по рождению во плоти и по явлению (Своему народу) — «Иже предо мною бысть» — как Бог и Божие Слово и Божий Сын, родившийся от Отца прежде веков, и ныне в Себе несущий телесно полноту Божества; «Емуже несмь достоин, да отрешу ремень сапогу Его» (Ин. 1:26–27). Сандалия же Бога Слова что иное есть, как, конечно, не плоть ли, в которую Он, ради нас, обулся? «Ремень же сандалий» — это способ сочетания Божества и плоти, который, поскольку он неизреченен, то ни он — выше которого нет из рожденных женами, — не довлеет, чтобы разрешить (тайну) и исследовать. «Той», говорит он, «вы крестит Духом Святым и огнем» (Лк. 3:16), т. е. — огнем просвещающим или же карающим, согласно заслугам каждого человека, получающего то, что отвечает его душевному состоянию. Мы все являемся Его словесной нивой; Он имеет, отвечающую сей ниве, «веялку в руках», т. е. — служебные силы и Ангелов, служащих будущему суду, разделяющих плевелы от пшеницы; в выражении же: «рука», понимай: «власть». «И отребит», говорит, «гумно Свое», т. е. — весь мир, «и пшеницу», т. е. — плодотворных в праведности, «соберет в житницу Свою», т. е. — в небесные обители; «плевелы же», т. е. — неключимых в подвигах добродетели, «сожжет огнем негасимым» (Мф. 3:12). Если же — неугасим оный огонь, и материал для сожжения не истощим, то этим он представляет вечность наказания.

– Это, вот, именно Иоанн говорил народу и до пришествия Господня на Иордан и в присутствии Его. Видя же Его преклонившегося (для принятия крещения), он сам преклонившись, «возбраняше Ему, глаголя: аз требую Тобою креститися»: потому что будучи порождением ветхого семени и наследником оного грехопадения и происшедшей, на основании сего, скверны, и я сам имею нужду получить от Тебя очищение, и Ты ли, Воплотившийся без семени от Святыя Девы, и как Бог — единый сущий безгрешный, приходишь, Владыко, ко мне? — Владыка же, повелевая рабу, — «Остави ныне», говорит ему. Прибавил же «ныне», потому что после Крещения Господня, в равной мере все оное место стало духовной купелью; и вместе с Иоанном объемлет и всех прочих, как от источника от Божественного оного Тела, изливающаяся на всех Божия благодать, объемлющая всех достойных и божественным образом просвещающая и искупающая от праотеческого проклятия. И это — то, что сам Иоанн возвестил после сего: «Сей есть, Егоже рех Иже по мне грядет, предо мною бысть, яко первее мене бе; и от исполнения Его мы вси прияхом» (Ин. 1:16, 30). — «Остави убо ныне», говорит ему Иисус, — «тако бо подобает нам», т. е. Мне; является же это и Владычним повелением Иоанну; «Тако бо подобает нам исполнить всяку правду» (Мф. 3:15), т. е. — не оставить ни одну из божественных заповедей не исполненной Мною; человеческое же естество таким образом совершенно оправдать и исполнить его еще более очевидным образом божественной и присносущной благодатью; поэтому явно прияв от тебя крещение, Я привлеку на человеческое естество Дух усыновления свыше.

10. Иоанн, услышав Владычнее повеление: «остави», уже не имея что возражать, допустил Господу креститься (от него); мы же о дальнейшем из предлежащей темы будем говорить после, потому что это — предмет принадлежащий главному дню (праздника Богоявления). Поелику же Сей Дух и приходит и уходит по Своей воле, как обладающий равной силой со Отцем и Сыном, и пребывает в живущих в покаянии, не покидая и согрешивших, как мы познали на опыте Давида, но отступает от грешащих и не чувствующих при этом раскаяния, как было с оным Саулом, — то да будет всем нам, делами и словами и мыслями в течение всей нашей жизни держась покаяния, иметь Его всегда обитающим в нас, вразумляющим нас и лелеющим нас и подающим нам высочайшее спасение ныне и присно и во веки веков. Аминь.

– Вчера, собравшись вместе с вами в церковь, когда мы предпраздновали День Светов (Праздник Богоявления), я разъяснил то, что следовало, говоря вашей любви о крещении во Христа, которого мы удостоились и которое является познанием Бога и принятием с нашей стороны обязательств в отношении Его: верой и познанием Истины, которая — в Боге; договором же и обещанием с нашей стороны иметь и дела и слова и образ жизни угодные Богу, — что посредством символов совершается (при крещении). Но уча об этом, мы тут же прибавили, что оные священные символы и чрез них и совместно с ними принятые на себя словами обязательства, если при этом не будут исполняться на деле, не только не приносят пользу человеку, но и справедливо навлекут на него осуждение. Затем мы растолковали учение к народу Иоанна Пророка и Предтечи и Крестителя, которое и само по себе определяет сущность его крещения: потому что оно заключается в познании Бога, как мы сказали; Предтеча же и Креститель Господа и Бога и Спаса нашего Иисуса Христа своим учением вводит нас в познание Его, возвещая Его Превечным и Владыкою всего (мира), Судьею же живых и мертвых, Своею властью вводящего достойных в присносущные обители, осужденных же изгоняющего в геенну, и свидетельствуя, что Он — Господь и Ангелов, а себя причисляя к числу последних рабов (Его). Поскольку же крещение является не только познанием Бога, но и нашим обязательством иметь доброе поведение и совершать угодные Богу дела, то поэтому Христов Предтеча и Креститель приводил не только к познанию Христа, но и проповедывал покаяние и требовал плодов достойных покаяния: — праведность (справедливость), творение милостыни, умеренность, любовь, истину; и показывая, что принятие на себя обязательства, если не будет сопровождаться делами, отнюдь не оказывает пользу, но и подвергает человека осуждению, — угрожал секирою (посечением) и представлял неугасающий огнь и говорил: «Всяко древо, еже не творит плода добра, посекаемо бывает, и во огнь вметаемо» (Мф. 3:10). К тому же мы растолковали вашей любви также и слова, обращенные к Самому Господу, приходящему для Крещения, сказанные Крестителем, который не решался, уклонялся, просил освободить его от сего дела и скорее сам искал принять крещение от Господа. Но (мы также растолковали) и ответ ему со стороны Господа, как слова Владыки, повелевающего рабу, вместе же с тем — и как другу и родному по плоти, открывающего ему тайну и показывающего благовидные причины (для сего Крещения); и в нашей речи мы тогда дошли до того места, когда Иоанн, покорившись, допустил Господа ко Крещению. Осталось же прослушать нынешнее евангельское чтение, повествующее сие: «Крестившись Иисус, взыде абие от воды: и се отверзошася Ему небеса, и виде Иоанн [556] Духа Божия сходяща яко голубя и грядуща на Него. И се глас с небесе глаголя: Сей есть Сын Мой Возлюбленный, о Немже благоволих» (Мф. 3:16–17).

– Великая и возвышенная, братие, заключается в сих немногих словах тайна Христова Крещения: с трудом поддающаяся рассмотрению и трудно объяснимая, и не менее — с трудом постижимая; но поскольку она имеет очень большое значение для спасения, то, покорившись Побуждающему исследовать Писания [557] и дерзнув, возьмемся исследовать, насколько это постижимо, значение тайны. Как, вот, в начале (мира), после того как Бог сказал: «Сотворим человека по образу Нашему и по подобию» (Быт. 1:26), создав в лице Адама наше естество, Он — чрез всажденного в него живоначального [558] Духа, явленного и данного ему, явил вместе с этим и Триипостасность Творческого Божества, в то время как вся прочая тварь была приведена в бытие и явлена как бы единым словом Слова и глаголющего Отца; так ныне при воссоздании нашего естества во Христе, Дух Святый, явившись из пренебесных областей схождением на Него, крещающегося во Иордане, явил тайну — спасительную для разумных существ — Высочайшей и Всемогущей Троицы. По какой же причине при творении и при воссоздании человека является тайна Святой Троицы? — Не только потому, что он единственный на земле является таинником и поклонником Ее, но и по той причине, что он единственный — по образу Ее. Потому что чувственные и бессловесные твари животного мира имеют в себе только дух жизни, да и тот сам по себе не в силах существовать [559] , совершенно же лишены бессмертного ума («ну») и дара слова (или: разума); существа же сущие выше всего чувственного (материального) мира — Ангелы и Архангелы — хотя и духовны и разумны, имеют бессмертный ум и слово (разум), но не имеют в себе животворящего духа, а поэтому и телом не обладают, которое получает жизнь от сего животворящего духа; человек же, единственный созданный по образу Триипостасного Естества, обладает бессмертным умом и даром слова (или: разума) и духом, который дает жизнь (сопряженному с ним) телу, поэтому и имеет тело, имеющее от него жизнь. Поскольку при воссоздании нашего естества, на Иордане явила Себя Высочайшая и Всемогущая Троица, словно Первообраз запечатленного в наших душах Ее образа, то крещающиеся во Христа после Христа, крещаются тремя погружениями в воду; Иоанн же крестил единым погружением. И обозначая это, Евангелист Матфей говорит: «Крестився Иисус взыде абие (тотчас) из воды».

– «И се», говорит, — т. е. в то время, как Он еще не совсем вышел из воды, но только выходил из нее — «отверзошася Ему небеса». Но напрягите ваши мысли, братие, молю, и внимайте умом со всем вниманием к тому, что говорится, для того, чтобы понять смысл тайны Крещения во Христе. Так, схождение Христа в воду и погружение в ней предозначало Его сошествие во ад; как и восхождение Его из воды предъявило Его Воскресение из мертвых. Посему естественно и соответственно сему для Него, восходящего из воды, немедленно отверзлись небеса; поскольку при Своем сошествии в ад, Он, быв ради нас под землею, выходя оттуда, отверз для Себя, а также и для нас, все не только земное и связанное с землею, но и самое высочайшее небо, куда затем с телом вознесшись, Он — «предтеча о нас вниде» (Мф. 6:20). Потому что, как спасительную Свою Страсть Он предъявил чрез таинственный Хлеб и Чашу и затем передал сие Таинство верным совершать его во спасение (Мф. 26:26–29), так и сошествие Его во ад и восшествие оттуда таинственно предъявив чрез сие Крещение в Него, Он затем передал сие верным совершать во спасение: Себе Самому предоставляя мучительность и тяжесть, нам же даровав с самого начала общение в Его Страстях, но без испытания мучительности их, и делая нас, по слову Апостола, соединенными с Ним подобием смерти Его, дабы удостоить нас в свое время и обетованного Воскресения (Рим. 6:8). Потому что имея душу и тело как у нас, которые от нас ради нас Он восприял, телом Он подъял Страсти и смерть и погребение, и самым Востанием из гроба провозгласил бессмертие и самого тела, и в память сих событий передал нам совершать Бескровную Жертву, и благодаря ей, как плод ее, получить спасение; душою же Он сошел во ад и восшел оттуда, всем дав участие в присносущном свете и жизни, и для показания сего передал нам совершать божественное крещение, и благодаря сему, как плод сего, стяжать спасение: — благодаря тому и другому таинствам и благодаря обоим: Душе Его и Телу Его, обожествленным и содержащим в себе семена подлинной жизни. Потому что на этих двух Таинствах основывается все наше спасение; все дело Богомужного домостроительства [560] сосредоточивается в этих двух (таинствах).

– «Отверзошася Ему небеса», — не «небо», говорит, но — «отверзошася Ему небеса», т. е. — все небеса: все сущее горе, — дабы, не видя ничего из принадлежащего горнему миру и выше нас лежащее, не подумал бы ты, что есть нечто лежащее выше и более высокое, чем ныне Крестившийся (Христос); но разумел бы и познал Единое Естество и Владычество, от небесного круга присущей Ему беспредельности, достигающее до средоточий всего и до наших сих крайностей, т. е. исполняющее все и ничего не оставляющее, чтобы было вне Его и все спасительно содержащее и обхватывающее и простирающееся над всем, при этом Сущее в Трех Лицах, неизреченно познаваемое Стечение. «Отверзошася Ему небеса», чтобы Он был явлен яснейшим образом: Сущий и прежде создания небес, — лучше же сказать: Сущее прежде всего сущего и Сущее у Бога и Сущее Бог и Божие Слово и Сын, имеющий Отца не раньше Его пришедшего в бытие, и имеющего вместе с Отцем имя, которое — выше всякого имени (Фил. 2:9) и всякого слова (или: разума): потому что между всеми являемыми творениями Его и Его Небесного Отца, творениями принадлежащими как сему миру, так и к высшему миру, которые разделены и не связаны между собою, Он единый явил Себя соединенным с Отцем и Духом, как Сущий с Ними и прежде составления мира.