Чтение онлайн

144. (5) Ныне убо возвещу вам, что Аз сотворю винограду Моему. Божию человеколюбию свойственно не молча насылать наказания, но предвещать их, угрозами призывая согрешивших к покаянию. Так предвещал Бог ниневитянам чрез Иону (Ион. 3:4). Так и на согрешившего Израиля не наслал истребление молча, но, возбудив раба Своего к молитве за народ, предвозвестил, говоря: и ныне остави Мя, и потреблю людей сих (ср. Исх. 32:10). Подобное нечто узнаем мы в Евангелии, по поводу притчи о смоковнице. Ибо господин ее говорит возделывателю земли: се, третие лето, отнелиже прихожду ища плода на смоковнице сей, и не обретаю; посецы ю убо, вскую и землю упражняет? (Лк. 13:7). Сказал же сие и в поощрение возделывателю – иметь попечение о смоковнице, и в побуждение бесплодной душе – приносить требуемые от нее плоды.

А сказанное нами в большей ясности можно найти у Иеремии. Он говорит: се, яко брение скудельника, тако вы есте в руку Моею, доме Израилев, глаголет Господь. Наконец возглаголю на язык и на царство, да искореню их и разорю. И аще обратится язык той от лукавств своих, то раскаюся о озлоблениих, яже помыслих сотворити им. И наконец реку на язык и на царство, да возсозижду и насажду я, и аще сотворят лукавая предо Мною, еже не послушати гласа Моего, то раскаюся о благих, яже глаголах сотворити им (Иер. 18:6-10). Так и здесь принимаем сие изречение не за приговор о том, что непременно исполнится, но за угрозу старающегося отвратить от греха. Чем же угрожает?

145. Отыму ограждение его, и будет в разграбление; и разорю стену его, и будет в попрание. (6) И оставлю виноград Мой, и ктому не обрежется, ниже покопается, и взыдет на нем, якоже на лядине, терние, и облаком заповем, еже не одождити на него дождя. (7) Виноград бо Господа Саваофа, дом Израилев есть, и человек Иудин новый сад возлюбленный. Ждах, да сотворит суд, сотвори же беззаконие, и не правду, но вопль.

Итак, взяв и рассмотрев каждую угрозу порознь и вникнув в смысл ее, исследуем, не касается ли сказанное и нас. Отыму, – говорит, – ограждение его. Под ограждением можно разуметь законные заповеди или Израиля, как говорит Павел в Послании к Ефесянам: Той бо есть средостение ограды разоривый, закон заповедий ученьми упразднив (Еф. 2:4-15). Ибо то же самое по видимому служило и охранением для Израиля, и препятствием к смешению и соединению народов, которые, видя тяжкое иго Закона, отказывались принять учение благочестия. Посему ученьми, то есть высокими умозрениями, Упразднивый плотское и низкое соблюдение законной буквы, Той разори средостение ограды, не без ограждения оставляя народ Свой, но приемля [1373] его в единый двор, да будет едино стадо и един Пастырь (Ин. 10:16).

Действительно, теперь слово [Божие] угрожает отнять ограду, то есть лишить Израиля всякого охранения. И поскольку Закон дан чрез Ангелов рукою ходатая (Гал. 3:19), то, может быть, подразумевает лишение охранения Ангелов, стерегущих пределы Израиля. А поскольку и каждый из нас имеет святого Ангела, ополчающегося окрест боящихся Господа (Пс. 33:8), то он может, по изобличении во грехах, сделаться повинным бедствию, изрекаемому в сей угрозе; его перестанет закрывать стена, то есть защита святых Сил, которые, пока пребывают с человеком, соблюдают непреоборимыми охраняемых ими. Всякая же душа, оставшаяся без этой защиты, предоставляется на разграбление врагам, то есть сопротивным деятелям, и на попрание тому, кто хвалится и говорит: прошед поднебесную, се есмь (Иов. 1:7) [1374] .

Подобное нечто говорит о винограде и псалом: Вскую низложил еси оплот его? и: Озоба и вепрь от дубравы (Пс. 79:13, 14). Ибо не огражденные словом и ангельской силой преданы неразумным движениям и, от умножающегося в них зловония греха, делаются способными услаждаться свиным угощением, более и более взмешивают греховную тину и валяются в ней. Подобное нечто говорит и апостол: якоже не искусиша имети Бога в разуме, предаде их Бог в страсти безчестия, творити неподобная (Рим. 1:28, 26), то есть отвергающие охранение посредством слова преданы скотским помыслам и злым бесам, внушающим нечистое. Но Израиля постигла сия угроза, когда, за грех против Господа преданные и предоставленные язычникам, стали в разграбление и попрание врагам.

146. Потом сказано: и разорю стену его, и будет в попрание. Описывая выше Свои благодеяния народу, говорит: ограждением оградих, и создах столп. А здесь: отыму ограждение его и разорю стену, вместо столпа, как думаю, именуя стену, потому что и столп – четыре стены, взаимно связанные в углах; почему и там под столпом должно разуметь опоясание винограда высокими стенами, чтобы противники не могли в него входить и доставать его руками. И у нас отнимается стена, когда своей леностью делаем себя недостойными охранения посредством Божественных догматов. Ибо праведнику Бог есть столп крепости от лица вражия (Пс. 60:4), а у грешника, как презренного Богом, отъемлется всякая защита и оплот всякой твердыни.

И оставлю виноград Мой, и ктому не обрежется, ниже покопается. Из сего ясно видно, что оставление грешных бывает по презрению. Ибо о ком Бог промышляет, тем говорит слово: не оставлю тебе, ниже презрю тя (Нав. 1:5), а кого совершенно отверг, тех оставляет свободно творить волю плоти и помышлений (Еф. 2:3), потому что вразумление будет для них бесполезно. Посему говорит: оставлю виноград. Что же от этого произойдет с ним? Ктому, – говорит пророк, – не обрежется, ниже покопается. Как обрезывающие виноград поддерживают в нем чрез это силу, так что она выходит бережливо и расчетливо, будучи направляема куда нужно, так и душа, согбенная скорбями, как бы сгнетается и унижается с пользой для нее и приводится к свойственному ей о себе попечению, избирая в делах необходимое и полезное. А душа, оставленная на собственный произвол, как брошенный виноградник без призрения, разрастается в ветви и истощается на ненужное и бесполезное, все явление дел производя только на обольщение народа; ибо кто трудится для тленного, тот подобен винограднику, который воспитывает в себе стволы, листья и вьющиеся лозы, но не дает вина, производящего веселье и достойного царских хранилищ.

147. Посему оставленный виноград терпит два бедствия: сказано, что он не обрезывается, ниже окапывается. Объяснено также, что значит – не быть обрезываему, то есть не быть поражаемым ударами несчастий, что устрояется к пользе скорбящих. Окапывается же научаемый всякое окружающее его вещество употреблять в свою собственную пользу. Например, не окопан богач, подавляющий душу бременем земных вещей. На него не сходит и дождь небесный (см. Втор. 11:11), потому что не достает до корня, на который наложено много суеты. Но кто научился сокрушительным словом отдалять от себя множество вещей земных и тленных, отдыхать после тесноты, раскрывать свое внутреннее, исторгать и как бы иссушать покаянием корни горести, тот окопан. Все это препятствует разрастаться и терниям, то есть заботы о сей жизни не будут иметь места при исторжении земного.

В объяснение слов не обрежется должно еще взять и сказанное в Евангелии от Иоанна: Аз есмь лоза истинная, и Отец Мой делатель есть. Всяку розгу о Мне не творящую плода, изметю; и всяку творящую плод, отребит ю, да множайший плод принесет (Ин. 15:1–2). Посему худой приставник дому говорит: копати не могу (Лк. 16:3), а добрый и благоразумный приставник искусно окапывает, то есть приводит в действие все, что у него есть, и приспособляет к главному в своей жизни, показывая, что как земля, отделенная от корня, делается пищей растения, а лежащая на корне гнетет его и обременяет, так и множество имущества, обременяя собой богатых, давит их души в глубину, отчужденное же обладающими на подаяние нуждающимся чрез это одно делается собственностью богатых. Вследствие же того, что виноградник не обрезывается и не окапывается, всходит на нем, якоже на лядине [1375] , терние. О преданных заботам житейским Спаситель наш сказал, что они – земля, которая произращает терние и хотя принимает в себя плод слова, однако же подавляет его терниями (см. Лк. 8:14). Посему в душе невозделанной великое множество забот. Потому и сказано: взыдет на нем, якоже на лядине, терние.

148. Заметь же, что выше сказано: ждах, да сотворит гроздие, сотвори же терние, а здесь присовокупил — и взыдет. Ибо восхождением терний слово выражает какую-то великость зла и обширное его распространение. Потом, поскольку произведения винограда худы, то отъемлется от него и дождь, потому что пособие дождя употреблял он не на должное. Так, когда и мы данные нам от Бога средства употребляем не на добро, отнимается от нас небесная помощь. Если же виноград – Израиль – остается невозделанным, не только потому, что не приносит Владыке требуемых от него плодов, но и потому, что сперва посылаемых рабов бил, побивал камнями и убивал, впоследствии и на Самого Сына Владыки возложил убийственные руки (см. Мф. 21:35–39); все же сии лукавые и неправедные дела названы терниями (Быт. 3:18), как произрастения проклятой земли. Поэтому дается заповедь облакам не дождить на виноград, приносящий подобные плоды.

Какие же это облака и какой дождь? Попытаемся через рассуждение о природе облаков почерпнуть смысл сказанного. Итак, облако есть сгущенный воздух, составившийся из влажного земного испарения, потом поднятый вверх ветрами. Когда получит он от них значительную густоту и от рассеянной в нем влажности сделается достаточно тяжелым, тогда изливает на землю капли. Таковато природа дождей, имеющих начало свое на земле и чрез воздух опять ниспадающих на землю.

Таковы были и пророки, воздвигнутые из общего всем естества, но по чистоте душевной возвышенные силой Духа и точащие капли плодотворных словес в души добрые и плодоносные. Таков был и Моисей, который говорит: да чается яко дождь вещание мое. И еще: яко туча на троскот и яко иней на сено (Втор. 32:2). Итак, самые Силы небесные приемлют повеление не дождить на виноградник, произрастивший терния и собственными своими терниями увенчавший своего Владыку. Посему ныне, в этой Синагоге, безмолвствует слово Божие, и нет уже ни пророка, ни князя, ни вождя (см. Дан. 3:38), но страшная ясность и безоблачность неба, во исполнение над ней древней клятвы: И будет небо над главою твоею медяно и земля под тобою железна. И еще: Да даст Господь дождь земли твоей прах, и персть с небесе снидет на тя, дондеже сокрушит тя (Втор. 28:23–24). Ибо нет более облаков духовных, нет пророка, потому что твердо соблюдается заповедь Божия. И хотя говорится, что облака дождят, но тем не менее дождящий есть Господь. Ибо пророк говорит: никто не дождит, как Ты (Иер. 14:22). И опять от лица Божия говорится: и надождю на един град, а на другий (един) не надождю; часть едина надождится, и часть, на нюже не надождю, изсохнет (Ам. 4:7). По Домостроительству Благого Бога, участок злых не орошается дождем, чтобы засохли на нем прозябения лукавства. Пророк ясно выразил намерение слова, что виноградом называется Израиль (см. Ис. 5:7), и угрожает, что на нем исполнится возвещенное и предсказанное.