Чтение онлайн

Слова же семя свято стояние его прибавлены из Феодотиона и их нет у Семидесяти; впрочем, они заключают в себе достойную внимания мысль в связи со словами, уже объясненными. Ибо они собираются, как теревинф и как желудь, когда чрез свое постоянство и твердость делаются семенем святым. А сообразно с многими местами Писания и здесь открывается полезный конец для наказываемых благодетельно. Ибо сказано: поражу и Аз исцелю (Втор. 32:39). И Той болети творит и паки возставляет (Иов. 5:18). Посему те, которые прежде слухом слышали и не разумели и делали все прочее, пока не перестали населять города и не впали в рассеяние, так что едва спаслась десятая часть народа, опять

192. (1) И бысть во дни Ахаза сына Иоафамля, сына Озии, царя Иудина, взыде Расин царь Арамль, и Факей сын Ромелиев, царь Израилев, на Иерусалим, воевати на него, и не возмогоша разорити его. (2) Ивозвестися в дому Давидове, глаголя: совещася Арам со Ефремом, и ужасеся душа его и душа людий его, якоже в дубраве древо ветром возколеблется.

Смысл сего изречения таков: два царя, сирийский и израильский, подступили к Иерусалиму на брань и не могли разорити его (см. 4 Цар. 16:5). Имя же царю сирийскому Расин, а царю израильскому Факей. Пришли также вестники, доносящие царскому дому о союзе царей сирийского и израильского. Ибо сирийский, по еврейскому наречию, называется Арамом, а израильский именуется Ефремом, потому что из этого колена произошел Иеровоам, который произвел отступление вначале (см. 3 Цар. 12:20). В ужас пришли и царь, и весь народ при этом слухе, так были потрясены и смущены, что смятение их уподоблено дереву в лесу, колеблемому самым сильным дыханием ветров.

Таков простой рассказ, заключающийся в сих словах. Но иной, вникая глубже в сказанное, может в сем повествовании найти нечто, относящееся к нам и к Домостроительству Церкви. Посему исследуем, по возможности, кто эти цари, совещавшиеся между собою. И думаю, что пророческое слово именем Арам обозначает разум, который мудростью века сего взимается на разум Божий (ср. 2 Кор. 10:5). Ибо Арам толкуется «выспренний». А таков разум князей века сего, углубляющийся в законы звезд, в их движения, соединения, в составляемые ими очертания и утверждающий, что от сего зависят причины дел человеческих. Он выспрен по самомнению и по кичливому превозношению себя самого, которое посрамить словами истины может один святой, силой Духа низлагающий всяко возношение взимающееся на разум Божий (2 Кор. 10:5).

А Ефремом, как полагаю, называется знание, составившееся по преданию Божественных Писаний, но уклонившееся от прямого пути и лжеименное. Ибо из Ефремова колена произошел Иеровоам (3 Цар. 11:26), который первый отторг десять колен от семени Давидова (3 Цар. 12:20) и некогда, будучи рабом, бежавшим от Соломона, пришел в Египет и взял себе в жену сестру жены фараоновой Фекемины (3 Цар. 11:19). Он слил золотых юниц и установил праздники по сердцу своему (3 Цар. 12:28–33). Посему когда языческий разум, высоко думающий о диалектических доводах, вступает в союз с разумом еретическим и совращенным, тогда говорится, что Арам совещается с Ефремом, имея желание разорить здания Давидовы и разграбить место истинного богослужения.

Но не достигает цели, потому что не может разорити города, защищаемого Господом. А может быть, не могли бы они и совещатися, если бы не умножился грех наш. Ибо, и по истории, совещавшиеся во дни Ахаза обнаружили взаимное свое согласие по причине греха Ахазова, потому что Ахаз не сотвори правое пред очима Господа, но сына своего преведе сквозе огнь, и кадяше на высоких (4 Цар. 16:2–4). И хотя замысел лукавых царей против церквей смущает дом Давидов и ужасает души людей, так что, по причине волнения, произведенного смятением, стали они подобны бесплодному дереву; но, впрочем, человеколюбивый Бог, чтобы прекратить их смятение, посылает пророческое слово, которое изгоняет страх из сердец народа, говоря: (4) Не бойся, ниже душа твоя да изнеможет от двою древу главень дымящихся сих.

193. Но смотри, нельзя ли будет и в толковании имен найти основание к яснейшему уразумению сего места. Ибо Ахаз толкуется «одержание»; Иоафам – «совершение Иао»; Озия – «крепость Иао»; Арам, как выше сказано, «выспренний»; Факей – «полуоткрытие»; Ромелий – «выспренний из обрезания». Посему совещаются разум выспренный и разум, обещающий быть уяснителем Божественных Писаний. Сие означает Факей, по толкованию «полуоткрытие», как бы обещающий свое уяснение недоступных разумению свидетельств Писания. А что совещание против Иерусалима двух царей, одного – высоко думающего о мирской мудрости и другого – обещающегося объяснить сокровенное в Писании, состоит в учениях и противоречащих словах людей, которые надеются захватить в свою власть изучивших дела церковные, сие видно из последующего.

Ибо Арам и сын Ромелиев совещали лукавый совет, говоря: (6) взыдем во Иудею, и собеседовавше с ними отвратим я к нам. Пророческое слово ясно показывает, что надеются убедительностью речей отвлечь к себе дом Давидов. Обещаются же и сына Тавеилева поставить царем. А Тавеил толкуется как «Благой Бог». Но покушающимся против Церкви свойственно обещать, что предадут учение о Сыне Божием, и такими благими словесы прельщают (Еф. 5:6) они простодушных. А что все это – иносказания, посредством истории показывающие настоящее состояние Церкви, сие явно обнаруживает пророческое слово, поступая далее и говоря: (9) аще не уверите, ниже имате разумети.

194. (3) И рече Господь ко Исаии: изыди во сретение Ахазу ты и оставыйся Иасув сын твой, к купели горняго пути села белилнича, (4) и речеши ему: блюди, еже молчати, и не бойся, ниже душа твоя да изнеможет от двою древу главень дымящихся сих, егда бо гнев ярости Моея будет, паки изцелю. (5) Сын же Арамль и сын Ромелиев яко совещаста совет лукавый на тя, глаголюще: (6) взыдем во Иудею, и собеседовавше с ними отвратим я к нам и воцарим в ней сына Тавеилева. (7) Сия же глаголет Господь Саваоф: не пребудет совет сей, ниже сбудется, (8) но глава Араму Дамаск, и глава Дамаску Расин; но еще шестьдесят и пять лет, оскудеет царство Ефремово от людий, (9) глава же Ефремови Соморон, и глава Соморону сын Ромелиев; и аще не уверите, ниже имате разумети.

Посему думаю, что не чувственным слухом, не при сотрясении воздуха пророки внимали слову Божию; но поскольку у разумной души есть свой слух, то без всякого голоса достигало сего слуха самое означаемое. И сие бывало с ними, когда луч истинного света достигал до владычественного начала в них и служил к просвещению пророков. А глас сей внимали те, которые находились вне бренных чувств и приближались к исшествию из тела. Ибо когда душа бывает в созерцании Божественного, собираясь сама в себя чрез отрешение от союза с телом, тогда говорится, что она в исступлении. А когда она занята делами человеческими, или по необходимости служения телу, или потому, что не может более простираться к высшему, тогда она как бы переходит извне внутрь, в какой-то дом или в город, возвращаясь в общность с телом.

Итак, поскольку пророку надлежало услышать словеса Божии, то прежде всего сказано ему: изыди ты и сын твой. Подобно сему некоторым образом и то, что в Книге Бытия, при первом откровении, сказано Аврааму: изыди от земли твоея, и от рода твоего, и от дому отца твоего (Быт. 12:1). Ибо совершенное исшествие есть восхождение от всего телесного, что названо землею, бегство от чувств, которым дано наименование родства, и обращение от виновной жизни, в которой предавался прежде занятиям противным, что названо домом отца. И немного после о том же Аврааме написано, что Бог изведе его вон (Быт. 15:5). Поскольку видел в нем ревность к исшествию, то Сам руководил его к совершенной деятельности, потому что не в состоянии он был совершить сего сам собою. Посему и при первом повелении, с условием, если изыдет вон, приемлет обетование наслаждаться плодами. А когда изведе его Бог, тогда научил его искать вышних, идеже есть Христос (Кол. 3:1).

195. И Моисей, когда был вне всего человеческого, упраздня ум к созерцанию словес, потче вне полка далече кущу свою (Исх. 33:7). Почему и всякий, ищущий Господа, исходил в сию кущу. Поэтому наиболее удалившийся от всего человеческого да потчет кущу свою вне, чтобы жизнь его, будучи водружена и совершена, пребывала непоколебимой. Почему и теперь готовящемуся пророчествовать и возвещать веления Божии Господь повелевает изыди, и не ему только, но и оставшемуся Иасуву, сыну его. Оказывается же, сколько можно заключить из сего места, что у него из многих оставался один сын, и слово требовало, чтобы и сын этот не отставал от нравов отцовых, но исшел вместе с отцом, куда призывал его Бог. Поскольку же Иасув толкуется «обращающий», то и всем нам, желающим чрез покаяние изыди от плотских страстей, Писание показывает, что если будем с пророком, то возможем совершить исшествие.