Чтение онлайн

– Коллега Сидоров прав, – неожиданно сказал профессор. – Я и сам пришёл к такому же выводу.

– Аргументируйте, – потребовал Лефтенант.

– Легко! Сначала Фёдора – именно Фёдора! – пытаются отравить. Затем его навещает монстр. Далее, товарищей по экспедиции превращают в упырей. Заметьте: при этом они вовсе не стремятся в село, чтобы поживиться беззащитными спящими пейзанами. Они сбиваются в стаю и нападают на Фёдора. А ведь мы уже установили, что все наши действия были запрограммированы. Грубо говоря, мы были на жёстком поводке и действовали так, как хотел невидимый колдун. А он, совершенно очевидно, всеми способами пытается вывести Фёдора из строя. И если все попытки сорвались, то это говорит лишь об одном…

Профессор подошёл к безмолвному сыну эфира, потрепал по плечу и ласково сказал:

– Тебе, сынок, черти ворожат!

– Это, в смысле, везёт? – уточнил леший.

– А я бы не стал говорить о везении, – возразил Сидоров. – Всякое везение имеет границы. Это же теория вероятности, коллега! В нашем случае границы какие-то безразмерные. С упырями справился. Двух монстров одолел. Деревьев-убийц обманул. Отравления избежал…

– Двух отравлений, – машинально поправил Фёдор. И тут же пожалел об этом.

Валя-Кира испуганно вскрикнула и прижала обе руки к сердцу. Профессор и террорист резко обернулись к сыну эфира. Ладонь Лефтенанта как бы случайно легла на кобуру. Супруги Забубённые торопливо налили и выпили. Что касается Корнея, то он плаксиво сказал:

– Ну, ты даёшь, парень! – и последовал примеру супругов.

– Лейтенант Огонь, доложите о втором случае, – официальным тоном приказал полковник.

Фёдор нехотя сообщил о находке в сапоге.

– Почему молчали? – строго спросил командир.

– Не знал, как сказать, ёксель-моксель, – честно признался боец.

И тут профессор расхохотался. Его буквально скрючило от смеха.

– Браво! – закричал он сквозь хохот. – Аплодирую ушами! Кто бы ни был неизвестный отравитель, он окончательно доказал, что наш Фёдор неуязвим! Скажем отравителю спасибо! С тебя причитается, лейтенант!

– То есть, как это, неуязвим? – недоверчиво спросил Варфоломей.

– А так. Уж не знаю, каким образом у него получается, но все опасности свистят мимо. Он, конечно, смертен, но смертен естественным образом. Так сказать, путём старения и в надлежащее время. А все искусственные попытки уничтожить его почему-то проваливаются.

– А если я, к примеру, в него пальну?

– Промажете.

– А если пальну в упор?

– Упор упадёт. А в Фёдора промажете… Впрочем, можно попробовать.

– Я кому-то сейчас так попробую… – сказал Фёдор, демонстрируя окружающим полупудовый кулак.

Пока обсуждалась неуязвимость Фёдора, Сидоров нетерпеливо переминался с ноги на ногу. И как только собеседники, прервавшись, уставились на большой и красивый кулак бойца, террорист перехватил слово.

– Мне кажется, о личных свойствах и качествах коллеги Фёдора можно поговорить потом, – заявил он. – Сейчас важнее решить, что делать с экспедицией. В сущности, она на грани провала.

– Поясните, – скомандовал Лефтенант.

– А разве не ясно? В экспедиции существует пятая колонна. Кто-то из нас работает на неизвестного врага. Именно этот «кто-то» пытался выполнить то, что пока не удавалось хозяину: уничтожить Фёдора. Кстати, настойчивые попытки вывести из игры нашего бойца свидетельствуют, что хозяин зоны почему-то видит в нём самую большую для себя опасность… – Сидоров задумчиво посмотрел на слушателей. – Нет ничего хуже, чем воевать, имея врага в тылу. А врагом, как ни прискорбно, может быть любой из нас. Кроме Варфоломея, пожалуй. Он-то присоединился после истории с сапогом. Но теоретически не свободен от подозрений и он. Допустим, тайком шёл за нами, ночью подкрался к палатке, вычислил сапоги Фёдора – они на три размера больше остальных, – и подбросил смазанную отравой железку. Естественно, удалился. А днём, как ни в чем не бывало, вышел по дороге навстречу…

Оскорблённый проповедник вскочил на ноги.

– Прокляну! – закричал он под злорадное хмыканье Корнея.

– Тихо, тихо! – жёстко сказал Лефтенант. – Не кипятитесь, ваше преподобие. А вы, Сидоров, не перегибайте с фантазиями. Палатка ночью, между прочим, охранялась… Но в целом, к сожалению, вынужден с вами согласиться. Получается, что один из нас работает на хозяина зоны. И, значит, против экспедиции…

– И что с того? – неожиданно спросил Мориурти, почёсывая лысину. – Я дико извиняюсь, но сегодняшней ночью мы все работали на врага. Так сказать, в качестве нечисти, нападающей на главного – так получается! – участника экспедиции.

– Ну, ты не равняй! – закричал Корней. – Нас же заколдовали!

– С каких пор мы с вами на «ты», месье леший? – высокомерно спросил Мориурти. – На брудершафт я пил с Варфоломеем, а не с вами… Заколдовали, не заколдовали – с точки зрения образа действий результат идентичный.

– Пожалуй, – задумчиво согласился Сидоров.

Лефтенант поднял руку.

– Кстати, господа учёные, объясните мне, военному человеку, каким образом в нашу дружную команду ночных упырей затесался господин Забубённый? Он же менестрелей не слушал, под колдовство не попал…

Все дружно посмотрели на хозяина: кто удивлённо, кто возмущённо, а кто и гадливо. Пантелеймон виновато обвис щеками.

– Да, это вопрос, – признал профессор. – Факт, если разобраться, совершенно непонятный. Впрочем, дурной пример заразителен…

– А как же хозяйка и дети? – возразил Сидоров. – С ними-то всё в порядке, спокойно проспали всю ночь.

Мориурти развёл руками: дескать, теряюсь в догадках. Не постигаю…

– Ладно, черт с ним, – подытожил Лефтенант и сплюнул в цветочную клумбу за окном. – Все здесь наперекосяк. Одно слово: зона… – Он обвёл войско руководящим взглядом. – Оглашаю приказ.

Пункт первый: считать установленным, что в рядах экспедиции действует враг. Пункт второй: по мере установления личности задним числом снять предателя с довольствия, лишить причитающихся выплат и отдать под трибунал. Пункт третий: ввести среди личного состава экспедиции, включая временно прикомандированных, режим круговой слежки. Каждый следит за каждым, обо всём подозрительном немедленно докладывает командиру или заместителю командира. Пункт четвёртый: с учётом особых заслуг, назначить лейтенанта Огня Фёдора Николаевича заместителем начальника экспедиции… Вопросы?

Вопросов не было. Однако Варфоломей высказал твёрдое пожелание перед выходом в путь провести коллективный молебен.

– Не возражаю, – сказал Лефтенант. – Тронемся через час. Личному составу привести себя в порядок и собрать вещи. Хозяин, уберите бутыль и рюмки. А вы, профессор, уберите руки!..

Договорить не дал влетевший в окно почтовый голубь. Козырнув, он сел на плечо к Вале и протянул лапку, к которой был приторочен бархатный мешочек с ответным посланием императора. Девушка передала полковнику аудиокристалла. Лефтенант удалился к себе для прослушивания и обдумывания, напоследок пригрозив взглядом заскучавшему Мориурти.