Чтение онлайн

Убитого на Якиманке звали Киреев Павел Петрович, до своей смерти он проживал на улице Академика Петровского, в доме 5 с 1. Работал покойник в правительстве Москвы заместителем мэра по вопросам жилищно-коммунального хозяйства и благоустройства. Большего, как обычно, Орлов не сообщил, и Гурову пришлось звонить в аналитический отдел Главка, чтобы ребята прислали ему досье на данного чиновника. И пока он добирался из Хамовников, получил все анкетные данные на Киреева. Более подробную информацию обещали прислать позже, как только разузнают все, что касается этого человека.

Собственно говоря, ничего особо примечательного в анкетных данных Киреева Гуров не увидел – типичный чиновник, работающий во власти еще с советских времен. Правда, в СССР убиенный успел послужить только комсомолу. С тех пор постепенно карабкался по карьерной лестнице, добравшись до одной из самых хлебных должностей в столичном правительстве. Был женат уже более тридцати лет. Имел двоих детей и двоих внуков. Дочь вышла замуж за англичанина и жила в Великобритании, а сын найти себе спутницу жизни не успел или не захотел и трудился заместителем посла России в Кении. Жена покойника – Анна Николаевна – раньше работала в столичном департаменте образования, а в настоящее время наслаждалась пенсией, которая, даже по московским меркам, была весьма неплохой.

В сквере, рядом с домом покойного Киреева, сыщик увидел ту же картину, что и у подвала с убитым в Хамовниках – полицейские машины, ограждение из красно-белой ленты и толпу зевак со всех сторон от лужайки, огороженной довольно густым, подстриженным еще осенью кустарником. И, что примечательно, за этими кустами рассмотреть труп Гуров не мог. Значит, его могли обнаружить далеко не сразу после того, как Киреев был убит.

Так же, как и на улице Погодинской, сыщика, едва он вышел из своей машины, сразу же встретил полицейский. Правда, на этот раз он был в звании майора и представился как заместитель начальника ОМВД по Донскому району, Ступин Игорь Андреевич. Гуров с ним ранее не встречался, но руку пожал крепко, как и всегда привык делать.

– Кто нашел покойника и как обнаружил? – в первую очередь поинтересовался сыщик.

Майор негромко хмыкнул, сразу оценив оперативную хватку своего старшего товарища.

– Заметили, товарищ полковник, что труп с дорожки не видно? – словно подтверждая свое предположение, поинтересовался Ступин и, не дожидаясь ответа, доложил, сверившись с записью в блокноте: – Ященко Мария Федоровна, пенсионерка. Живет в том же доме, что и Киреев. Шла в Ризоположенскую церковь, увидела собачку убитого, которая бегала из кустов на дорожку и обратно. При этом не переставая лаяла. Старушка собачку узнала, а когда та ее, цитирую, «позвала с собой», пролезла через кусты и наткнулась на труп. Сколько он там пролежал, сказать не могу. Но думаю, несколько часов. Работают эксперты, они вам точнее скажут.

Гуров тоже хмыкнул, оценив профессионализм доклада:

– Хорошо. С вами пока все. Пойду посмотрю на жертву и с криминалистами пообщаюсь.

Когда сыщик пролез через кусты, эксперты покосились на него, но говорить ничего не стали. А Гуров застыл на месте и осмотрелся. Убитый лежал лицом вниз, а его руки были под телом, согнутые в локтях. Видимо, смертельного удара он ждал. Возможно, стоя на коленях. Вероятно, даже молил о пощаде. А почему не кричал, не звал на помощь? Ведь в Москве, даже в шесть утра, когда собачники обычно выгуливают своих питомцев, людей на улицах вполне достаточно. Впрочем, тут сквер, рядом институт и колледж. Торговые точки тоже намного позже открываются, а других собачников, видимо, поблизости не было. Идеальное место и время для убийства.

Все эти мысли пролетели в голове сыщика мгновенно, как только он увидел положение тела, и сразу стало очевидным, что это убийство было спланировано заранее. Преступник прекрасно знал все привычки жертвы и понимал, что большую часть своего времени он проводит в тех местах, где есть камеры видеонаблюдения. А тут – ничего! Тихий сквер на престижной Якиманке, где даже собачники дерьмо за своими питомцами в пакетики собирают. И следить за этим местом, где не бывает никаких правонарушений, смысла никакого нет. Впрочем, вероятно, теперь московские власти это отношение к району пересмотрят, и камеры видеонаблюдения появятся даже в таких небольших и тихих скверах.

Снег рядом с ногами трупа был так утоптан, что складывалось впечатление, что это сделал убийца. Причем специально, чтобы невозможно было забрать слепок его обуви. А во всех остальных местах он выглядел нетронутым, лишь кое-где виднелись птичьи следы да вокруг убитого все было усыпано маленькими отпечатками лап собаки.

– Что за псина была у покойника? – Гуров повернулся к майору, который стоял за кустами, достигавшими груди, и внимательно наблюдал за сыщиком.

– Тойтерьер, – ответил тот, вновь сверившись с блокнотом.

– Интересно, – покачал головой сыщик. – Эта собачка хоть и маленькая, но за хозяина в бой бросается легко. По крайней мере, орать должна была как резаная. Неужели никто не слышал?

– Я тоже об этом подумал, – кивнул Ступин. – Мои парни сейчас обходят все четыре ближайших дома в поиске собачников, которые могли выгуливать своих животных в этом сквере. Может быть, что-то новое и удастся выяснить.

– А ты молодец, Игорь Андреевич, – восхитился Гуров. – Обязательно отмечу тебя в рапорте.

– Спасибо, товарищ полковник, – кивнул полицейский, обрадованный такой похвалой от «важняка», который пользовался едва ли не культовой славой среди всех сыскарей столицы.

– Мужики, есть что-нибудь необычное? – обратился сыщик к криминалистам, копавшимся рядом с телом.

– Ну-у, как сказать… – протянул один из них.

– Не разбегайся, прыгай! – оборвал его Гуров.

– Только одно, товарищ полковник, – ответил второй. – Мы нашли тут на утоптанном месте небольшой фрагмент мяса. Предполагаем, что собаку сюда заманили.

– Что и следовало предположить, – улыбнулся Гуров. – По поводу времени смерти можете что-то сказать?

– Пока трудно, – ответил тот же эксперт. – На холоде тело остывает быстрее. Но по косвенным факторам могу предположить, что смерть наступила четыре-шесть часов назад.

– То есть с половины пятого до половины седьмого? – скорее констатировал, чем спросил сыщик.

– Я бы все-таки сузил, – ответил второй криминалист. – С шести до половины седьмого.

– Опять ты со своими дурацкими теориями лезешь?! – возмутился его коллега.

– Девочки, не ссорьтесь! – прикрикнул на них из-за кустов майор, который, видимо, уже не первый раз работал с этой парочкой экспертов. Оба недовольно посмотрели на него, но отвечать не стали.

– Орудия убийства, как я понимаю, тут нет. – Гуров посмотрел по сторонам. – Чем его убили?

– Предположительно топором или мачете, – ответил первый.

– Тут и предполагать нечего! Однозначно, топор. Причем немаленький, – опроверг его второй.

– Вы опять? – возмутился Ступин.

– Хорошо, – усмехнулся Гуров. – Как будут результаты, жду их в Главке.