Чтение онлайн

— Это чертовски плохо для нее, не так ли? Кроме того, я надеюсь, что она уже получила сообщение и вернется к своим друзьям из частной школы, где ей самое место.

Зейн фыркает. — Вряд ли.

— О, да? Почему бы и нет?

Он кивает в сторону окна. — Потому что она сейчас идет по улице с Тессой.

Я в отчаянии откидываю голову назад, и мы впятером выходим на крыльцо. Делейни изо всех сил старается избегать зрительного контакта, что только еще больше меня бесит. Кем, черт возьми, она себя возомнила, приходя ко мне домой и пытаясь игнорировать меня?

— Тесса, Бэмби, — приветствую я их, чувствуя себя немного удовлетворенным, когда Делейни ерзает под моим пристальным взглядом.

Тесс скрещивает руки на груди. — Ради всего святого, Нокс, у тебя для всех есть прозвища?

— Нет. Только для действительно особенных.

Лейни смотрит на свою сестру, и ее брови хмурятся. — Какое у тебя?

— CНП, но он отказывается сказать мне, что это значит.

Она чертовски права, я не буду. Я видел перепады настроения Тессы Каллахан из первых рук, когда она узнала, что Истон получил минет от какой-то цыпочки на вечеринке. Я не настолько глуп, чтобы ставить себя прямо под прицел.

— Итак, мы делаем это дерьмо или что? — Спрашивает Стоун.

— Что вы делаете? — Делейни вмешивается, как будто у нее есть право знать.

— Ничего, что тебя касается. — Моего пренебрежительного тона должно быть достаточно, но, видимо, это не так.

Она смотрит на меня, в то время как Стоун, будучи идиотом, достает из рюкзака одну из банок с аэрозольной краской и встряхивает ее.

— Небольшой косметический ремонт для достойного получателя, — говорит он ей.

Вот он снова — этот огонь в ее глазах, который смешивается со страхом и горит только ярче. Взгляд, который меня заводит и превращает меня в сверхзащитного гребаного зверя одновременно. Она должна быть подавлена идеей — бежать в противоположном направлении и пытаться заставить свою сестру сделать то же самое. Но вместо этого она ничего этого не делает.

— Ты должна пойти с нами, — говорит ей Истон, и я громко стону.

— Иисус Христос, Ист. Прочти эту чертову подсказку.

Мои глаза встречаются с глазами Делейни, мой взгляд молча говорит ей идти нахрен домой. Мы не обмениваемся словами, но я могу сказать, что она точно знает, что я пытаюсь сказать. Как будто ее единственная цель — разозлить меня, она ухмыляется.

— Не надо, — предупреждаю я, но уже слишком поздно.

— Звучит весело.

От ее ответа у меня сводит челюсть, и я так близок к тому, чтобы врезать Истону по гребаному лицу даже за то, что он пригласил ее. Все парни торжествующе улыбаются, а я прямо готов огрызнуться. Я хватаю сумку с земли и направляюсь к машине Зейна, пока не натворил дерьма, о котором потом жалею.

***

Дом миссис Вандейли — это идеальный холст — весь белый сайдинг, который выглядит так, как будто его недавно покрасили. Отсутствие машины перед домом и выключенный свет внутри говорят нам, что ее, скорее всего, нет дома, но нам все равно нужно вести себя тихо, на случай, если соседи решат посмотреть, что за переполох.

Стоун хватает банку и встряхивает ее, мгновенно написав "СУКА" на фасаде дома. Гейдж следует его примеру, прежде чем к ним присоединяются Истон и Тесса. Я отступаю, прислоняюсь к машине Зейна и смотрю, как все это происходит. Мой лучший друг стоит рядом со мной.

— Ты думаешь, она действительно собирается это сделать?

Я украдкой бросаю взгляд на Делейни; у нее все еще тот блеск в глазах, но ее ноги остаются на тротуаре.

— Я не знаю. Эта девушка удивляет меня на каждом чертовом повороте.

Он усмехается. — Я это заметил.

— Отвали. Это не так.

Я никогда этого не говорил, — говорит он и отправляется принимать участие в празднествах.

Я достаю сигарету из пачки и закуриваю, вдыхая дым и чертовски надеясь, что это меня успокоит. Даже тот факт, что она здесь, приводит меня в состояние повышенной готовности. Она должна быть дома, делать то, что делают будущие выпускники, а не болтаться с кучкой преступников, пока они громят дом.

— Лейни, — зовет Гейдж, подбегая к ней. — Давай. Ты должна попробовать, это такой кайф.

В ту секунду, когда он обнимает ее, уровень ярости настолько силен, что у меня затуманивается зрение, пронизывает меня. В мире нет ничего, что могло бы удержать меня на месте. Может, я и не ревнивый тип, но для нее я собственнический монстр, готовый убить любого, кто встанет у меня на пути. Я бросаю сигарету на землю и затаптываю ее ногой, прежде чем едва не выкрикнуть его имя.

— Гейдж! — Он останавливается, как и все остальные, и они смотрят, как я стремительно подхожу к нему. Даже глаза Делейни расширяются. — Убери от нее свои гребаные руки, пока я не переломал все кости в твоей чертовой руке.

Он делает, как я говорю, но не отступает так, как я от него ожидал. — В чем, черт возьми, твоя проблема в последнее время?

Честно говоря, у меня нет для него ответа. Я никогда раньше не чувствовала необходимости так заботиться о ком-либо. Черт, даже Хейли переспала с половиной моих друзей. Все, что я знаю, это то, что Делейни другая, и сама мысль о том, что кто-то, кроме меня, прикоснется к ней, является основанием для убийства.

Красные и синие огни заполняют ночное небо, и страх мгновенно наполняет мой желудок. — Черт!

— Что нам делать? — Спрашивает Делейни, страх в ее голосе очевиден.

— Беги.

Я разворачиваю ее и толкаю вперед, заставляя ее уйти со мной и остальными моими друзьями. Мы все бежим по улице, сворачивая за угол в попытке оторваться от копов, но они продолжают сидеть у нас на хвосте. Мы сворачиваем в переулок и видим вдалеке забор. Все остальные перелезают через него с легкостью, но когда я приближаюсь, я вижу, что Делейни изо всех сил пытается перелезть. Я оглядываюсь назад, замечая, как близко стоят офицеры, и за долю секунды принимаю решение, которое удивляет даже меня.

Схватив Делейни за талию, я поднимаю ее и практически перебрасываю через забор как раз перед тем, как меня прижимает к нему вес двух взрослых мужчин. Мои глаза встречаются с ее, когда на меня надевают наручники, а ее сестра уводит ее. Все остальные могут быть сбиты с толку тем, что только что произошло, но не мы. Для нее и для меня это кристально ясно.

***

Тюремные камеры, безусловно, одно из самых отвратительных мест на земле. Количества людей, которые помочились в них только для того, чтобы отомстить офицерам, достаточно, чтобы заставить любого съежиться. Им не потребовалось много времени, чтобы оформили меня, поскольку они уже проходили этот процесс раньше и не требовалось никаких объяснений о том, как все работает.

После того, как это было сделано, они усадили меня в кресло, где я увидел судью через экран компьютера. Она прочитала мне лекцию о моем поведении, назначила залог в размере необоснованных десяти тысяч — только наличными — и отправила меня восвояси. Я даже не потрудился позвонить своей маме. У нее нет таких денег. Итак, я воспользовался своим единственным телефонным звонком, чтобы сообщить Зейну, что я собираюсь пробыть здесь, по крайней мере, до предъявления мне обвинения через несколько дней.