Чтение онлайн

«Увидев, что я страдаю от тяжкого сердечного изнеможения, он спросил меня: „Не случилось ли с тобой что-нибудь новое, что ты печален более обыкновенного?" – „Нет, возлюбленный Петр, – отвечал я ему, – скорбь, которую каждый день я терплю, всегда для меня стара, потому что обычна, и всегда нова, потому что возрастает. Теперь душа моя скорбит оттого, что неприятности лежащих на мне дел вызывают в ней воспоминания о прежней моей монастырской жизни; о той жизни, когда она умела управляться со всеми случайностями, возвышаться над всем скоропреходящим, потому что мысль ее была постоянно устремлена к небесному"…»

Но земные дела и заботы не отпускали его.

В ноябре 579 года на римскую кафедру был выбран римский папа Пелагий Второй. Он сразу же вспомнил о Григории, сыне старательного Гордиана и внуке одного из своих предшественников.

В Константинополь как раз направлялась большая делегация сенаторов, священников, монахов во главе с патрицием Памфронием, чтобы просить императора Тиверия выделить войска на защиту Рима.

Прошение римлян отклонили – легионы были нужны для войны в Персии. Как сообщают историки, Тиверий ограничился тем, что отправил несколько отрядов в Равенну, где в относительной безопасности, среди адриатических болот, находился императорский двор.

Но привезенный денежный подарок в размере трех тысяч фунтов золота император вернул делегации из Рима и разрешил употребить на выплату контрибуции лангобардам. Таким образом удалось заплатить варварам выкуп и на несколько лет снять с Рима осаду.

Возможно, Григорий, которого римский папа Пелагий Второй рукоположил в пресвитера перед поездкой, чем-то отличился во время этих непростых переговоров. Он был оставлен в Константинополе в качестве нунция – дипломатического представителя римского папы при дворе императора.

В кругу его новых константинопольских знакомых были такие знатные и влиятельные люди, как Константина – дочь императора Тиверия, известный военачальник Маврикий и его сестра Феоктиста, родовитые патриции. Но и в Константинополе Григорий не изменял своим привычкам: поселился в одном из монастырей и вел уединенный образ жизни.

В этот период он писал, обсуждая в кругу близких друзей, «Толкование на книгу Иова».

Светская жизнь дипломата, которую Григорий вынужден был теперь вести, стала для него испытанием и в какой-то мере наказанием.

В предисловии к «Толкованию» он сравнивает себя с плохо привязанной и оторвавшейся во время грозы от причала лодкой:

«Так и я, согласно церковному уставу послушания, внезапно опять оказался в пучине мирских дел; и так как не сумел я ухватиться за тишину монастыря так крепко, как это следовало, я оценил ее, уже утратив».

В августе 582 года произошла смена власти – императором Рима был провозглашен энергичный военачальник Маврикий. В Константинополь сразу же стали съезжаться многочисленные родственники нового цезаря – отец Павел, брат Петр, сестры, зять Филиппик. Придворная жизнь еще больше забурлила.

С пышностью была обставлена и церемония бракосочетания Маврикия с Константиной, дочерью императора Тиверия. Торжество состоялось в великолепном дворце под названием «Августея», и вся столица в течение семи дней пировала за счет царской казны.

«Везде была роскошь золотых украшений – вещей, которые прежде были спрятаны по домам. Для каждого желающего услаждать свои взоры были зрелища», – писал византийский историк Феофилакт Симокатта об этих торжествах. Впрочем, и после их завершения константинопольцы ни в чем себе не отказывали.

А из Рима продолжали приходить письма, полные отчаяния.

«Республика в таком безвыходном положении, что мы обречены на гибель, если Бог не смягчит сердца благочестивейшего императора, чтобы он мог пожалеть своих верных слуг и выслать сюда военного магистра. В особенности римская земля нуждается в каком-нибудь гарнизоне. Между тем экзарх писал, что он не может оказать нам помощь, и клянется, что у него нет достаточных средств даже для защиты своей области: да внушит ему Бог оказать нам скорую помощь, прежде чем войско безбожного народа будет в состоянии занять те города, которыми еще владеет республика», – писал папа Пелагий Второй в Константинополь.

В 586 году папа Пелагий Второй возвратил Григория в Рим. Одни писали – из-за того, что он был недоволен слабыми сдвигами в политике по отношению к Риму, другие – потому что сам нуждался в умных, образованных помощниках.

После возвращения из Константинополя Григорий поселился в своем фамильном доме, который теперь был монастырем в честь Андрея Первозванного. Это место давно было известно всем нищим, убогим, голодным в Риме своей благотворительностью. Здание находилось неподалеку от Латеранской базилики – резиденции римских пап, и игумен монастыря Григорий постоянно помогал папе Пелагию Второму в различных делах.

В 589 году в Риме произошло большое наводнение: Тибр вышел из берегов, затопив часть города. Очевидцем очередного бедствия стал диакон из Галлии, которого епископ Григорий Турский послал в Рим получить мощи. Рассказ диакона об увиденном в Риме Григорий Турский включил в свою «Историю франков»: «Тибр покрыл город таким огромным количеством воды, что древние здания обрушились и церковные житницы были уничтожены».

Но еще более страшные опустошения произвела эпидемия бубонной чумы.

В 590 году от чумы умер Пелагий Второй. Сразу же встал вопрос о его преемнике – и духовенство, и народ выразили желание видеть на римской кафедре Григория из рода Анициев, который давно был правой рукой римского папы.

Григорий долго отказывался. По преданию, он даже убежал из Рима и в течение семи месяцев скрывался, считая себя недостойным и «неуверенным». Отправляя своему «сотоварищу по сану епископскому» Леандру «Толкование на книгу Иова», он вспомнит об этом еще раз: «После же того, как я упорно отказывался и сопротивлялся – ибо тяжко служение Престолу, к нему присоединилось еще и бремя пастырских забот. И терпеть все это мне еще труднее потому, что, чувствуя себя ко всему этому неспособным, я не могу найти утешения в уверенности в себе».

Сочинение Григория Двоеслова «О пастырском служении» дает представление о том, какие высокие требования предъявлял он к служителям Церкви, в том числе и к самому себе.

3 сентября 590 года в соборе Святого Петра была совершена епископская хиротония Григория: он стал римским папой – так с середины VI века стали называть римских митрополитов.

По собственному признанию, он принял на свое попечение Церковь, когда она была похожа на ветхое судно с пострадавшей обшивкой, в которое отовсюду проникала вода, и все предвещало близкое крушение.