Чтение онлайн

Да уж. Талантливый человек талантлив почти во всём. Кроме качественного убийства. Картинного и без свидетелей.

– Скажи что-нибудь, - взглянула на друга. – Ты только пьешь и молчишь. А мы собирались обсудить…

– Что обсудить, Алиса? – гнев просачивался в ранее сдержанный тон. – Обсудить, что это полный пиздец? Всему пиздец.

– Это только кажется, - ответила и поймала на себе злой взгляд мужчины.

Бесполезно пожала плечами и спрятала взгляд, затягиваясь дымом. Вспомнила, с каким упоением коршун цитировал записку, и сердце снова затанцевало чечетку. И так рьяно, будто призывая этим ритуальным танцем гребаный инфаркт.

Снова ударила ладонью по панели.

– Вот… перестань так делать, - указал на приборную панель горлышком бутылки. – И всё-таки тебя здорово уделали. А представь такая вот записка придет Данилу. Может ещё с какими-то доказательствами.

– Знаешь, что такое месть? – стряхнула пепел в окно.

– Знаю, - театрально повысил голос. – Это потерянная фирма. А знаешь, сколько мы пахали с Денисом…

– Месть, - нагло прервала. – Это природа человека. Я смотрю на это, как на попытку заставить обидчика прочувствовать мою боль и заплатить за неё.

– Дорого природа обходится, - новый глоток водки. – Вот так же думает Данил. Заставить убийцу брата заплатить за всё.

– Если бы сидя тогда перед Макаром, я знала обо всём, что меня ждет за тем выстрелом...
– нервная затяжка и краткое раздумье. – Я бы всё равно отомстила.

– Ты сумасшедшая. Ты не сходишь, ты уже сошла с ума.

Алиса поморщилась, наблюдая, как друг жадно глотнул водки и в этот раз даже не поморщился.

– И что предлагаешь? – хрипло спросил, возвращая полупьяное внимание.

– Вариантов много, - выдохнула дым в сторону. – Не ныть. Не сдаваться. Не отдавать фирму.

– Про фирму вообще в точку, - злобно фыркнул. – В такую массивную точку между глаз, блядь. Не отдашь фирму, он сдаст тебя. Это провал!

– Бред, - вскрикнула, привлекая внимание друга, который даже проигнорировал новый глоток водки.

– Что?

– Помнишь, как любил говорить Денис? – фанатично затянулась и впустила дым в легкие. – Не существует провалов. Есть только опыт. Или победа, или опыт. Сколько раз он прогорал, но ведь добился своего. Поэтому я никому не отдам эту фирму. Я возненавижу себя, если с фирмой что-то произойдет или её кто-то приберет к своим кривым, меркантильным ручкам.

Сергей фыркнул и заполировал свой скепсис смачным глотком.

 - Вот записка, - покрутил перед носом последнюю записку от свидетеля, которую принесла показать другу.
– Говорит о том, хочешь ли ты увидеть его. А потом объявляется! Подписывает эти ебаные коробки «сестренке от брата». Он же называл тебя родственницей, и от брата, потому что он брат Дениса. Что тебя смущает?

– Во-первых, ты уже изрядно нажрался, - швырнула окурок в окно. – Во-вторых, меня смущает абсолютно всё. Если отбросить эмоции и шоковое состояние… Ваня же тупой, как тот стол, за которым мы сидели.

– Тем не менее, он всё знает и требует фирму.

– Да ты только вдумайся! – закричала, экспрессивно жестикулируя. – Ладно, подбросить записочку под дверь в подъезде. Но присылать такое в дом бандита, маскируя под подарок…

– Ради фирмы и не до такого додумаешься…

– Двойное дно, - прочеканила она. – Спрятать записку под дно коробки. И ты хочешь сказать, что мы говорим о Ване?

– А о ком?

Прислонил горлышко к губам, но видимо передумал пить, и опустил руку.

– Он не свидетель, - достала сигарету и щелкнула зажигалкой. – Но, скорее всего, марионетка свидетеля.

– Блядь, - пьяно бросил Сережа и снова приложился к бутылке.

Зажав сигарету в зубах, выхватила – не с первого раза - из рук друга бутылку и быстро закрыла, пряча от Серого подальше.

– Не говори, что ты не знаешь, что делают со свидетелями, - проговорила невнятно из-за сигареты в зубах.

– И?

– У нас есть якобы свидетель. У меня есть проблема, - посмотрела на прохожих за окном. – Данил ищет убийцу брата, а я искала человека с мотивом. У Вани отличный мотив. Мне нужно, чтобы волчара нашел убийцу и успокоился.

– Я может и нажрался, но всё помню. Пока что твои идеи ничем хорошим…

– Ты отдашь Ване фирму?

– Нет! Я пахал сутками, чтобы это предпр… препры…

Очевидно, обыденное слово давалось тяжело. Водке это слово было не под силу. Алиса зажала в зубах сигарету и обняла друга, словно маленького ребенка. Прижала к себе и нежно шикнула с целью успокоить пьяного мужчину.

– Говори, что делать…

Тихо проговорил он.

– Для начала отвезу тебя в отель, - нежно проговаривала. – Ты проспишься и подумаешь, как нам всё провернуть. А завтра вечером встречаемся и всё обсуждаем. Времени у нас мало. А фирму я никому не отдам.

*****

Яркий свет падал на незаконченный портрет. Кисть старательно поделилась черной краской, вырисовывая одежду на холсте.

Тихая музыка заполняла гостиную, на удивление неплохо отражаясь на нервах. Может и вправду классическая музыка обладает успокоительным свойством.

Сделала шаг назад и взглянула на полотно. Пиджак почти готов и, безусловно, не хватало красного платка в верхнем кармане. Проведя полдня в доме мужчины, который стал опиумом для души и, перенося на холст его изображение, попутно раздумывала, как решать очередную проблему.

На кону было, как минимум, две вещи – жизнь художницы и жизнь фирмы. Ставки слишком высоки, чтобы сделать хоть один неверный шаг. Стоило всё просчитать, а в эту формулу нагло влезали ненужные компоненты. Взять хотя бы проныру. Как его обойти в игре…

Подобные условия пророчили встречу с риском. Лицом к лицу. И она уже слышала его тяжелые, безнадежные шаги. В его шагах сверкали отзвуки сокрушительного проигрыша. Как платы за всю заваренную кашу. Но жизнь скудна без риска.

После доставки пьяного Сережи к отелю, в котором он остановился, она помчала прямиком в больницу. На удивление, Данил вежливо разговаривал и снова нежно прикасался к её щеке. Видимо, на такое он способен только под действием обезболивающих препаратов.

– Нужен отдых, - прозвучало за спиной, и Алиса вздрогнула.

Приятный одеколон ударил обоняние. Облегченно выдохнула и бросила взгляд через плечо.

– Зачем подкрадываешься?

– Где же твое хладнокровие, художница? – обнял со спины, надежно прижимая к себе. – Враг не будет предупреждать, что стоит за спиной или крадется для последнего удара.

– Ты был прав, главарь, - отложила кисть и повернулась к мужчине, оставаясь заключенной в объятья. – Жизнь действительно учит хладнокровию. Жизнь заставляет делать страшные вещи, чтобы выжить. Верно?