Связанные серебром
Шрифт:
— Офицер Холбрук, — сказала я, — вы бы упростили положение, если бы не смотрели моему другу в глаза. Он ничего не сделает. — Я надеялась. — Но волчьи инстинкты подсказывают, что прямой зрительный контакт означает вызов.
Холбрук посмотрел на меня.
— Спасибо, мэм, — сказал он. — Очень признателен за информацию.
— Ордер в фургоне, — сказал Хёрт. — Мой помощник может принести его.
Пока я и Хёрт разговаривали с полицейскими, Адам, Зи, и Габриэль делали все возможное, чтобы отойти на второй план. Но краем глаза я увидела, как Зи пытался привлечь внимание Адама. Когда ему это удалось, он кивком головы указал на склад через дорогу.
Как и Адам, я проследила взглядом туда, куда указывал Зи, и сразу заметила, на что указывал Зи. На вершине склада было что-то, что смешивалось с красной металлической крышей.
При хорошей маскировке Другие могут принимать вид любого живого существа, но чего-то неживого, как крыша, намного сложнее. Я не могла понять он это или она, просто что-то там видела. Я смотрела всего секунду, но всё равно скорее отвела взгляд, чтобы не напугать существо нашим вниманием.
— Бен, — очень тихо сказал Адам.
— Ты что-то сказал? — спросил Тони
Бен прислонился к фургону и болтал с Таней — «Женщиной Охотника за Головами», Кожанчиком (слишком красивым приятелем Хёрта) и Девочкой-техником. У них, должно быть, вообще отсутствовал инстинкт самосохранения, поскольку они все раскраснелись и улыбались.
Когда Адам позвал Бена, тот посмотрел на своего Альфу. Фургон скрывал его от иного на крыше, но и иного он видеть не мог.
— Ничего особенного, — ответил Адам, делая несколько ненавязчивых жестов правой рукой на уровне бедра. Бен ответил жестом, и Адам сжал кулак, затем разжал его.
— Да кто ты такой? — спросил Хёрт.
— Ты покажешь нам ордер? — спросил Тони, меняя тему разговора.
Бен, всё ещё стоявший у фургона, улыбнулся. Он наклонился и сказал что-то своим собеседникам, которые смотрели в нашу сторону, затем будто бы невзначай, обогнул фургон.
Он исчез из моего поля зрения за фургоном, но я увидела, что другой заметил его.
Хёрт произнес:
— Принеси его, дорогая.
И я поняла, что у них была своего рода система связи, которая позволяла ассистентке слышать всё, что мы говорим. И, вероятно, записывать. Я подумала, что это хорошо.
Бен перепрыгнул через высокий забор, если бы кто-то из обычных людей это увидел, сомнений, что он не человек, не осталось бы. Но полиция, и Тони в том числе, смотрели на звезду эфира.
Как мне показалось, никто, кроме Адама, Зи, и меня ничего не заметил. Габриэля нигде не было. Я вспомнила, что видела, как он ушёл в гараж, когда закричала его сестра, потому что Сильвия оттащила ее от вервольфа.
Сосредоточившись, я услышала, как он гневно тараторил по-испански, обсуждая что-то с матерью… и мое имя определенно было частью дискуссии.
Я перестала вслушиваться, когда девушка-техник подбежала к нам с толстой папкой, которую отдала Хёрту. Он перебирал листки в папке, и когда нашёл официального вида документ, передал его Тони.
— У него есть ордер, — сказал мне Тони, стараясь не смотреть на Адама. — И ты права, он не на этого вервольфа. — Он передал бумагу Холбруку.
Старший офицер посмотрел на ордер и хмыкнул.
— Это подделка, — сказал он с абсолютной уверенностью в голосе. — Если бы вы раньше сказали мне имя, я бы сразу ответил, что это подделка, даже несмотря на неповторимую элегантность подписи, которая похожа на подпись судьи Фиска, не больше чем моя. Никто не мог выписать ордер на Хауптмана.
— Я так и подумал, — согласился Тони. — Подпись Фиска непонятная.
— Что? — негодование в голосе Келли было неприкрытым, заставляя меня поверить, что оно искреннее.
Тони, который внимательно наблюдал за охотником, казалось, подумал о том же, о чём и я. Он передал ордер самому молодому полицейскому.
— Грин, иди, позвони и спроси, официален ли ордер, — сказал он. — Только ради охотника за головами.
Как и Тони, Грин изо всех сил старался не смотреть на Адама.
— Я не слышал об этом, — сказал он. — И запомнил, если бы у нас был ордер на него. Мы знаем местного Альфу. Черт, я с уверенностью заявляю, что он не скрывается от правосудия. — Грин посмотрел на Тони. — Но, пойду, позвоню. — После чего бодро направился к патрульной машине.
— Мой продюсер сказал, что полицейские не захотели арестовывать вервольфа, и попросили у нас помощи, — сказал Хёрт, уже не с былой уверенностью.
Холбрук возмущенно фыркнул.
— Если бы у нас был ордер на вервольфа, мы бы арестовали его. Такая у нас работа.
— Ваш продюсер сказал, что мы не хотим арестовывать вервольфа, — сказал Тони задумчиво. — Это продюсер дал ордер?
— Да.
— У него есть имя и контактные данные?
— У нее, — поправил Келли. — Дафна Рондо.
Я задумалась, осознавал ли он, с какой горячностью произнёс её имя? Он аккуратно достал бумажник из заднего кармана и вытащил визитку.
— Держите. — Он сжимал её пальцами, даже когда Тони взял ее. — Вы знаете этого парня, да? И поэтому уверены, что это не тот волк. — Затем до него дошло, он отпустил карточку и посмотрел на Адама. — Адам Хауптман?
Адам кивнул.
— Я бы сказал, что рад познакомиться, но не люблю лгать. И что же, по-вашему, я совершил?
Грин шел назад из автомобиля, качая головой.
Келли посмотрел на полицейского и вздохнул.
— Что за ерунда? Насколько я понимаю, вы не убивали юных девушек и не бросали в пустыне полу-съеденные тела?
Адам разозлился, я была уверена в этом, несмотря на то, что внешне он являл собой спокойного бизнесмена. Из-за своего нрава, Адам не был представителем Брана. Он часто импульсивно действовал, когда злился.
— Жаль разочаровывать вас, — сказал Адам шелковистым голосом. — Но я предпочитаю кроликов. Люди по вкусу напоминают свинину. — И улыбнулся, заставляя Келли невольно отступить.
Тони бросил на Адама негодующий взгляд.
— Давайте не будем нагнетать обстановку, господа. — Он вытащил сотовый и, глядя на визитку, набрал номер. Шли гудки, затем включилась голосовая почта. Тони не оставил сообщения.
— Ладно, — сказал Тони. — Я бы хотел получить от вас заявление об этом ордере. Если у нас кто-то занимается подделками, мы должны узнать кто. Мы можем оформить всё здесь или проехать в участок.
Я оставила Тони и полицию разбираться с последствиями, и вернулась в свой кабинет, позволяя двери захлопнуться за собой. Я оставила Сэма снаружи. Если он никого не убил за утро, то и сейчас этого не случится.