Связанные Смертью
Шрифт:
— Просто друг из прошлого, — сказала я и повесила трубку.
Моя единственная зацепка, буквально ускользнула из рук. В то, что это простое совпадение верилось с трудом, но что же кроится за всем этим, понять никак не могла.
Кристиан, безусловно, мог бы помочь с этим. Наспех одевшись, выскочила из дома и уселась за руль. Надеюсь, пешеходов в такую рань не встречу, и моя поездка будет безопасна для меня и окружающих.
Подъехав к уже знакомой двери, стала тарабанить, что есть мочи. Нервы были не к черту особенно после кошмарной ночи. Но никто не открыл. После еще десяти минут бесплодных попыток разбудить хозяина, я поняла, его все-таки нет дома. Ибо даже соседи слыша меня, с любопытством выглядывали из окон, светя своими ночными сорочками и пижамами.
Еще сильнее распсиховавшись от такого внимания, я устремилась к автомобилю. Следующим пунктом назначения был департамент. Но и там мне не удалось найти Кристиана. Дежурный сказал, что этой ночью Моро не объявлялся.
— Да, где же тебя черти носят, когда ты так нужен? — выругалась. Прямо перед зеленым юнцом, что был в кабинке охранника.
Видимо, совсем недавно приступил к службе и еще не привык к столь эксцентричным особам как я. У него покраснели даже кончики ушей от услышанных бранных слов из уст молодой мисс.
Выхода не осталось, и я решила обратиться не к столь достойному способу добыть информацию. Подъехав к бару «Красный червь» не удосужилась даже зайти в него, сейчас мне было не до того чтоб бродить по всяким притонам.
Не выходя из авто, кинула один серебряник прямо в руки амбалу, стоявшему на входе, попросив позвать Дариуса Аро.
— Выполни и получишь еще два, — сказала я.
Мужчина кивнул. Появился только спустя время вместе с искомым мною Дариусом, старшим сыном главаря Аро. Я была уверенна, он тот, кто сможет помочь вот только, что попросит взамен?
— Так вот значит, кто та отважная малышка, которая считает, что имеет права звать меня словно собачонку? — спокойно сказал мужчина, поравнявшись с машиной.
Его интонация не выражала абсолютно никаких эмоции. Оставалось не ясным: он восхищен моей смелостью или же сейчас отдаст приказ придушить наглую пигалицу на месте.
Дверца моего железного коня распахнулась, и на соседнем сидении оказался Дариус.
— Слушаю, детка, и поверь, время такого человека как я стоит очень дорого.
В горле стал ком, попыталась сглотнуть его. Вышло так себе. Кое-как совладав со страхом, начала:
— Я вытащила из тюрьмы одного из ваших, ты должен знать. Именно я опубликовала историю с беременной девушкой.
— Значит, ты и есть та рыжая журналюга, снующая вокруг. Надо сказать, наслышан. Жаль, что бурлеском в твоем исполнении, насладился лишь мой братец, — хохотнул он.
Лично у меня от этого смеха мурашки по коже пошли.
— Я хочу найти кое-кого.
Мужчина перестал хохотать.
— Взамен ты станцуешь и для меня, детка?
— Я дам кое-что получше.
Дарус выжидающе смотрел.
Перегнувшись через него, открыла бардачок. Пошарив рукой, выудила оттуда толстый конверт.
— Вот, взгляни. Получишь оставшееся, после оказания услуги, о которой прошу.
— Что это деньги? Поверь, я бы и сам тебе переплатил…
— Просто посмотри! — перебила его.
Мужчина открыл конверт, и его лицо тут же переменилось.
Он просматривал документ за документом, вчитываясь в листы.
— По рукам, жди здесь, через час ты будешь знать все о том, кого ищешь.
Я назвала имя Шарлотты, упомянув о том, где та работала прежде. Информации было немного, но Дариус уверил, что и этого достаточно.
Пока каждая минута ожидания, растягиваясь, превращаясь в вечность, а мысли судорожно метались в голове, решилась еще раз попытаться связаться с Кристианом. Оставим автомобиль на том же месте, отправилась в ближайшую телефонную будку. Пошарив в карманах, старого платья мне удалось найти два медяка, трясущейся рукой сунула их в прорезь автомата. Нервы и правда расшалились, кажется, эта ночь добила меня.
В трубке лишь раздавались телефонные гудки.
— Пи-Пи-Пи.
Моро явно не было дома.
— Черт бы тебя побрал, Кристиан, — в очередной раз не сдержалась я, кинув трубку о стену прозрачной кабинки.
И почему мне было так важно услышать его голос, никак не могла понять, но чувствовала, что мне сейчас так нужна поддержка этого сильного мужчины, словно глоток воздуха. Еще немного и я задохнусь, подавшись пучине отчаянья и страху перед прошлым. Что-то случилось двадцать лет назад, что-то творилось вокруг меня сейчас, и что-то происходило со мной самой. Казалось я схожу с ума, а моя голова вот-вот расколется надвое.
Путь оказался не близким, глухая деревушка на отшибе леса, вот где удалось разыскать Шарлотту.
Старый покосившийся забор и скрипучая деревянная калитка встретили меня не слишком радостно. Черный ворон, сидевший на голых сучках больного дерева, расположившегося не далеко от крыльца. Невольно поежилась от неприятного предчувствия, когда птица взлетела вверх, издав пронзительное «Каррр».
Все еще сомневаясь, что Дариус дал нужный адрес, постучала. Ответа не было. Тогда я сделала это еще раз.
Боковым зрением заметила, как колыхнулись занавески на окне. За мной точно кто-то наблюдал.
— Шарлотта, это вы? — сказала максимально громко. — Знаю, что вы здесь, мне нужно просто поговорить.
На мой монолог отклика не последовала.
— Тогда придется сидеть здесь, пока вы не выйдете, и пусть на это уйдут дни или недели, я и не подумаю сдвинуться с места.
Для пущей убедительности плюхнулась на свою пятую точку прямо на крыльце перед дверью.
Но, думаю, Шарлотту не впечатлили мои действия, или в доме и вправду никого не было. Лишь вольный ветер, колышущий старые пыльные занавески.
Думаю, я просидела один или два часа, прежде чем услышала шаги.
Беззвучно отворилась дверь и исхудалое осунувшееся лицо, высунувшись, взглянуло на меня.
— Ты всегда была такой, — послышалось недовольное роптание. — Самая неугомонная из всей семьи. И самая упертая. Проходи, — поманила меня старая женщина.
— Еще в то время ты поступала ровно также. Однажды, когда твоя мама велела каждое утро подавать твою нелюбимую овсянку, говоря о пользе этой крупы для детей, ты и слушать ее не захотела. Села на пол прямо посреди гостиной и не двигалась целый день. А главное молчала как рыба. Ох и разозлилась тогда ваша мать. Я пыталась тебя задобрить, шептала на ухо, что вы получите конфету, если исполните то, что велят. Но все было без толку, и в середине ночи мы все сдались. Удивляюсь, как вас не пугала темнота, вы просидели там совсем одна почти до двенадцати. А на утро слугам было велено подать рисовый пудинг.