Связанные
Шрифт:
– Свитер, джинсы, кроссовки. Что тебе не нравится в его одежде?
Кичиро недоуменно посмотрел на Куросаки, затем на Хицугаю. Синигами ответил снисходительной улыбкой, которую можно было расшифровать "а чего ты хотел, я же плод твоего воображения".
– Уверена? – решил не сдаваться Сигора, теперь уже внимательно разглядывая Куросаки в попытке поймать её, когда она волей-неволей взглянет на соседа по стойке. Куросаки, сосредоточенно глядя в глаза Кичиро, вдруг вредно улыбнулась, наклонилась к пареньку и, оттянув пальцем ворот джемпера, заглянула туда. На мгновение прикрыла глаза, вслушиваясь в аромат, который на таком коротком расстоянии приобрёл отдельные ноты жимолости и мяты. Вернулась на свое место и, полуприкрыв глаза, раскрыла папку.
– Белая футболка, – невинно прокомментировала брюнетка свою "вылазку". – Кстати, Тоширо, классный парфюм.
– Спасибо, – на автомате буркнул Хицугая, приходя в себя после её выходки.
– Она же не слышит тебя, – прошептал Кичиро, не поворачиваясь, но пытаясь сообразить, что же происходит, если Хицугаи – двое, а одного из них явно никто не видит. Никто, кроме него. Впрочем, он и раньше замечал подобные странности, но до сих пор ему удавалось как-то оправдываться перед собой.
Карин закусила губу, чтобы не заржать. Конечно, потом она даст втык Хицугае за подобную подставу и всё объяснит Кичиро, чтобы он не сходил с ума. Но это потом.
– Ты точно никого здесь не видишь? – предпринял последнюю попытку Сигора и снова указал пальцем вправо от себя, где стоял синигами. Увидел у того в руках чашку с водой: – Даже чашку не видишь?
По правде говоря, отсутствие эффекта летающих предметов было одной из загадок синигами и для них самих, ну или для большинства из них. Известно, что люди, обладающие большой духовной силой могли видеть не только призраков, душ, пустых, но также и синигами, а люди с очень большой духовной силой, как Куросаки, могли даже осязать их. Верно было и обратное: души с большой силой могли влиять на физические предметы. Синигами, например, способные к контролю собственной силы могли с одной стороны проходить сквозь одни материальные объекты (те же стены) или не проходить сквозь другие, в том числе потреблять пищу и воду. Но когда синигами брал физический предмет в руки, тот, попадая в поле действия его духовной силы, как бы исчезал из вида обычных людей.
Хицугая как-то обреченно посмотрел на Куросаки, мол, а чего ты хотела, и отставил чашку подальше, чтобы не облиться. Храня его рейрёку, чашка будет невидима еще какое-то время. Куросаки же старательно пялилась на барную стойку сквозь синигами, потом сочувственно посмотрела на парня.
– Кичиро, – Карин запнулась, подбирая слова, чтобы не спалиться самой и не обидеть друга, – не стоит рассказывать всем, что ты видишь. Тем более, если сам не уверен в его существовании. Знаешь ли, могут не правильно понять.
Сигораи обескуражено вздохнул и, желая удостовериться в существовании парня в черном кимоно лично и окончательно, решил по-дружески похлопать Тоширо по плечу. Рука прошла сквозь. Хицугая лишь хмыкнул, отвернулся к дверям. Он обязательно поговорит с Кичиро, не стоит доводить человека до психушки. Только без Куросаки, иначе психушка понадобиться ему самому.
Куросаки тоже тяжко вздохнула, отложила папку. Кажется, пора прекратить эти издевательства, и сейчас кто-то у нее получит по светлой головушке. Оба парня вздрогнули и даже немного испугались, глядя, как Куросаки плавной походкой хищницы на охоте подходит к ним. Карин невидяще смотрит прямо перед собой, она подходит вплотную, но со сдвигом в полкорпуса, её правое плечо – напротив груди Кичиро, левое – напротив Тоширо. Девушка поднимает голову и немного грустно смотрит на Кичиро.
– Не стоит говорить об этом, – повторяет она, – если не можешь даже ощутить его.
Парни не сводят глаз с Куросаки, но Кичиро видит её глаза, в которых появляются искорки и чертенята – ему уже страшно, от того, что она задумала. Карин прикрывает глаза, резко выдыхает, отводит левую руку назад.
Хицугая получил под дых неожиданно, а потому согнулся, хватая ртом воздух. Конечно, это не смертельно и даже не очень больно, но неприятно. Куросаки целиком разворачивается к синигами, хватает его за отвороты косоде и, приподнимаясь на носочки, нависает сверху.
– Ты чего творишь, кретин? – орёт Куросаки под ошарашенным взглядом Кичиро. – Ещё раз оставишь этого идиота на меня, – её пальчик направлен на гигай, с пофигизмом взирающий на сцену, – с девушками сам будешь разбираться!
– С к-какими девушками? – хрипит Тоширо вслед уже удаляющейся Куросаки.
– С влюбленными!
Хицугая вспомнил, что творила Цуна и как реагировала Душа-плюс, и решил, что Куросаки на сей раз права.
К семи часам сели за стол. Отдельные пластиковые столики были сдвинуты в один длинный на кухонной зоне. Выставили плошки с салатиками: мелко наструганные овощи, политые заправками из масла и специй. Готовые закуски, купленные в магазине, стояли прямо в бенто. Свет увидела и выпивка: рисовой водки взяли из расчета по ноль-три на мужика, тройку бутылок абрикосового вина для девушек – да, скромненько так, ведь не нажираться по свински приехали, а 'культурно' отдохнуть, и целую батарею минералки для убеждённых трезвенников.
Куросаки демонстративно наливала себе вино, параллельно прикидывая, что будет, если в минералку налить саке. И сколько этой бурды потребуется, чтобы Тоширо забыл про неё на этот вечер, ибо трезвый Хицугая, болтающийся за ней хвостиком, как днём, в ночные планы брюнетки не входил. А ещё надо не забыть налить Сэиро. Собственно ради этого все и затевалось.
И когда это она прониклась этой идеей – хочешь узнать, что представляет собой парень – напои его. Кто вообще первым сказал эту глупость? Впрочем, всё идет по плану. Сэиро, сидящий напротив Карин, уже опрокинул пару стаканчиков. Не полных, конечно. И сакэ стаканами тоже не пьют, но не тащить же было сюда пиалы. Карин взяла свой стаканчик и, поймав взгляд Сэиро, с очаровательной улыбкой отпила. Точнее, она надеялась, что со стороны это выглядит вполне натурально, а на деле лишь смочила губы. Хицугаю пыталась разговорить Намика, наслушавшаяся девчоночьей болтовни за готовкой обеда. Эх, была - не была!
Наконец, включили музыку, чему предшествовало долгое переругивание между Кичиро и Рёхеи. Рёхеи подсовывал то одну, то другую флешку, пытаясь определиться с жанром, в то время как Кичиро в принципе пытался разобраться с чужой стерео системой: куда воткнуть, чего нажать, где выровнять эквалайзер, потому что Рёхеи опять приспичило ткнуть пальцем не глядя. Молодёжь потянулась в зал, несмело разогреваясь. Какая-то парочка проскочила наверх уединиться, пока остальные тусуются в зале.
Хицугая сидел в пол-оборота к столу, внимательно отслеживая передвижения Куросаки по танцполу, где уже находилось большинство. Его соседка по столу бросила бесплодные попытки вытащить парня 'размяться', тем не менее, синигами остался вовсе не белой вороной. На другом конце стола сидел полноватый парень, продолжая неспешно подъедать закуски. Что он делал в футбольной команде, для Тоширо было загадкой. Через пару стульев от него тихо переговаривались двое старших, не забывая подливать друг другу водку.
Хицугая поглядывал на танцующих, запоминая движения на случай, если его всё-таки вытащит Куросаки – с неё станется, и отбивал такт пальцами. Кстати, о Куросаки. Тоширо встрепенулся. Мгновение назад её брюнетистая макушка мелькала среди прочих, а теперь и след простыл. Капитан встал и, стараясь не цепляться за танцующих, начал продвигаться в поисках подруги. Шестое чувство подсказывало, что оставлять её одну не стоит. В зале Куросаки не было, и Тоширо скоро поднялся на второй этаж.
– Куросаки? – девушка вылетела из крайней комнаты, чуть не врезавшись в противоположную стену, и Хицугае пришлось придерживать её.
– О, Чебурашка! – протянула Карин, и на её лице расплылась шалая улыбка. Девушка покачнулась, сделала шаг обратно в центр коридора, запнулась и повисла на шее Хицугаи. Тоширо хотел было высказаться по поводу новой клички, но почуял явный запах алкоголя от подруги и понял, что сейчас говорить что-либо бесполезно.
– Которая комната твоя? – спросил он, ловя сползающую девушку под руки.
Карин слегка отстранилась, повернулась по направлению вглубь коридора, пытаясь сфокусировать взгляд.