Чтение онлайн

Сознание его угасло, но еще почти минуту Ци крепчака текла по стенам искалеченной крепости. Даже после своей смерти Ива продолжал держать стены, защищающие тех людей, кого он мог назвать уже даже не союзниками, а друзьями.

– Перезарядка потребует полчаса, – доложили командующие экипажами мобильных крепостей.

– Не позволяйте расслабляться их крепчаку, выматывайте его, по готовности ведите обстрел малыми штурмовыми дзюцу!

– Да, генерал.

Санииро отошел от крепостей и присел на обломок стены одного из рухнувших домов. Подкатывающая к горлу желчь душила генерала, тьма обнимала и наполняла тело болезненной пустотой. Победа была у него в руках, но солдат, прошедший множество войн, прекрасно понимал, что это не победа, а самое настоящее поражение. Армия обескровлена, боевой дух воинов и авторитет командования подорваны. Потери. Слишком велики были потери.

Сорокапятилетний генерал был по меркам самураев уже бывалым ветераном, но за долгие годы великих побед начал забывать, какую горечь приносят вид разбитого войска и гибель близких людей. Торжествуя вместе с соратниками, он привык жечь города, наслаждаясь видом добычи и пленников. Привык к славе, парадам и хвалебным речам. Но на этот раз парадов не будет. Не будет ни хвальбы, ни добычи, ни славы. Захватчикам достанутся лишь позор и невосполнимые потери. Словно кто-то сдернул гордых победителей с облаков и со всего маху ткнул их лицами в кровавую грязь, напоминая о том, что они не боги, а люди, такие же, как те, кого они убивали и презирали. Люди, которых можно победить.

– Санииро-сама! – техник из узла радиосвязи, который притащила с собой южная группировка, подбежал и пал ниц перед командующим армией. – Столица вышла с нами на связь!

– Что? Дайме передает приказы?

– Нет, генерал. С вами желает переговорить госпожа, представившаяся как леди Такара. Она просит вас выслушать ее, передающую защитникам страны волю Верховного Совета.

Врач попытался удержать мальчишку, который пытался подняться из почти угасшей хирургической печати.

– Мой господин, вы не сможете сражаться! Мы еще не завершили регенерацию вашей кожи, даже краткое воздействие чужеродной Ци снова сожжет ее!

– Сколько я проживу в бою?

Врач замялся.

– Сколько?!

– Минуты две, мой господин. Если я вколю вам обезболивающее. Вы истечете кровью...

– Две минуты – большой срок. Где медикаменты?

– Мой господин...

– Вколи, или я уйду без них. Подари мне столько времени, сколько сможешь, прошу тебя.

Врач, понимая бессмысленность споров, сдался.

Времени облачаться в доспехи не было. Врач лишь помог Кано застегнуть ремни кирасы и щитков на лодыжках, подал шлем, который спрятал изуродованное лицо принца. Все тело мальчишки представляло собой один сплошной шрам, его вид сейчас мог бы ввести в состояние шока кого угодно. Меч Тоцука брал огромную цену за свою помощь.

Цену, которую придется заплатить еще один раз.

Кано сжал дрожащими пальцами эфес чудовищного меча. Энергия Ци, плененная силовыми схемами Тоцуки, впилась в кисть руки принца, мгновенно иссушив тонкую, едва только наращенную, кожу. Трещины расползлись, капли крови упали на землю.

Мальчишка, с благодарностью кивнув врачу, направился к выходу, стараясь не покачиваться и не спотыкаться при ходьбе.

Он поднялся по лестнице и ступил во внутренний двор замка. Самураи и ополченцы обернулись, приветствуя своего лидера пустыми взглядами обреченных, смирившихся со смертью. Кано обвел столь же пустым ответным взглядом горстку выживших своих бойцов и, ничего не говоря, поплелся к воротам замка, на миг задержавшись только у полуистлевшего мертвого тела Ивы.

Сердце болезненно дрогнуло в груди мальчишки. Это было невыносимо жутко – видеть мертвым человека, которого знал много лет. Где Куо и Макото? Страшно подумать, что еще совсем недавно Кано не представлял себе жизни без них. Без своих друзей. Без шуточек и подколов рыжего задиры, без молчаливой и доброй поддержки замкнутого в себе силача, без стальной брони Красного отряда, незыблемая верность которых внушала принцу веру в людей. Без печального старого генерала, доброта души которого воспринималась окружающими как слабость.

Давно ли мальчишка верил в чудеса, обнимая руками живое пламя в образе синеглазой девочки? Верил в то, что враги и тьма где-то далеко, что демоны этого мира никогда не коснутся так неожиданно обретенного счастья.

Слезы потекли по щекам Кано. Ничего не осталось. Погибли все. Мечты и сказки развеялись, как бесплотный мираж в пустыне. Все кончено. Осталось только умереть...

Стена замка взорвалась огнем и мелким щебнем, получив удар штурмового дзюцу. Волна взрыва швырнула людей к противоположной стене и шибанула о камни, круша доспехи и размазывая солдат в кровавую кашу. Кано спасло то, что он в момент взрыва уже подошел к воротам. Толстостенный каменный портик пошел трещинами, но защитил его от ударной волны.

Солдаты Камней торжествующе закричали, видя, как выстрел из мобильной крепости прошиб стену замка. Крепчак выдохся или погиб, крепость совершенно беспомощна без него! Еще два или три выстрела...

– Прекратить огонь! – выкрикнул Санииро. – Кто сделает еще хоть один выстрел по крепости – лишится головы!

– Но, генерал... – удивленно обернулся к нему один из генералов. – Что происходит?

– Есть шанс, что принц Кано может быть жив, – мрачно ответил Санииро. – Есть шанс...

«В ближайшее время он не сможет собрать новой армии, достаточно большой для вторжения на наши земли, но для защиты своей земли набрать солдат будет ему по силам. Страна Водопадов снова станет щитом между нами и странами востока».

Санииро молчал довольно долго, мучительно осознавая слова, сказанные леди Такарой, но в молчании не было спасения. Генерал заговорил, и радиопередатчик донес его голос до каждого из замерших в растерянности самураев.

Стены покосились, ворота замка заклинило, и Кано, пройдя сквозь пыль и догорающее пламя, пробравшись через груды каменных обломков, вышел за пределы замка через пролом. Нельзя позволить врагу сделать еще хоть один выстрел. Нельзя... как будто отсрочка еще в несколько минут может кого-нибудь спасти.

Кано вышел из облака пыли и встал в полный рост, крепче сжав истекающие кровью пальцы на рукояти Тоцуки. Последний бой и забвение, которое истерзанный сын эпохи Войн примет с радостью. Нечего больше терять. Незачем жить.

Армия врагов стояла перед ним, безбрежным морем металла, над которым, словно тростник, колыхались шесты с флагами.

– Идите... – прорычал Кано. – Идите же сюда, ублюдки. Вот он, я!

Но армия Северной Империи вдруг подалась назад. Кано и уцелевшие защитники замка в изумлении смотрели на то, как шеренги копейщиков начинают отступать и перестраиваться в походные порядки. Ворота в кормовых частях осадных башен раскрылись, обслуга штурмовых печатей и лучники оставляли свои позиции и уходили вместе с остальными отрядами, бросая стальные громады на произвол судьбы.

– Что?.. – не веря своим глазам, Кано смотрел вслед отступающей армии. – Почему?!

Людское море расступилось, оставив на виду полуразбитой крепости одиночного конного самурая. Санииро долго смотрел на замок и маленькую фигурку человека перед ней. Магия проклятой лисицы запоздала. Почти все ее друзья погибли, но все же... этот жив. Человек, от которого в стране Водопадов зависело все. Он будет хорошим правителем для этой истерзанной земли. Похоже, люди получили обещанную сказку.

– Армия Камней уходит, – Канатароу ярился, не выпуская оружия из рук. – Отец! Позволь, я принесу в наш лагерь голову принца Кано! Он должен заплатить за то, что возомнил себя избранником богов!