Чтение онлайн

– Даже если мне суждено погибнуть...

– Избавьте меня от пафосных речей, Аюми-химе. Поверьте, я не тот, за кого вы меня принимаете. Я не сказочный идеал благородного принца и в первую очередь думаю о безопасности своих людей. Сочувствие никогда не победит во мне здравый смысл, и потому оставьте попытки разжалобить или очаровать меня. Я даю вам шанс. Уходите. Так быстро, как возможно. Могу дать вам смирную лошадь. Людей дать не могу. Отправлять верных мне солдат в защиту потенциальной враждебной куноичи, которая ночью перережет им глотки? Никогда!

Аюми вдруг затряслась, упала на пол и, в мольбах заламывая руки, потянулась к Кано.

– Нет, нет, Кано-сама! Не выгоняйте меня! Умоляю! Меня убьют там! Только вы можете меня защитить! Пожалуйста, я готова на все ради вас! Пощадите! Нет!!!

Куо уже отдал приказ по рации, двое самураев вошли и выволокли из комнаты отбивающуюся, кричащую в истерике девчонку. Сунув ей в руки узел с деньгами, едой и теплой одеждой, они вытолкнули ее и ее служанку в ночь, в темноту, на зимний холод.

– Следовало ли быть столь суровым? – спросил Шичиро у принца, который, когда девушку увели, сразу поник, побледнел и потерял всю свою показную властность.

– Что вы от меня хотите? Чтобы я рисковал, забирая в замок всех, кто вздумает постучать в дверь и рассказать слезливую историю? – бесцветным голосом ответил Кано. – Что бы это было, как не признак неземной глупости и подлости с моей стороны? Я, значит, буду добреньким принцем, а мои люди охраняй убийц и подставляй за меня свои шеи? Оставшись до утра, куноичи могла бы попытаться попасть на глаза Кицунэ или леди Хикари. Передала бы через другого шпиона записку с просьбой встретиться. Кицунэ любопытна. Уверен, что вызвать сочувствие и заручиться ее поддержкой у куноичи никакого труда не составило бы. Нет. Сейчас не те времена, чтобы мужчине, правителю и солдату, можно было позволить себе быть доверчивым и наивным. Пусть даже образ мой в чьих-либо глазах потускнеет, я буду принимать трудные решения и брать на себя ответственность, руководствуясь прежде всего спокойствием и безопасностью моих солдат и друзей. Тех, кому я могу доверять и чье доверие обмануть не имею права.

Шичиро молча отвел взгляд, пряча от принца светящееся на донышке глаз выражение глубокой тревоги.

– Это был правильный выбор, – сказал Куо, когда они с принцем и Макото вернулись в личные покои Кано. Рыжий видел смятение в душе мальчишки и стремился его поддержать. – Любой, у кого в голове есть хоть капля здравого смысла, выскажет вам свое одобрение.

– Но в замке, похоже, таких немного. Даже генерал Шичиро пытался мне возражать, а уж он-то должен понимать, что иначе я поступить не мог! Откуда же столько негатива? Замок словно вдруг переполнился злобой. Что-то подсказывает, что я ошибся и люди, желавшие видеть во мне сказочного героя, увидели, что я обычный человек, способный сохранять хладнокровие и даже быть жестоким.

– Нет, уверен, не в этом дело, – Куо покачал головой. – Только у откровенной дуры могло хватить фантазии притащиться в Серую Скалу так, как это сделала Аюми. Вы сделали для дуры все, что могли. Я думаю, причина вспышки негатива в другом. Араши – человек Юидая. Доказательств нет, но мы сейчас не в суде. Примем как данность, что он предатель. Пытаясь протащить в замок ниндзя, он собрал вокруг нее тех стражей, что лояльны вашему брату, Кано-сама. Поэтому и произошла вспышка негатива, когда вы вопреки их надеждам отвергли подсыльную прелестницу и изгнали ее. Они поняли, что вы не слюнявый дурак и избавиться от вас так просто не получится. Их ненависть просто стала чуть более явной.

– Но генерал Шичиро...

– Генерал Шичиро слишком много думает о дипломатии, – вступил вдруг в разговор Макото. – Он не хочет начала гражданской войны и пытается привлечь солдат Юидая на нашу сторону. Шичиро-сама пытался отделить своих от чужих, узнать, кому можно доверять, но наместник Масуйо старательно прячет карты. Генерал в растерянности, но не хочет признаваться себе, что у нас сейчас нет другого выхода, кроме как дать волю мечам и рубиться до победы или смерти. Ваши действия наверняка разозлят Масуйо, мой господин, и Шичиро, все еще надеющийся на мирный диалог с ним, не может не поддаться гневу. Вы разрушаете то, что он создавал, Кано-сама, но путь Шичиро полностью ошибочен. Попытки поддержать мир любой ценой могут стать для нас всех только дорогой в могилу. Сейчас в стране образовалось два полюса власти – вы и Юидай, мир не наступит, пока один из полюсов не исчезнет. Не поддавайтесь и продолжайте сражаться, Кано-сама, с яростью и упорством, чтобы все мы, кто искренне вам предан, не разочаровались в своем выборе и шли за вами в любое пекло. Переговоры будем вести позднее, с позиции силы, а не унижаясь и прося. Шичиро слишком слаб. Бунтарский дух присутствует в нем, но он мирный человек, которым легко манипулировать, запугивая или угрожая. Поэтому Юидай и поставил его вашим тюремщиком. Шичиро проявил силу воли, позволив зародиться и развиваться отряду бунтарей, но теперь замку нужен новый лидер. Тот, кто доведет начатое до конца. Вы должны действовать сами, как генерал самураев и будущий дайме.

Кано почувствовал бегущую по телу дрожь. Груз огромной ответственности давил на его плечи, страх жгучим ядом тек по жилам.

Взгляд мальчишки натолкнулся на пышную дамскую накидку, в которой пришла в эту комнату Кицунэ несколько часов назад и о которой даже не вспомнила, бросаясь на помощь маме.

Кано приблизился к креслу, в котором недавно сидела Кицунэ, позируя для портрета. Мальчишка сел и провел рукой по драгоценным тканям девчоночьего плаща, отороченного пушистым мехом.

Детство в эпоху Войн очень коротко. Игры закончились. Пора взрослеть.

– Не беспокойтесь, Аюми-сан, – генерал Садато только улыбался, слушая оправдания обозленной куноичи. – Я ни в чем вас не обвиняю. Всем известны неодолимые чары волшебных лисиц. Златохвостая попросту околдовала нашего доброго принца, и он стал совершенно невосприимчив к чарам людских красавиц. Я даже беспокоюсь за своих воинов. Эй, солдаты! Хватит ли у вас решимости выпустить потроха милому синеглазому лисенку?

– Не беспокойтесь, генерал! – отозвались на его слова самураи, что тщательно вырисовывали на земле большую силовую печать, одну из тех, что применяют для подготовки мощных штурмовых дзюцу. – Она даже взвизгнуть не успеет!

– У меня дома четверо своих детей, – угрюмо буркнул ветеран средних лет, командовавший приготовлениями. – Все было замечательно, но теперь из-за той мелкой твари и из-за принцессы травогрызов солдаты Камней могут сжечь мой дом и вспороть животы моим близким! Мы должны были мирно сдаться империи, но Златохвостая учинила в стране кровавое безумие. Пусть теперь не жалуется! Распотрошу так, что ни один хирург сшить не сможет!

– Помните о наградах за головы! – довольный ответом, выкрикнул Садато. – Никакой пощады! Живыми они нам не нужны.

– Награды может получить любой. Верно, генерал? – глаза куноичи горели алчностью и жаждой мести. – Вы не будете против, если я тоже поучаствую?

– Приветствую ваше усердие, Аюми-сан. Только будьте осторожны. Не опечальте вашего отца своей гибелью.

– Отец будет больше опечален, если я не смою кровью позор проваленного задания.

– Достойные слова дочери самурая, хоть вы и отринули свой социальный статус ради служения клану, – генерал оглядел Аюми, сменившую роскошное кимоно на бело-серый маскировочный костюм ниндзя. – У меня нет возможности вами командовать, и ваш отец не спросит с меня за ваши действия. Удачной охоты, Аюми-сан. Я получил свежие вести. Полутысяча самураев из южных городов подойдет завтра к полудню. Отказом принять вас Кано только приблизил собственную гибель. Нет больше смысла ждать. Завтра вечером мы сровняем Серую Скалу с землей. Постарайтесь урвать свой приз раньше моих бойцов, благородная леди.

Замок, долгое время служивший тюрьмой для принца Кано, мог похвастаться всего одним кольцом стен, но даже такие малые оборонные сооружения не обходились без главных башен. Многоэтажное здание с крышей-пагодой гордо возвышалось над стенами и открывало хороший обзор местности. Новое утро Кано встретил на верхнем этаже этой башни, куда доступ прежде ему был строго запрещен.

Мальчишка смотрел на черный зимний лес, тянущийся вдаль до самого горизонта, и размышлял. Ночью он проспал всего несколько часов, но для генетически измененного воина этого было вполне достаточно. Всплеск адреналина наполнял Кано энергией и решимостью действовать.