Чтение онлайн

Катаны, топоры и копья, бьющие снаружи, крушили доски и бревна, словно какое-то чудовище из фильма ужасов рвало когтями преграду, пытаясь добраться до засевших в укрытии людей. Серые в прямом смысле шли напролом.

– Теснее ряды! – выкрикнул Куо, поднимаясь на ноги и выхватывая из ножен на поясе короткий меч. – Встретим гостей со всем радушием! Они пришли убить наших красавиц? Покажем серым ублюдкам, что рядом с благородными леди есть храбрые мужчины, достойные звания самураев!

В дружном движении пятьдесят воинов сомкнули стену щитов перед теми, кого они готовы были защитить любой ценой. Страха в глазах не было ни у кого, только гнев и жажда боя с ненавистным врагом.

– Копья к стрельбе готовь! «Разящие вихри»! – Куо сощурил глаза. – Ива-сан... снимай защиту на счет «Три». Раз... два... три!!!

Защита поддалась, стены начали обрушаться, и самураи Серых ринулись на прорыв, когда в упор, с двух-трех метров, им в щиты и шлемы ударили «Разящие вихри». Стену вынесло наружу ворохом щепы, ряды самураев качнулись назад. Полетели во все стороны куски брони, вырванные конечности и головы.

– Держите еще подарочек! – Ива захватил под контроль землю под полом и ударил по стене за спинами обороняющихся. Чувствуя мощь дзюцу, самураи Серых рубанули дестабилизирующими волнами, но крепчак успел швырнуть жалкие останки дома. Черепичная крыша, грозившая рухнуть на головы самураям принца Кано, подлетела вверх и обрушилась на попятившиеся ряды Серых. Балки и куски обожженной глины похоронили под собой почти два десятка воинов. Не убили никого, но еще больше нарушили строй атакующих и выиграли защитникам несколько драгоценных секунд.

– Добивай! – Куо взмахнул мечом и первым шагнул к дрогнувшим самураям Серых.

Не щадя истекающих кровью врагов, телохранители Кано заработали мечами, снося Серым головы с плеч, вспарывая животы, пронзая грудные клетки. Оглушенные и раненые, самураи разбитой армии Садато потеряли контроль над потоками Ци. Окутанные синим свечением, клинки рвали металл, как тонкую бумагу. Казалось, победа уже была в руках у стражей Кано, но грозный рык прозвучал в ответ на боевой клич Красных, и клинки тяжелых катан скрестились, рассыпая вокруг веера синих искр. Серые, потеряв три десятка своих товарищей, снова ринулись в атаку, и звон оружия разлился над округой, заглушая даже крики ярости и вопли боли. Из армии Садато разбежались все слабаки, заморенные голодом и нищие, как бездомные псы. В двух сотнях, что напали на заманенных в ловушку повстанцев, были только надзиратели. Прикормленная и обеспеченная часть армии Юидая, без которых удержать в подчинении рабов было бы попросту невозможно.

Вполне довольные жизнью и искренне поддерживающие своих господ, Серые шли защищать свой мир, полный благ, привилегий и чувства собственного возвышения над остальными. Отступление и бегство для них было так же невозможно, как и для солдат Красного отряда.

Свистели, рассекая воздух, окутанные энергией Ци мечи и топоры. Тяжелые булавы с грохотом крушили доспехи. Солдаты готовы были рвать друг друга зубами ради победы, в которой для каждой из сторон была жизнь, ни больше ни меньше.

Куо вонзил клинок меча под шлем наседающего на него латника, толкнул падающее тело, но отступил, когда справа и слева от него под ударами врагов рухнули двое стражей Кано.

– Назад! – проорал однорукий лучник. – Теснее ряды! Стену щитов! Прикрывайте друг друга!

Чувствуя превосходство и перехватывая инициативу у врагов, Серые перешли в наступление. Полностью окружив обороняющихся, они рвали их, словно голодный зверь желанную добычу.

– Вы умрете здесь! – с яростным торжеством орали Серые, не замечая собственных ран и убитых товарищей. – С вами покончено, а о Мичиэ позаботится дайме Камней! Эта страна – наша! Время умирать!

– Макото! – орал в микрофон радиопередатчика Куо. – Где ты шляешься, жирная панда?! Живо сюда!

Тишина. Слабенькие, несовершенные радиопередатчики в самурайских шлемах могли отправить сигнал километра на два, не больше. А ведь в технически развитых странах, вроде Северной Империи, по слухам, до двадцати километров уже радио берет...

Искалеченный лучник с надеждой посмотрел в сторону, откуда могла прийти подмога. Не могут же Макото и его солдаты игнорировать грохот боя и зарево пожара, гложущего останки разрушенного дома!

Дым...

Дымовая завеса поднималась между местом побоища и лесом. Дым, который направляли при помощи дзюцу ветра, накрыл поле боя, поглощая лишний свет. Грохот... у леса стоял самурай. Вероятно, тот же, что управлял дымовой завесой. Звук – не что иное, как колебания воздуха. «Зона тишины», область, в которой воздух искусственно неподвижен, – рядовое дзюцу, известное как самураям, так и шиноби. Самураи Макото ничего не видят и не слышат. Они вернутся минут через двадцать или тридцать... к горе трупов, в центре которой будут лежать изрубленные тела Кано и тех, кого он и его воины будут защищать до последнего вздоха.

Все кончено...

Самурай, прячущий зарево и гасящий звуки боя, победно ухмылялся. Он гасил все знаки сражения, которые могли всполошить ушедших на север врагов, но не заботился о том, что видеть зарево и слышать грохот могли люди, приближающиеся с юга.

– Вперед! – задыхаясь от быстрого бега, проорал самурай, ведущий отряд. – Мы успеем! Должны успеть! Золотая богиня, дай нам сил! Сверши чудо!

И чудо свершилось. Покрытые кровью и грязью, истощенные и израненные самураи в грубо залатанных доспехах свершили новый рывок. Подстегнутые страхом потерять едва обретенную надежду, они, как и любой человек в критической ситуации, начали открывать внутренние врата духа и усиливать ток энергии Ци в мышцах. Калеча себя в запредельных усилиях, самураи, ободравшие знаки кланов с брони, замотавшие тряпками собственные лица, отчаянно спешили к месту боя. Красующиеся на их руках серые повязки были перекрашены кровью в алый цвет.

Макото даже удивился тому количеству энергии Ци, что было разлито вокруг. Деревья и земля сильно фонили, глуша чутье самураев. Что это? Результат ошибки в работе со штурмовой печатью? Или ловушка?

– Стоять! Смотрите под ноги! – выкрикнул он, говоря это и коням и самураям. – Взрыв-печати этим фоном маскируют, не иначе! Разведчик!

Один из самураев устремился вперед, домчался до рукотворной поляны и вернулся.

– Все чисто, Макото-сама! – выкрикнул он. – Ни ловушек, ни затаившихся врагов. И эти, на поляне... они заняли оборону и подняли белый флаг!

– Что?! Сдаются? Что за бред? Шли сюда десятки километров, чтобы сдаться?

– Может, они сами скажут нам, что это значит? – генерал Шичиро вопросительно взглянул на Макото. – Давайте хотя бы спросим их, прежде чем рубить.

– Подойдем к ним на расстояние, необходимое для набора скорости перед полноценным кавалерийским ударом, – пару мгновений поколебавшись, ответил Макото. – Дальше я один.

Через минуту он верхом на Забияке выехал на рукотворную поляну и, не убирая оружие, дождался когда к нему приблизится командир семи десятков пеших латников, что сгрудились у дальнего края поляны и заслонились щитами.

– Чему обязан сомнительной радостью видеть вас здесь? – спросил Макото, когда десятник Серых поклонился ему. – Скажите мне причину, по которой я не должен немедленно втоптать в землю ваш отряд?

– Хотя бы потому, что при этом вы потеряете несколько собственных людей, капитан. Бессмысленно и бесполезно лишите жизни своих солдат. Армия Садато разбита, у нас больше нет командиров, и... и мы не можем вернуться к своим кланам с вестью о поражении. Нас попросту казнят. Единственный шанс для нас выжить – это помочь вам одержать окончательную победу. Прошу... позвольте нам присоединиться к вашей армии.

– Нет. Вы можете пойти с нами только в качестве военнопленных. Немедленно сложите оружие и снимите броню.

– Военнопленных? – десятник поник и молчал почти минуту, размышляя о перспективах. – Возможно, мне удастся переубедить командиров в Инакаве... позвольте тогда обговорить условия нашей капитуляции.

– Единственное условие – это немедленная сдача вооружения и полное подчинение приказам!

– Вы гарантируете нам жизнь?

– Только пока не почувствую угрозу с вашей стороны. Ваша безопасность в ваших руках.