Чтение онлайн

— Хм. Хорошее предположение. Я думала скорее о другом, но твоя гипотеза ближе. Если это так, то для того, чтобы использовать Ци иного типа — следует создать что-то вроде трансформатора, частотного преобразователя. Но вначале нам нужно установить частоты, а следовательно, нужен прибор…

— Стой, не беги впереди паровоза. Сперва нам нужно проверить гипотезу о частоте. А для этого, следует идти с самого начала — нужно найти способ измерять силу энергии Ци.

— Предлагаю волосяной индикатор. Ты же видела, что волоски в бороде Генерала Лю встают дыбом, реагируя на выбросы Ци? Если…

— Взять такой волос и запаять в герметичной стеклянной капсуле, выкачав воздух!

— Добавить шкалу!

— Найти закономерности! — они оглядываются на Генерала Лю и тот сразу как-то подбирается в своем кресле.

— Если один волос, то ничего страшного. — говорит он: — я же все понимаю. Для науки. Если нужно пожертвовать, то я готов. Конечно.

— Томас Эдисон в свое время провел более десяти тысяч неудачных экспериментов с материалом для лампочки накаливания. — говорит Сяо Тай: — десять тысяч только для того, чтобы определить материал и способ, хотя он уже знал принцип. А мы — мы не знаем принципа. Нужен не один волос. Больше.

— Намного больше, — вторит ей другая Сяо Тай: — сколько всего волос в человеческом теле? Бороды нам может не хватить.

— На голове от восьмидесяти и до ста тысяч волосяных фолликул, производящих волосы достаточной длины. Должно хватить. — отвечает ей Сяо Тай и ее глаза вспыхивают азартом: — но если что мы же можем вырастить еще!

— Ээ… — Генерал Лю оглядывается по сторонам: — я конечно все понимаю… но что обо мне во дворце подумают?

— Ты неправильно ставишь вопрос. — говорит другая Сяо Тай: — это не «волосы Генерала Лю реагируют на Ци», это скорее «мы можем наблюдать что его волосы реагируют на Ци». Скорей всего любые иные ткани в его организме реагируют на Ци. Генерал — сенсор. Значит нам не обязательно нужны его волосы… хотя с ними легче конечно.

— Что еще можно использовать в качестве индикатора? — Сяо Тай окидывает Генерала задумчивым взглядом: — кровь. Конечно же кровь. Да безусловно, можно и лимфу, но ее заметно меньше и сложнее добывать. Кровь, да.

— Костный мозг. — добавляет другая Сяо Тай: — мне кажется, что сперва нужно провести серию экспериментов с тем, как все ткани Генерала реагируют на Ци, и уже потом — начинать работать над индикаторами и разработкой шкалы измерения.

— Все ткани Генерала? — Сяо Тай бросает еще один задумчивый взгляд на Генерала: — ну конечно же! Ты права. Боже, мне так не хватало единомышленников! Конечно же. Все ткани. Что там? Кожа, кости, внутренние органы, глаза! Зрачки — это может быть прорыв! Индикация зрачков на подачу энергии — это более наглядно… что у него еще есть…

— Кажется мы с тобой совершили ошибку, дорогая. — говорит Генерал Лю: — учтите, я буду сопротивляться.

— Девочки будут ужинать? — наклоняет голову женщина в переднике и с платком на голове.

— Девочки будут проводить научные изыскания. — оповещает хозяйку Сяо Тай: — прошу прощения, но это важно. Фундаментальная наука требует определенных жертв и… а куда это у нас Генерал пропал?

— Сейчас поймаю! — срывается с места другая Сяо Тай: — подготовь оборудование!

Глава 3

— И где она пропадает?! — говорит Ли Шан, расхаживая по комнате взад и вперед: — что это с ней?!

— Хм. — выдает Юиньтао, тщательно осматривая лезвие своего меча. Занятие это не для торопыг, это занятие, которому следует предаваться с толком и расстановкой, не суетясь. Осознавая, что меч — это душа мечника, а значит и не время для суеты сейчас. Как говорит старый хрыч, спешка хороша при ловле блох, а делом нужно заниматься обстоятельно. Вот и сейчас — она уже убрала мекуги-нуки, штифты, удерживающие рукоять на клинке, убрала в сторону, на квадратик чистой пергаментной бумаги цубу с узором в виде цветка камелии, пожалела о том, что не захватила с собой в путешествие атеги — специальное приспособление для снятия рукояти с клинка. Крепко сжала рукоять меча в левой руке и легкими постукиваниями кулаком правой руки по левой — добилась того, чтобы клинок вышел из паза рукояти.

— В самом деле. Она же совсем молодая. Незамужняя девушка и наедине с Генералом вот уже третий день! В конце концов это же неприлично! Ее честь… достоинство… как она замуж будет выходить!

— Хм. — подтверждает Юиньтао, вынимая клинок из паза рукояти, воспользовавшись рисовой бумагой, чтобы не оставлять жирных отпечатков пальцев на стали. Она крепко сжимает клинок, поворачивая его лезвием вверх и давая хабаки соскользнуть по хвостовику-накаго. Берет чистую салфетку и тщательно протирает боковые стороны клинка, одним плавным движением, ее рука не останавливается ни на мгновение, но в то же время и не движется слишком быстро. От хабаки-мото и до киссаки — два движения, раз, два. Она откладывает салфетку в сторону и берет чистую. Повторяет процесс. Ее движения плавны и неторопливы. Так и следует вести себя мечнику. Потому что меч — это душа мечника и ей совсем не мешает этот Ли Шан, которому делать нечего, ворвался к ней в комнату, а она занята. За мечом ухаживает. Потому что еще старый хрыч Отшельник Шибуки ей говорил — если у тебя на душе гнусно, если горе или печаль, или скука… то тренируйся. Или вон, за мечом ухаживай. Есть возможность протереть его, наточить и отполировать лишний раз, так и сделай. Вон, как коты за своим хозяйством ухаживают, лижут его постоянно, так и мечник — есть свободная минута, осмотри клинок, проверь на рыжие точки ржавчины, выправи лезвие, если есть повреждения, смажь все маслом… потому что ржавчина на клинке — это хуже, чем грязь на лице. Ржа коварна и быстра, только уберешь клинок в ножны не протерев как следует и уже на следующий день в тех местах, где на него попала кровь — пойдут рыжие пятна. Госпожа Тай говорит, что в ее мире есть сталь, которая не ржавеет и остается острой, но в Поднебесной найти адамантит невероятно трудно. Да и не стремится она заиметь меч, за которым не нужно ухаживать. Протирать меч, проверять его состояние, выправлять зазубрины на лезвии, полировать и смазывать — давно уже часть ее самой.

— И чем они там могут заниматься?! Три дня! — Ли Шан останавливается посреди комнаты и смотрит на Юиньтао с явным возмущением. Она вздыхает. Откладывает салфетку в сторону и берет еще одну, чистую.

— Не дрожи ты так, Говорящая Рыба. — говорит она: — ничего с твоей драгоценной Сяо Тай не случится. Госпожа еще и не из таких переделок выходила, да и лекари Генерала сказали, что им был отдан приказ заботиться о нас всех. Конечно… лекари у вас тут просто чудо… — она машинально прижимает ладонь к своей груди, спохватывается, сердится сама на себя и убирает руку. Тоже мне, думает она, ты же мечница, возьми себя в руки. Как именно лекари Генерала могут едва ли не с того света людей вернуть — не ее дело. Ее дело — меч полировать. Вот еще раз чистой салфеткой по лезвию пройтись, прежде чем нанести порошковый мел утико, столь редкий в этой провинции. Мелкий-мелкий порошок, не царапающий полированные поверхности клинка. Она выдыхает и откладывает третью салфетку в сторону. Все, вот и пришла очередь открыть маленькую коробочку из черепаховой кости, где хранится остаток ее драгоценной пудры для полировки.

— Это и подозрительно! — выпаливает Ли Шан: — понимаете?! Он же… отец никогда не оставался наедине с женщинами! Особенно так надолго! Это… скандально! И… госпожа Тай еще так неопытна и…

— Ой, тут ты пальцем в небо по самый локоть втыкаешь, — прищуривается Юиньтао, открывая коробочку из черепаховой кости с изображением цветка камелии. Хорошо, что не хризантема, думает она, хризантема — символ Хидеоси… она бы ни за что такую коробочку не стала носить. А сама коробочка ни в чем не виновата и удобная, порошок из нее не просыпается и не отсыревает.

— Госпожа Тай про тучку и дождик и танцы мандариновых уточек на пруду знает побольше твоего, Говорящая Рыба. Она по свету странствовала еще когда ты под стол пешком ходил. — продолжает она, разглядывая пудру из порошкового мела-утико на свет. Сухой, если встряхнуть коробочку — легко перемещается, не слежался. Хорошо.

— Не верю я. — вздыхает Ли Шан и садится на лавочку у стены, яростно чешет затылок: — вот не верю и все! Она такая юная! И взгляд у нее — как у ребенка…

— Взгляд. Угу. — кивает Юиньтао, взяв шарик из ваты и прикрепив его на деревянную палочку: — взгляд у нее всегда такой был. Потому что любопытная просто жуть. Чем ребенок от взрослого отличается? Тем, что ему все интересно. Это когда мы взрослеем, нам скучно становится, а ей — никогда не скучно. Как-то раз она вместе с Джиао зависла над каналом… где у вас карпы кои водятся, ребятня им еще хлеба кидает… ну вот. Стоят две девицы и лупятся в воду, словно детки малые, час стояли, наверное. Или, когда чай наливают — видел, как она смотрит? Нет? А ты посмотри, она каждый раз едва рот не открывает. Любопытная она… но это не значит, что молодая. Просто такой уж у нее характер, все как будто в первый раз видит. И вопросов много задает. — она аккуратно смачивает шарик в порошковой пудре и наносит ее на поверхность клинка легкими касаниями с интервалом в один цунь. Кладет шарик на пергаментную бумагу и снова берет в руки салфетку.

— Вот вы мне скажите, госпожа Юиньтао, — настаивает Ли Шан: — мне-то что делать? Она с моим отцом там уже третий день!

— Таак. — Юиньтао от неожиданности аж салфетку в сторону откладывает и поворачивается к нему всем телом: — это ты выходит ревнуешь? К своему отцу?!

— Ну… он неженат. И она тоже не замужняя девушка… да не смейтесь!

— Пффхах! — закатывается Юиньтао: — серьезно? Говорящая Рыба, ну ты даешь! Нашел к кому…

— Вот вы смеетесь, а он между прочим во всем меня превосходит. — с горечью в голосе говорит Ли Шан: — я думал, что смогу… хотя бы достать его, а он просто перешагнул меня и не заметил. А я тренировался с пяти лет меч держать и что толку?! Он даже свою «Сливовую Ветвь» не достал из ножен! Просто двумя пальцами меня победил… как будто я пустое место, понимаете? Все говорят, что Генерал Лю — это мужчина высоких достоинств, а когда смотрят на меня, то у них в глазах — жалость. Понимаете? И…