Сын дракона
Шрифт:
«Я обхватываю тебя рукой и веду вниз, вниз, а ты покачиваешь бедрами, подбадривая меня. Ты приостанавливаешь моё рвение меня».
«Я ласкаю тебя между ног, и ты охренительно влажная. Я чувствую это кончиками пальцев и отчаянно хочу быть внутри тебя. Моя другая рука… Я держу её у тебя на горле. Я нежно его обхватил. Ты даришь мне эту сексуальную, игривую улыбку, потому что знаешь, что я не причиню тебе вреда. Ты знаешь, что я заставлю тебя чувствовать себя хорошо. И я просовываю пальцы внутрь тебя. Мокрая. Так горячо, что я сильнее толкаю свой член в твою руку, потому что я дошел до точки».
«Я кусаю твою нижнюю губу, чтобы поиграть. Мне нравится, что ты становишься грубее, но сохраняешь контроль. Я чувствую каплю на головке твоего члена, когда ты отстраняешься, и я хочу попробовать её на вкус».
«Бл*. Чёрт, сделай это. Попробуй её».
«Ты хватаешь меня за волосы, не сильно, но достаточно сильно, чтобы я знала, чего ты хочешь. Ты вытаскиваешь из меня пальцы и прижимаешь моё лицо к своим бедрам. И я скользнула ртом по тебе».
Дыхание Вира участилось, и, боже, ей это понравилось.
«Продолжай».
«Я вбирала тебя, скользя губами по тебе так глубоко, как только могла, моя рука сжимает тебя, двигаясь ртом. Сначала медленно, как ты хотел. Медленно, медленно, а потом твоя рука сжимает мои волосы, так что я сосу тебя быстрее. Быстрее и глубже, и ты двигаешь бедрами вместе со мной».
«Коснись себя».
Чувствуя себя развратной, она скользнула рукой вниз по трусикам и засунула внутрь себя два пальца. Она издала тихий звук, когда вошла достаточно глубоко, чтобы коснуться своего клитора.
«Горячо. Влажно».
«О мой бог, Рия, я уже близко. Но я хочу кончить в тебя, поэтому выхожу из твоего рта и толкаю тебя на спину. Раздвинь для меня ноги. Сделай это сейчас».
Она расставила ноги шире и выгнула спину на матрасе, снова и снова вводив пальцы в себя.
«Сейчас я между твоими ногами, целую твои губы, но головка моего члена прямо там, неглубоко толкается. Едва-едва. Попроси меня».
«Пожалуйста, Вир», — прошептала она.
Вир издал сексуальный звук, и она представила, как он удовлетворяет себя, думая о ней. Это была самая горячая вещь, частью которой она когда-либо была.
«Черт, я так глубоко захожу. Я сейчас не нежный. Я груб и скольжу в тебя быстро, жестко. Глубоко. Ооочень глубоко. Я близко».
«Я тоже», — прошептала она, чувствуя, как между её ног нарастает давление.
«Я бы хотел, чтобы ты действительно была здесь. Я хочу чувствовать тебя. Тааак отчаянно хочу».
Вир снова застонал, и теперь его дыхание участилось.
«Рия», — процедил он, когда она кончила.
Её тело рассыпалось с такой силой, что она свернулась калачиком и выкрикнула его имя.
«Я так сильно пульсирую, так глубоко в тебе прямо сейчас».
Его дыхание сбилось, и она могла представить, как тепло было бы, если бы он изливался в неё.
Её тело дернулось, пока её оргазм тянулся и тянулся.
«Ты такая красивая. Ты же знаешь, что я прав?» — спросил Вир.
Рия улыбнулась, когда её оргазм стих и исчез.
«Ты заставляешь меня чувствовать себя красивой».
«Отлично. Я держу тебя сейчас в своих объятиях, потому что тебе захочется вздрогнуть от того, что я должен сказать. Я крепко обнимаю тебя, а ты кладёшь голову мне на грудь. Я тоже вижу тебя, Рия. Я вижу какая ты хорошая. Я читал мысли тысяч людей на протяжении всей жизни, и никто не чувствовал себя так, как ты. Я сразу могу сказать, хороший человек или нет. Неважно, что они боятся меня. Все боятся меня. Страх проецируется на меня этой… темной энергией, и мне пришлось научиться её поглощать. Это яд, а я губка, и мне пришлось научиться просто впитывать всё это в себя. Я больше всего ненавижу страх. Моя душа может попробовать его и мне становится омерзительно. Но ты… ты светлая. Ты избавляешь меня от этих теней и делаешь каждый мой день легче. То, что случилось с твоей мамой…»
«Ты имеешь в виду, что я сделала с мамой? — прошептала она в темноте.
«Нет… я имею в виду то, что с ней случилось… это не твоя вина. Если хочешь, вини эту грёбаную команду, но не себя. Твоя мама принесла себя в жертву. Она хотела, чтобы с тобой всё было в порядке, и сказала тебе отпустить то, что она тебе отдала. С каждым днем ты всё больше винишь себя? Ты живёшь благодаря её жертве. Почитай её жизнь, Рия. Живи полной жизнью за вас обоих».
Она немного расплакалась, но не от разбитого сердца. Она почувствовала такое мощное облегчение, что кто-то дал ей убежище от вины, которую она носила так долго. Но тон Вира смутил её.
«Почему это звучит так, будто ты прощаешься?»
«О, нет. Ты встряла сейчас, крутая принцесса. Ты потеряла своего сломленного дракона, но обрела сломленного человека. Ты моя. Я твой. И когда я выберусь отсюда, я постараюсь когда-нибудь быть в порядке. Ради тебя».
«Это обещание, что ты будешь сражаться за нас?»
«Да, Рия. Ради тебя я буду сражаться. А сейчас иди спать. Я останусь здесь, пока ты не уснёшь. Я не оставлю тебя во тьме. Я здесь. Пока ты не скажешь мне уйти, я буду здесь».
Она сонно улыбнулась.
«Я тоже здесь. Ты тоже не во тьме».
«Рия?»
«Да, Вир?»
«Всё будет хорошо».
Глава 14
Видеозапись того, как Вир узнал о смерти своего дракона, разбила сердце Рии. Она даже не могла сдержать слёз, наблюдая, как он смотрит на своё отражение в подземелье. Он закричал самым грубым, душераздирающим звуком, который она когда-либо слышала, а затем ударил кулаком по стеклу. Он глядел в него с отвращением, затем оторвал взгляд от разбитого стекла и скользнул спиной по стене. Всю оставшуюся жизнь она никогда не забудет выражение агонии на его лице. Она не хотела этого видеть, но Эммет показывал всем командам более низкого уровня, как внезапно отключились камеры.