Сын неба
Шрифт:
– По призыву комсомола объявлен набор в авиацию, – говорил один из гостей. – Мы пришли узнать, есть ли среди вас желающие поступить в аэроклуб.
Если найдутся – подавайте заявления. После этой беседы Покрышев вместе с другими парнями написал заявление с просьбой принять в аэроклуб. Возбужденный шел Петр на медицинскую комиссию. В мечтах он видел себя уже летчиком, который водит самолет в безбрежном голубом океане, высоко-высоко над землей. Врач-терапевт долго и внимательно слушал его. Потом поморщился и, положив на стол трубку, недовольно спросил:– Что это у тебя сердце бьется как телячий хвост?
Приговор был вынесен жестокий и беспощадный. Из кабинета Покрышев вышел расстроенный, брел по коридору, ни на кого не обращая внимания.– Ты чего нос повесил? – раздался рядом голос.
Покрышев поднял голову и увидел летчика, которыйвыступал у них на заводе.
– Не прошел… – ответил он чуть не плача. – Сердце оказалось плохим.
– Такой молодой – и сердце… – Летчик немного постоял, подумал. – Не отчаивайся, пойдем.
Теперь уже вдвоем они появились у врача. Летчик о чем-то спросил терапевта, потом стал с нимбеседовать. Казалось, о Петре сразу же забыли. Покрышев уже начал подумывать, что зря пришел сюда, как летчик неожиданно попросил врача еще раз осмотреть паренька.
Врач удивленно поднял брови, но согласился. Закончив осмотр, он с еще большим удивлением заключил:
– Сейчас всё нормально.
– Я так и знал, – обратился летчик к Петру. – Переволновался – и чуть не забраковали. Нужно научиться владеть собой.
Настроение снова поднялось. Он шел по улицам Харькова, с улыбкой глядя на стреляющие со стен плакаты: «Трудовой народ, строй воздушный флот!», «Пролетарий– на самолет!», «Даешь мотор!» Ему хотелось петь, плясать, обнимать и целовать прохожих. Как здорово, что он станет летчиком!
Сначала планерная школа, потом аэроклуб. Занятия проходили ежедневно: с восьми утра до двух часов дня. А к трем надо было спешить на работу. Когда Покрышев в летной форме впервые появился на заводе, ребята откровенно завидовали, а девчата не сводили с него восхищенных глаз.
– Это тебя, парень, нарядили, чтобы ты за авиацию агитировал, – не верил мастер. – Знаешь, как у нас на заводе детали показывают на выставке? Мол, смотрите и делайте так же.
– Насчет агитации это вы правильно сказали.
Я теперь авиацию буду пропагандировать сколько сил хватит. А что не верите – постараюсь доказать. Вот начнем тренировки – обязательно приглашу посмотреть,
как летаю.– Пригласи, пригласи! С удовольствием приду.
Начались тренировочные полеты, и Покрышев пригласил на аэродром своего цехового мастера. Тот экскурсией остался доволен.
– Удивил ты меня, Покрышев, – признался он. – Вон чего добился! Характерец у тебя, скажу, завидный. Упорный! Поди, целый год по вечерам эту самую авиацию изучал. Тяжело, а не бросил. Молодчина!
Наконец закончена программа, сданы зачеты. Курсанты получили путевки в небо: свидетельства пилотов гражданской авиации. А через несколько дней в Харьковский аэроклуб приехали военные летчики. Они познакомились с личными делами выпускников, отобрали восемь самых лучших из них, в том числе и Покрышева, пригласили на беседу.
– Есть решение горкома комсомола послать вас для дальнейшей учебы в Одесскую школу военных пилотов, – объявил начальник. – Все ли согласны ехать?
Согласны ли парни? Конечно! Стать военными летчиками! Да кто об этом не мечтал!
В марте 1934 года Покрышев уехал в Одессу. * * * В середине февраля 1943 года Покрышева и Зеленова направили за новой партией самолетов. Путь лежал через Москву.– В Москве обязательно свяжитесь с Матвеевым, – провожая группу, наказывал Покрышеву Минеев. – Он там сейчас по делам службы. Звонил, дал такое распоряжение.
Прибыв в столицу, Покрышев первым делом разыскал Матвеева. В номер гостиницы, где тот остановился, пришли вместе с Зеленовым. Просидели у Матвеева весь вечер. Он расспрашивал, как дела в полку, Покрышев и Зеленов отвечали. А провожая их, Матвеев сообщил: – Придется здесь задержаться на несколько дней. Завтра нужно зайти в секретариат Президиума Верховного Совета СССР. Догадываетесь зачем? Особых разъяснений не требовалось. В секретариате, как и полагается, записали все данные, попросили в ближайшие дни никуда не уезжать – намечается вручение правительственных наград большой группе воинов. Награждение состоялось через несколько дней. В Кремлевском зале собрались летчики, артиллеристы, танкисты, пехотинцы, прибывшие почти со всех фронтов. Они приехали за новыми наградами, которыми отметила Родина их боевые подвиги. Без пяти минут десять в зале появился Михаил Иванович Калинин в сопровождении секретаря Президиума Верховного Совета СССР А. Горкина. Зал зааплодировал. Михаил Иванович дошел до стола, повернулся, внимательно добрыми глазами посмотрел на сидящих в зале и легким жестом руки приветствовал награжденных. Наступили торжественные минуты. Сначала награды вручали Героям Советского Союза. Когда назвали фамилию Покрышева, он встал, в большом волнении подошел к столу. Михаил Иванович бережно взял коробочки с медалью «Золотая Звезда» и орденом Ленина.– С Ленинградского фронта? – Вручая награды и пожимая руку, он внимательно посмотрел на летчика поверх очков.
– Да, Михаил Иванович.
– Если у нас Ленинград защищают такие соколы –
за судьбу города можно быть спокойным. Поздравляю вас с высокой правительственной наградой.– Служу Советскому Союзу! – ответил Покрышев.
После вручения орденов и медалей М. И. Калинин от имени правительства еще раз поздравил награжденных, пожелал им новых боевых успехов.
– Награды, полученные сейчас вами, ко многому обязывают, – напомнил он. – Беспощадно истребляйте фашистскую нечисть, быстрее освобождайте от нее нашу советскую землю…
В свой номер гостиницы Покрышев возвратился поздно вечером. Перед глазами проходили события дня: вручение наград в Кремле, теплое рукопожатие М. И. Калинина, товарищеский ужин в ресторане «Арагви». По установившейся традиции звезды Героев опустили в один бокал. Из него по очереди пили за новые победы.
Новые победы! О них он думал, когда прикреплял к груди Золотую Звезду Героя, и еще думал о своих товарищах, прежде всего об Андрее Чиркове – боевом друге и заместителе. Андрей, имевший много блестящих побед, тоже герой, хотя звание это ему еще не присвоили. Но он верит – и Чирков будет носить Золотую Звезду.
Новые победы! Скорее бы получить самолеты – и на фронт, снова в бой! «ЧЕМОДАННЫЙ ОРКЕСТР», «КОТ» И ВАСЯ ШЕЛЕГОВ В полк из госпиталя возвратился Владимир Яковлев – боевой командир звена из покрышевской эскадрильи. Первый, кого он встретил, был Сясин.– Вернулся? – Комиссар крепко пожал ему руку.– Как самочувствие?
– Хорошее. Только вот видите…
Улыбка исчезла с лица комиссара. В январские дни Владимиру Яковлеву пришлось выдержать тяжелый бой с фашистскими истребителями. Вражеский снаряд разорвался у него в кабине. Осколки вонзились в бок летчику, а отлетевшие от разбитых приборов кусочки эмали попали в правый глаз. Липкая теплая кровь заливала лицо. От адской боли в боку и глазу летчик моментами терял сознание, но нашел в себе силы открыть фонарь и покинуть горящий самолет. Ранение оказалось серьезным. Эмаль попала в глаз, началось воспаление. Будь эти кусочки металлическими, их извлекли бы магнитом, но с эмалевыми это проделать невозможно. Пришлось вынимать глаз. И вот Яковлев снова в полку. Но вернулся он с одним глазом…