Чтение онлайн

— Он более опасен? — спросила Элайна.

— Да, но не только. Другой. — Казалось, он говорит и ему становится легче, но напряжение в голосе сохранилось. Джариду показалось, что Магистр все же хочет им помочь.

— Этого врага не одолеть обычными средствами. Орден должен сам измениться.

Глаза Элайны расширились.

— Как?

Терон усмехнулся.

— Не так все просто, юнцы?

Элайна улыбнулась и замолчала, а Джарид попробовал подойти к делу с другой стороны.

— Что замышляет Сартол? Какова его роль во всем этом деле?

Терон остановился:

— Остерегайтесь его. Он сильнее любого мага со времен Фелана. Но в нем лишь часть загадки, и, даже если вы победите его, главное остается.

"Сильнее любого мага со времен Фелана", — повторил про себя Джарид. Фелан, Волчий Магистр; единственный член Ордена, связавший себя не с ястребом или совой. Его мощь и подвиги во время третьей и последней войны с Аббориджем стали легендой. Немудрено, что Джессамин и Передур пали от руки равного ему.

Элайна, очевидно, подумала о том же.

— Но если Сартол так могуч, — сказала она с отчаянием в голосе, может ли кто-нибудь в Тобин-Сере представлять большую угрозу?

И Магистр снова остановился и так внимательно на нее посмотрел, что она отвела взгляд.

— Ответ на твой вопрос потребует сказать о слепоте Ордена в большей степени, чем я способен. Вспомни о чужих берегах. Когда я был молод, как ты, Орден мог позволить себе ограничиться одною страной. Но мир изменился, даже если Тобин-Сер остался прежним. Вы рискуете, забывая об этих изменениях.

— Ты хочешь сказать, — вырвалось у Джарида, — что на Тобин-Сер нападают чужестранцы?

Терон долго смотрел на него и наконец кивнул.

Потрясенный, Джарид отошел от дерева и посмотрел на другой берег озера. Рябь от водопада мягко распространялась по поверхности, отражая мерцание звезд. Джарид помотал головой, не веря своим ушам. Это еще не приходило ему в голову. Терон был совершенно прав. Хотелось спросить Магистра, откуда эти чужестранцы: Абборидж? Лон-Сер? А может, имя этой страны Джарид и не слыхал? Но он был уверен, что Терон ничего более определенного не скажет, по крайней мере сейчас. Он снова повернулся к Магистру:

— Зачем им это? Что им нужно от нас?

Призрак покачал головой:

— Не знаю. Но даже если бы знал, думаю, вы сами должны это понять. Но вот что я вам скажу: их тактика изобличает их слабость. Нарушьте их планы, и вы спасетесь.

Молодые маги переглянулись. Они были ошарашены.

— Мы не понимаем, — сказал Джарид. — Что нам до их тактики?

— Надо над этим поразмыслить, — таинственно ответил Магистр.

Все трое умолкли. Джарид подумал: есть какая-то ирония в том, что у него было так много вопросов и вот теперь Терон хочет говорить, а он не помнит ни одного из них.

— Ты сказал, наши друзья ушли, — сказала наконец Элайна. — Они возвращаются в Ам... в Великий Зал?

— Я не сказал, что все ушли. Только предатель. Еще один остался.

— Кто?

— Не знаю его имени. Смуглый, с коричневой птицей.

— Транн! — сообразил Джарид.— Это друг, — пояснил он Терону.

— Откуда мы это знаем? — спросила Элайна.

— Но это же Транн. Баден столько лет знает его.

— Несколько дней назад я была так же уверена в Сартоле. Ни в чем нельзя быть уверенным, Джарид,

— Почему же? Терон, мы ведь можем доверять Транну?

Магистр развел руками:

— Я не могу читать в людских сердцах. Я знаю предателя, потому что видел, как он... кое-что сделал. Но о другом человеке я не знаю ничего. По крайней мере, не видел, чтобы он делал что-то, что можно расценить как предательство. Элайна, не позволяй чьей-то лжи разрушить твою дружбу с другими. Вдвоем этот бой не выдержать; доверять другим людям просто придется.

Элайна кивнула. Потом она повернулась к Джариду, который внимательно глядел на нее.

— Хорошо, — выдохнула она, — мы найдем его утром. Но все равно будем осторожны.

— Разумно, — согласился Джарид.

Элайна снова обратилась к Магистру:

— А ты видел других магов, кроме Сартола, которые...

— Нет, я видел только одного предателя.

— Тогда, возможно, — сказал Джарид, — Магистр, ты можешь помочь объяснить сон, который я как-то видел перед одним из нападений. — Он посмотрел на голубой церилл так, словно мог повторить сон. — Я видел человека и сначала подумал, что это маг, хотя теперь не уверен в этом. Лица его я не видел. Он был в зеленом плаще, с кроваво-красным цериллом и огромным черным ястребом. Он протянул мне черное перо, и, когда я дотронулся до него, оно сгорело.

— А ты больше ничего не помнишь? Например, глаза птицы?

— Ты ведь тоже его видел, да?

Магистр не ответил.

— Ты видел глаза птицы? — настаивал он.

— Помню, они были странные, но описать их не смогу. Они были просто другие. Магистр,, ты тоже его видел?

— Да, — признал Терон. — И не раз. Я... видел не одного.

— Сколько? — спросила Элайна.

— Обычно их было по двое или трое, но раз или два я видел сразу шестнадцать.

— Шестнадцать! — вырвалось у Джарида.

— Один из них точно погиб, но остальные бродят по стране.

— Как погиб?

— Этого я не видел.

— А что ты знаешь о глазах птицы? — спросила Элайна. — Что ты хотел заставить вспомнить Джарида?

Магистр снова заколебался:

— По правде, не знаю. Я видел то же, что и твой друг, и заметил, что у птицы странные глаза, но не

понял, что это значит.

— Но ведь ты что-то знаешь!

— Предполагаю. Но я еще не готов об этом рассказать.

Она посмотрела ему в глаза и отвернулась. Наступило молчание. Шум водопада разносился над озером, легкий ветер шуршал в листве.

— Я не передумаю, — сказал Терон тоном, исключающим возможность уступки, — по причинам, которые вы уже знаете. Вы, возможно, сочли, что это каприз, и совершенно зря. Просто я помогаю вам на определенных условиях. Если они вас не устраивают, можете уходить.

— Мы согласны, Магистр, — сказала Элайна. — Извини, если я тебя обидела.

— Ты меня не обижала, — сказал он, отрицательно помотав головой.

— Так вот, — решительно сказал Джарид, — люди, которых мы видели, чужеземцы?