Чтение онлайн

– Что ты нашла?

– Проснись, прошу тебя, и послушай. Не нужны свидетели, не нужны улики. Покупатель сам откажется от "Лаславского"!

10

Ещё через неделю, пережив патетическое признание Петра Котикова в любви Алисе на глазах потрясенных родственников, знакомых и персонала "Лаславского", а также бурю с уходом накрахмаленной Доротеи, Ирина прохаживалась по подъездной аллее вокруг теодолита, держа под мышкой толстую амбарную книгу и рассеянно постукивая по асфальту рейкой.

– Вот и я.

Пару десятков секунд она смотрела на мужчину в рабочей робе, кепочке и с бородкой, который вразвалку шагал к ней.

– Алексей?

Не веря глазам, обошла его вокруг и восхищенно покачала головой:

– Хорош! Даже не верится, что это ты.

– Изменение внешнего вида в нашем деле - азы.

– Как и профессия механика?

– А что, тоже полезная вещь, починил же я вашу мельницу, можете включить её в экспозицию: булочки и торты в кафе "Дом мельника". Ладно, о булочках после. ОН сейчас приедет. Нет, уже едет, слышишь? Приготовились!

Через пару минут послышался не только шум мотора, но и раздались нетерпеливые сигналы. Но работники теодолита и нивелирной рейки не обращали на них никакого внимания. Тогда из большой иномарки цвета мокрого асфальта выскочил водитель, подошел к живой преграде и сказал:

– Вы вот что, отойдите с дороги, а потом дальше тут ковыряться будете.

Дама в тёмных очках и с толстой амбарной книгой оторвалась от своих записей, покачала головой, а потом строго спросила:

– Митрич, ты почему ленту не повесил? Я что ли за аварию должна потом отвечать?

– Лиза Сергеевна, забыл я, уж простите. Сейчас, сию минутку.

Работяга в робе мигом прицепил к толстой липе конец полосатой ленты и потянул её через аллею.

– Где тут авария, вы что, перегрелись?
– удивился водитель.

– Нет аварии сейчас, так будет авария через минуту!
– пронзительно, в страстном стиле великой артистки Сары Бернар воскликнула дама в очках.
– Вы проедете и провалитесь в бездну, а нам отвечать в суде! Если провалитесь, то трудно вас будет оттуда достать! Там такие пустоты подземные, там такие резервуары подземных вод!

Как видно её монолог впечатлил и пассажира иномарки, который вальяжно подошёл к ним, но с некоторой тревогой спросил:

– О каких пустотах и резервуарах вы говорите? Где они?

– Тут! Тут карст! Вы знаете, что такое карст?! Это смертельная опасность! Дом, город, человек, два человека стоят сто лет, двести лет, а потом в одну секунду - р-р-раз!
– и огромная дыра. С зелёной водой!

Дама достигла таких высот вокала и так трагически ткнула пальцем вниз, в сторону асфальта, что водитель и пассажир невольно посмотрели себе под ноги и попятились, как будто ужасный карст вот-вот должен был поглотить их.

– Карст?
– всё же с недоверием переспросил вальяжный пассажир.
– Что-то я...

– Здравствуйте.

Пассажир с водителем вздрогнули и обернулись, а труженики нивелира и рейки заметно изменились в лицах и начали нервно переглядываться.

"Тётя Жанна, ну что ж ты, - с отчаянием подумала Ирина, - что ж ты так не к месту".

Тем временем тётя Жанна внимательно осмотрела ленту поперёк дороги, рейку, с любопытством заглянула в зрительную трубку теодолита и одобрительно кивнула. Затем, обращаясь в основном к работяге в робе, воскликнула:

– Наконец-то! А то я уже три заявления написала и думала писать четвертое. Это же ужас что такое...

Теперь заметно изменился в лице пассажир иномарки.

– Поехали отсюда, - буркнул он водителю и пошел к машине, свирепо бормоча:

– Так вот они как... Так вот почему... А я то, дурак, купился... Ну погодите... Ну я вам...

Когда машина исчезла за поворотом аллеи, тётя Жанна сказала:

– Ты помогай ему, Ирочка, ангел мой, помогай. Я столько жаловалась из-за разбитого асфальта на аллеях и дорожках. Ну, наконец-то, прислали человека.

И мило улыбнувшись работяге в робе, она деловито заспешила к входу во дворец.