Чтение онлайн

— Мы что-то пропустили, — уверенно сказала я.

Нори вновь внимательно осмотрела внутренность шкафа и вытащила матовую черную металлическую колбу, в палец толщиной. Хаунд радостно тявкнул, забил хвостом и победителем отправился к окну…

Мы практически дошли до распахнутых створок, как услышали громкий, надсадный кашель подруги — условный знак опасности… Оноре вновь оглядев обстановку буквально зашвырнула меня между шторой и шкафом прикрывая меня своим телом и нажимая на пуговицы костюма. Её х'ами был усовершенствован и обладал свойством не просто сливаться с окружающей средой, но и нейтрализовать, поглощать магию. В комнату вошел Кёниг, щелкнув пальцами он зажег пару кристаллов и что-то достал из ящика стола.

Высокий, сильный, мне он напоминал бурого медведя, родственника того, что шкуркой расстелился у камина. Длинные каштановые волосы были собраны в хвост, густая борода удивительно шла ему. Мощное тело было облачено в национальную одежду, полотняную рубашку и длинный клетчатый килт, юбка на нем не смотрелась чем — то чуждым. Мало того — она ему придавала мужественности. Темно-синяя с землистыми вкраплениями аура мужчины дала мне понять, что перед нами очень сильный маг земли, и, пожалуй, это единственное, что нас спасло, так как воздушник, коими обычно были правители, заметил бы нас сразу. Внимательный взгляд Генриха окинул комнату, дюйм за дюймом осматривая то, что показалось ему подозрительным. Мы не дышали. Буквально. Мужчина очень медленно повернулся и двинулся в нашу сторону. Мое сердце застучало где-то в глотке, виски заломило от острого чувства опасности, накрывшего меня с головой, тонкие волоски на шее и руках встали дыбом. Нори не видела того, что вижу я. В руке у Кёнига блеснуло остро-отточенное лезвие черного кинжала. Скин Ду*****. Не просто клановый клинок. Артефакт, обладающий своим разумом и чувством справедливости. Захочет — легко ранит. Захочет — убьет царапиной.

Я не знаю, что произошло в следующее мгновение, попроси меня кто-нибудь повторить на бис — я бы не смогла. За меня действовали инстинкты. Адреналин выплеснулся в кровь обжигающей кислотой, колотящееся сердце пропустило стук, в груди стало тесно, а в голове взорвались шаровые молнии осыпаясь жалящими искрами, и спину подруги, к которой приближался смертоносный клинок накрыли огромные бархатные крылья чернее самой ночи, обволакивая, закрывая, пряча и спасая одновременно. Острие прошло сквозь плоть не задевая, Генрих тряхнул головой внимательно смотря мне в глаза. Мое зрение было нечетким, могильная пелена закрывала мне обзор. Мужчина усмехнулся чему-то своему и обернулся на страшный грохот из комнаты, в которой осталась Теа. Быстрым шагом он покинул комнату, плотно закрывая собой дверь. Крылья схлопнулись за спиной с тихим шелестом, ошарашенные глаза подруги проводили тени за моей спиной, я схватила кое-что со стола и немедля больше не квази мы покинули комнату.

Через двадцать таймов в мои покои ворвалась Цесса, но увидев представшую перед ней композицию радостно рассмеялась. Две ее лучшие подруги раскрасневшиеся и довольные собой распивали трофейную бутылку горского бренди, упертую из посольства, а под столом возвышалась обслюнявленная гора из пирожных.

*Инсигнии — внешние знаки могущества, власти или сана

**Клейдон — малая по размеру вещь, филигранной работы вещь, маленькая драгоценность и, вообще, в прямом и переносном смысле, всё драгоценное.

***Тартан — орнамент, образованный саржевым переплетением нитей, заранее окрашенных в разные цвета, в результате чего образуется клетчатый узор, состоящий из горизонтальных и вертикальных полос.

****Стоуни — сложная игра на логику, смесь нард и шахмат.

*****Скин ду — черный нож, предмет национального шотландского мужского костюма, небольшой нож с прямым клинком. «Чёрным» нож называют по цвету рукояти, либо из-за скрытого ношения.

Бутылка односолодового золотисто-янтарного Брукладди* тридцатилетней выдержки была почти пуста. Яркий аромат соложеного ячменя, переходящий во фруктовый оттенок груши, отдавал потрясающей сладостью ванили, которую трофейный напиток впитал от дубовых бочек из-под бурбона. Мягкий, как шелк, вкус ласкал и возбуждал рецепторы. Гармоничный и элегантный, он отражал характер создателей этого напитка. В длительном послевкусии ощущалось влияние моря, лаймон придавал невероятную свежесть, а бочка оставляла сладкий привкус. Три бокала с недопитым «виски для беззаботного» настроения, как позиционировали его горцы, приглашали продолжить наслаждение вкусом и ароматом, зазывая запотевшими боками и похрустывающими льдистыми кубиками трио авантюристок.

Мы пьяно хихикали, делясь друг с другом шалостями прошлого, а наша сегодняшняя вылазка за компроматом обрастала все новыми, совершенно невероятными подробностями. Теана призналась, что ей с огромный трудом удалось уронить Коготь Стоунхельма на пол. Наш драконий шип был изящный, на подставке из черного дерева инкрустированный необработанными самоцветами и черной платиной, а тот, что вынес ей Кёниг был погружен в тяжелый постамент дымчатого горного хрусталя и ей пришлось немало попотеть, чтобы сдвинуть его со стола. Вернувшийся в приемную на шум падения Бладёльтер немало удивился силе подруги, которая лепетала что-то про то, что хотела рассмотреть его поближе и не удержала…

Вдруг самая трезвая из нас Оноре, что удивительно так как пили мы наравне, подскочила и сверившись с карманным брегетом** всполошилась:

— Девочки, посольский прием вот-вот закончится, настоятельно советую встречать мужчин в собственных покоях, дабы не вызвать и толики подозрений. Теа? — и шутливо протянула руку Цессе в церемониальном поклоне, едва выполнив положенный наклон. Теана с благодарностью приняла руку, а после того как встала выяснялось, что она с трудом держит равновесие и не может перестать похрюкивать, как модные в Демистане мопсы, которые даже после коротких пробежек начинали заваливаться набок и хрипеть в предсмертной агонии, забавная подначка оказалась очень кстати. Жан мечтал о таком песике, и к его приближающемуся дню рождения я заказала одного у лучшего заводчика породы. Его доставят в конце дема.

Подруги ушли, а я, с трудом разоблачившись, решила принять ванну. Щедро плеснула лавандового масла в горячую, исходящую паром воду. Расплела волосы и ступила в воду наслаждаясь обволакивающим, согревающим теплом. Откинувшись я в блаженстве замычала, мышцы ныли, получив непривычную нагрузку на карнизе, а обжигающая влага и масло, обладающее релаксирующим свойством, великолепно справлялись с этим маленьким неудобством. Полежав в ванной до тех пор, пока лоб и щеки не покрыли мелкие биссеренки пота, а кожа на ступнях и ладонях не сморщилась, я, зачерпнув побольше мангового скраба с корицей, принялась методично массировать кожу. В тот момент, когда я круговыми движениями массировала кожу груди, мягко ступая, крадучись, словно дикий кот (а впрочем, почему "словно"), Тристан вошел в ванную комнату, заполненную ароматным паром. Сразу потянуло прохладным воздухом из спальни и, хищно сверкнув предвкушающей улыбкой, он захлопнул за собой дверь, надежно отрезая нас от всего мира, сбросил с себя одежду и перемахнув через высокий бортик каменной чаши плюхнулся в воду, переполнив своим весом и без того до краев наполненную ванну.

Сжав меня в объятьях и громка фыркая, он вдыхал запах моей кожи и коричного манго.

— Сладкий, сочный, с горчинкой, — комментировал он вкус натурального сахарного скраба, проводя языком вдоль ключицы, — но ты однозначно вкуснее, душа моя. Он пристально разглядывал мою кожу, покрытую ярко жёлтым муссом, задержав свой взгляд на сморщившихся от такого пристального внимания розовых пуговках сосков. Подцепив острыми зубами одну из них и обхватив сильными пальцами другую, он вызвал у меня громкий хрип, когда же его язык облизал сладкую смесь и он втянул нежную вершинку в рот я застонала уже в голос. Отпустив мой сосок, его губы набросились на мои уста, распробовав послевкусие виски, он удивленно приподнял брови и не отрываясь продолжил вторжение языка в мой рот. Губы сминали мои, требуя, властвуя, побеждая. Мои руки обвили его мощные плечи, царапая короткими ноготками гладкую загорелую кожу. Его грудь сплющила мою, так сильно он в меня вжимался, пальцы рисуя узоры не спине, обводя завитушками талию и попку, спустились ниже. Продвинув руку между нашими телами. Влажные и от воды, и от желания гладкие складочки с радостью открылись нежным ласкам, подрагивая в такт круговым, массирующим движениям и вызывая новые судороги блаженства, разливающиеся в моем теле.

Легкая голова, пьянящее чувство победы, отличный алкоголь и будоражащие ласки привели меня к грани экстаза очень быстро. Я забилась в воде, добавляя еще немного пролитой пены и жидкости на пол, выкрикивая имя любимого и насаживаясь своим естеством на его пальцы. Не ожидая, когда волны оргазма схлынут, Трис приподнял меня повыше и насадил на свое горячее, твердое достоинство. Я закричала громче, и сама стала двигаться, поддерживаемая его руками. Глубоко, сильно, мощно, до изнеможения, еще, еще, быстрее, не останавливайся. Он вторгался в мое тело беспощадными рывками, оттягивая удовольствие и останавливаясь многократно подводя меня к финишной черте, но не давая пересечь заветную линию феерического удовольствия…перед глазами плыли световые вспышки, жесткие пальцы, держащие меня за бедра, почти ранили, сладкий мусс покрывал теперь не только мое тело, вода в ванне ходила ходуном, я откинулась на бортик не в силах более держаться за своего мужчину и именно в этот момент, Тристан притянул меня к себе, вдвинулся еще глубже, (как будто там еще осталось место,) и сильно, до крови, укусил меня в место сочленения плеча и шеи. Острая боль тут же сменилась жгучим удовольствием, когда горячий язык зализал место укуса, впрочем, любимый не останавливаясь продолжал двигаться, вознося меня к небывалым ранее высотам. Тянущая пикантная боль в месте укуса взорвалась фейерверком оргазма. Не отпуская меня Трис продолжил вбиваться и присоединился ко мне в экстазе через пару мгновений. Обжигающе горячо он излился внутрь и вновь поцеловав место укуса, откинулся в уже полупустой ванне, притянув меня к себе.