Чтение онлайн

Дотянувшись рукой, при этом, не размыкая объятия ни на квази, он включил горячую воду и с блаженным выражением вытянулся во всю длину своего немаленького роста. Взяв губку и щедро смочив ее в воде, он стал смывать желтый сахар с моей кожи… Я расслабленно вытянулась на гибком, мускулистом теле, и под шёпот комплиментов и поцелуев провалилась в сон.

Утро встретило меня ярким солнцем, пробивающимся сквозь неплотно задернутые шторы, страшным похмельным синдромом и ехидной улыбкой Тристана, который решив, что я страдаю недостаточно, упрекнул меня в распитии напитка. Без него.

— Ты храпела как матрос после бутылки рома, — первым делом сказал мне любимый, — И где ты взяла контрабандный виски хотелось бы мне спросить? — он нахмурил брови и словно, не ожидая ответа продолжил: — Я бы приобрел пару бутылочек, надеюсь после переговоров со Стоунхельмом эмбарго*** будет снято.

— Там, где взяла — больше нет, это — подарок, за заслуги перед Отечеством — нагло соврала я, ну не могла я пройти мимо бутылки Брукладди, — я можно сказать его заслужила.

— Ну-ну, — кивнул мне мужчина, — вот, выпей, у меня сегодня на тебя далеко идущие планы. И протянул мен стакан с темно-зеленым, едва теплым антипохмельным отваром. Я сморщившись залпом выпила эту гадость — не знай я ее эффективности, я бы лучше потерпела острую боль в висках. Создавалось ощущение, что для приготовления жидкости запаривали портянки роты солдат, щедро добавляя вытяжку лебеды и плесневелого овечьего сыра, на который сейчас так страстно подсела Онори. Вчера она с гордостью рассказывала, что пока её не мучает токсикоз и ей совершенно не хочется слопать ничего извращенного. Говорила она это щедро намазывая тонкий ломтик вонючего сыра с тонкими прожилками серой плесени черешневым джемом. Мы с Теаной переглянулись, но спорить не стали.

— Сейчас у меня есть пара дел, но к трем я зайду за тобой. Форма одежды парадно-изысканная, цвет потемнее, куда идем не скажу — это сюрприз. — Наклонившись, он поцеловал меня в губы, сморщившись от аромата антипохмелина, подмигнул и отправился решать неотложные вопросы. Я, взглянув на часы, решила еще немного поспать.

Никогда не отличавшаяся пунктуальностью, к трем часам я была готова, и как солдат ожидающий звук горна к атаке, была собрана и замерла в ожидании приказа… Тьфу ты, появления Тристана.

Завитые и уложенные в высокую прическу волосы открывали тонкую шею и крошечный кровоподтек рядом с ключицей. Наконец-то мне представилась возможность выгулять новоприобретенные изыски от Вероник. Белье, что было сейчас надето на мне — это ода кружеву, прозрачности и безумной сексуальности. Безупречное исполнение чувственности и эротизма: структурное шитье по шантильскому кружеву в виде цветков георгина, осыпанное сапфировой крошкой и мелким стеклярусом насыщенного лазурного цвета, наложенное на полупрозрачную сеточку и дублированное прозрачной намагиченной тканью, для поддерживающего эффекта, притягивало мой взгляд, заставляя вновь и вновь любоваться собой в ростовое зеркало. Шелковые ленты пояса для чулок и крошечные трусики были украшены бархатными бантами, ремешками и тесьмой, насыщенного цвета индиго. Тончайшие шелковые чулочки и туфли на высоком, но устойчивом каблучке, довершали образ грешной соблазнительницы. Бархатное платье кобальтового цвета напоминало мне глаза моего маркиза. Высокий лиф без бретелей держался благодаря удачному корсету и пышной груди, тонкая талия, упакованная в утягивающее белье, резко контрастировала с округлыми бедрами, а плавные линии пышной юбки и горжетка из меха синего барса делали мой образ завершенным и невероятно притягательным.

Ровно с третьим ударом колокольчика и разыгрываемой сценкой фигурками — жакемарами**** на часах, в комнату при полном параде вошел Тристан. Его фрак был полуночно-синим, брюки на тон темнее, белоснежная сорочка и сложно завязанный галстук, делали его образ неприступным и официальным. Обычно собранные в хвост волосы, были убраны в косу сложного плетения. В его руках был крошечный букет из фиалок, даже на расстоянии они источали удивительный аромат, а тонкие лепесточки соцветий переливались всем спектром фиолетового. Он протянул мне цветы в хрустящей бумаге и восхищенно замер, разглядывая меня.

— Каждый раз, когда я думаю, что любить и желать тебя больше, чем я уже люблю и желаю — нельзя, ты преподносишь мне сюрприз, Соули. — хрипло проговорил маркиз.

Я зарделась, и благодаря за комплимент и цветы, поцеловала его в гладко выбритую щеку. С довольным «и это все моё», Тристан не удержался и собственническим жестом хлопнул меня по попке. Церемонно предложив мне руку, маркиз и я покинули покои предвкушая обещанные, далеко идущие планы.

*Брукладди — Bruichladdich — переводится как скалистый подветренный берег с гэльского, остров вискикурня.

**Брегет — старинные карманные часы с боем, отличавшиеся большой точностью и показывавшие числа месяца.

***Эмбарго — наложение государством запрета на ввоз другими странами или вывоз из страны всего чего угодно, от оружия и технологий, до валюты и продуктов питания.

****Жкемары — движущиеся на циферблате фигурки людей или животных.

Прелюдией к основному сюрпризу, стало посещение нового ресторана: великолепные блюда, приготовленные одним из лучших кухмейстеров содружества, (по слухам его переманили из Демистана, обещая огромный гонорар и полную свободу полета эпикурейской кулинарной мысли). Лишенная строгой официальности обстановка, лирическо-интимный настрой и непринужденная беседа стали пряной приправой к главным блюдам и доставили мне невероятное наслаждение.

Тристан то и дело сбивался, обводя меня восхищенным взглядом и гипнотизируя место укуса. Внутренне я ликовала от того, что я не зря потратила столько времени на туалет, внешне оставалась безмятежна, как попавшие под взор василиска истуканы, и принимала его восторг как должное. Отдав должное вчерашнему виски, сегодня, я воздержалась от алкоголя, радуя вкусовые рецепторы шипучей ламонной водой со льдом.

После позднего обеда, нас ожидал незнакомый модный экипаж. Я обратила внимание, что герб на карете отсутствует, но Тристан смело предложил мне руку и я без раздумий поднялась по лакированным ступенькам и с комфортом расположилась на просторных сиденьях. Через мгновение маркиз присоединился ко мне, стукнул по крыше и экипаж тронулся с места. На обитых черной парчой сиденьях лежали две коробки. Подняв крышку первой Тристан протянул ее мне. На шелковой поверхности покоилась черная кружевная маска, инкрустированная агатом и сапфирами, длинные шелковые ленты позволили укрепить её не испортив прически. Она закрывала почти все мое лицо, оставляя открытыми лишь губы, которые я кусала в нетерпении и предвкушении, желая услышать объяснения и не получая оных. Вторая маска была сплошной, из темно-синего бархата. Силье знал цвет своего костюма заранее и подобрал её тон в тон.

— Я подкупил твою служанку, и взял одну из трех, наиболее подходящих по цвету. Ты — ослепительна, — отвесил он мне щедрый комплимент. — Впрочем, как и всегда. Он категорически отказался рассказывать куда мы едем, не смотря на многочисленные угрозы и мольбы до тех пор, пока мы не окажемся на месте. — Потерпи немного, ожидай неожиданное, и ничто не застанет тебя врасплох, — засмеялся он, и когда карета остановила свой ход вышел и подал мне руку.

Внезапно опустившиеся сумерки не дали мне возможности оглядеться, где именно мы оказались. Вокруг не было зданий, лишь лес и пустынная дорога. Мужчины без лиц, одетые в одинаковые костюмы встретили нас у самого экипажа и провели по короткой тропинке, остановившись перед совершенно непримечательными кустами барбариса и собачьей розы. Мое недоумение продолжалось ровно квази, затем один из наших провожатых махнул рукой и иллюзорные листья раздвинулись, открывая моему изумленному взору спрятанное под мороком здание и тяжелую кованную дверь, отворяющуюся в это самое мгновение. На входе такой же безликий, как и наши провожатые, привратник потребовал у Тристана приглашения. Как только плотный серый конверт оказался в руках мужчины, он вспыхнул белым пламенем и осыпался на пол белым пеплом. Утвердительно кивнув, он подал знак двум своим помощникам, один из них встал перед маркизом, второй замыкал шествие. Нас вели внутрь темного коридора, который освещался лишь редкими факелами, целую вечность. В итоге мы вошли в большой прямоугольный зал. Ощущая возрастающее волнение, я чувствовала себя шпионкой на задании.

Комната была из цельного черного камня без окон, с одним входом, и соответственно выходом, через который мы только что вошли. Под потолком немного чадила огромная люстра с восковыми свечами, на стенах расположились те же факелы, что освещали наш путь в это странное замкнутое помещение, что сильно сказывалось на и без того спертом аромате воздуха.

— Магия тут не работает, поэтому нет привычных пульсаров или кристаллов, все оплетено антимагической сетью, сама посмотри, — сказал Силье. Возможность увидеть удивительно красивое переплетение рун и узоров клети заставило меня напрячься сильнее обычного, в центре лба начало жечь, будто раскаленный гвоздь вбивали мне в голову, но как только я отбросила желание изучать защитный рисунок помещения, боль ушла. Два десятка стульев, многие из которых были заняты одетыми в вечерние туалеты и маски людьми, стояли напротив центральной трибуны. Справа от нее располагались несколько столов, на них явственно угадывались силуэты неких предметов, накрытых шелковой тканью.