Чтение онлайн

– Хватит с тебя? – издевательски спросил мерзкий старик. – Или еще по почкам съездить?

– Пошел ты на хер.

– За языком советую следить, малец. Не то мои парни тебе мордашку подправят мигом. Не убью тебя, но девочек тискать уже не сможешь так часто. Только шлюх за бабки. Понял меня?

Я молчал, волком глядя на этот жирный кусок дерьма. Отто кивнул своему амбалу, тому, что мог ходить на обеих ногах, и он пнул меня. Больно пнул, по животу, отчего по телу разнеслась тупая, ноющая боль. Я тихо простонал, сжав зубы до скрипа.

– Поднимайся и вали отсюда, щенок. Передай папаше мои слова. Мы с ним долго друзьями были, но бизнес есть бизнес. Ничего личного.

Я встал. Кровь заливала футболку.

– Ты же знаешь, – сказал я, утирая липкую алую слизь под носом, – он этого так не оставит.

– Знаю. Но мы поговорим с ним еще, один на один. Так и скажи ему.

Пистолет мой был в руках второго амбала, и тот, тыча им мне в затылок, вывел меня из комнаты, а затем и из здания, напоследок толкнув в спину. Я оказался на улице, и злость захватила мое сознание целиком и полностью. В тот момент я думал, что, возможно, ошибался насчет того, что не смогу убить.

ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ

Сара

Эйприл ворвалась в мою комнату без стука и, заговорщически улыбаясь, протянула мне атласное платье кроваво-красного цвета на тонких бретельках. Я несколько секунд тупо пялилась на нее, а затем вопросительно подняла брови.

– Ты серьезно?

– Не будь такой ханжой!

– Я собираюсь обсудить с Калебом наши отношения, а не переспать с ним через пять минут после начала разговора.

– Но это платье приносит удачу, – с показной обидой проворчала она. – Я сдала в нем математику.

– Тогда оно, и правда, творит чудеса.

Я тепло усмехнулась и промокнула полотенцем мокрые волосы. Поправила белую майку, которую у меня забыл Калеб, и присела у зеркала, потянувшись за кремом. Калеб часто оставался на ночь, так что у меня скопились его рубашки и пара футболок. Эйприл не была против, да и мы не особо шумели, когда занимались любовью. Мы занимались любовью, а не трахались, и, как оказалось, это достаточно тихое мероприятие. Несмотря на мое безумное прошлое, по части секса я имела не так уж много опыта. Калеб Прескотт был моим вторым парнем, и мы легли в постель спустя три месяца отношений, что, наверняка, дополнило моему образу некой таинственности. Я не горела желанием сближаться с кем-либо после трагедии с отцом, а Калеб никогда на меня не давил. Он и в то время проявлял непомерную заботу о моих чувствах, так что голову у нас никогда не сносило. Мы всегда четко понимали, что значим друг для друга и к чему стремимся, поэтому не ссорились и редко устраивали очные ставки. Такие очные ставки, какая нам предстояла сегодня…

Я до сих пор не могла поверить, что Калеб молчал о смерти матери, не рассказывал про родного брата и богатого отца. Неужели его семья действительно была связана с теми слухами, о которых болтал весь город? Тогда можно понять, отчего он отмалчивался, и все же я надеялась, что Калеб не причастен к городским легендам, и “Синие Дьяволы” – это банда ребят, которые просто играют в покер и выколачивают большие проценты на спортивных событиях.

Эйприл оставила красное платье на моей кровати, и я то и дело бросала на него взгляд. Сушила волосы и наблюдала за ним. Подводила глаза и изучала его кружевную оборку. Интересно, как бы отреагировал Калеб, если бы я пришла в таком виде? Что бы он почувствовал? Возбудился бы? Смог бы устоять? А может, он бы испугался… ведь такая девушка, как я, не должна носить такие платья, как это. С другой стороны, мне бы удалось выманить из него любое признание, если бы я решилась нацепить эту красную тряпку на свое тело.

Я задумчиво постучала пальцами по губам, а потом пристыженно встряхнула головой.

– Возьми себя в руки, Сара, – пробормотала я и надела заранее приготовленные джинсы, бежевый топ и широкую рубашку. Концы сплела в тугой узел на животе и кивнула своему отражению. Да, мы собирались встретиться в баре, но это не означало, что я должна была наряжаться, как роковая, изголодавшаяся тигрица.

Так как мы собирались выпить, я оставила ключи от машины дома и вызвала такси до особняка Мёрдоков. Калеб объяснил, что ему нужно было разобраться с какими-то супер важными делами, так что мы договорились поехать от него. Весь путь я смотрела в окно, продумывая вопросы, коих у меня вертелось целое множество. Милый Калеб и столько тайн. С другой стороны, разве бывали те, у кого в шкафу не прятались скелеты?

Я рассказывала Калебу про смерть отца, но никогда не признавалась, что ощущала вину. Что считала себя причиной, из-за которой у него все полетело к черту и проснулись раковые клетки. Стресс, разочарование, усталость, злость. У моих родителей не было спокойной жизни, ведь мне так нравилось сбегать по ночам из спальни и пробовать все, о чем подростки только переговаривались. Да, я не трахалась со всеми подряд, но испробовала все сорта дури, что толкали в Кингстоне. Я выпила столько алкоголя по фальшивым правам, сколько мои мама и папа не выпили за всю свою жизнь. Я любила своих предков, но никогда об этом им не говорила, так что, возможно, мой отец умер, не подозревая о том, как больно мне пришлось.

Воспоминания о прошлом заставили меня крепко зажмуриться. Я впилась ногтями в ладонь и так грубо сжала кулак, что пальцы свело.

Наконец, такси остановилось напротив ворот в дом Мёрдоков. Я расплатилась и вышла. Ветер взъерошил волосы. По каменной тропинке за мной тянулась угольная тень. Слышно было, как вода в фонтане стекает по лицу и одеянию плачущей женщины. Какая же красивая статуя. Я застыла с ней рядом и наклонила голову, рассматривая искусную работу скульптора.

Интересно, ее делали на заказ или купили уже готовой?

Неожиданно совсем рядом разнесся оглушительный рев двигателя, дорожку осветила яркая вспышка, и неподалеку от меня неторопливо затормозил огромный, серебристый байк. Щелчок. Свет померк. Мгновение, и на меня уставился зеленый, лукавый взгляд. Я сплела на груди руки и едва не выругалась. Ох, только не это. Коул Мёрдок нагло ухмыльнулся и, облокотившись о руль, спросил:

– Мне вызвать полицию?

– Что, прости?

– Ты находишься на территории частной собственности.

– Твой брат…

– Ах, мой брат.

– Мы договорились встретиться.

Я отвернулась и полезла в сумочку за телефоном.

Коул молча наблюдал за тем, как я стучу пальцами по экрану и пританцовываю, ожидая ответа. Его глаза лениво изучали мои бесформенные джинсы, лохматые волосы и разноцветные браслеты на запястье, которые Эйприл насильно нацепила на меня уже на выходе. Пожалуй, он намеревался что-то разглядеть, но что именно? Я недовольно выключила телефон и обернулась.

– Так и будешь тут стоять?

– Это мой дом. Имею право.

– Но ты ведь здесь не живешь.

– Мой братец все-таки умеет разговаривать… – Коул слез с мотоцикла и поставил его на боковую подножку. Затем небрежным движением убрал с лица волосы и сделал это так медленно, что я на мгновение застыла, заглядевшись на татуировку, мелькнувшую на тыльной стороне его ладони.

Коул шагнул ко мне, а я порывисто отступила назад, собираясь направиться к дому, как вдруг заметила капли крови, застывшие на его лице: свет от фонаря осветил гематому на его носу и кровоподтеки вокруг ноздрей. Я недоуменно нахмурилась.