Чтение онлайн

Из-за меня, конечно.

Иногда мне кажется, что все плохое, случившееся в моей семье, как нельзя напрямую, связано с тем образом жизни, который я вела. Которым я наслаждалась. За все приходится платить. За любой проступок рано или поздно приходит счет. Я бы хотела вернуться в прошлое и исправить все те ошибки, что совершила, но, увы, это невозможно. Увы, я – всего лишь я. А Эйприл – это Эйприл. Так что мы изо всех сил стараемся жить дальше, но иногда напиваемся и признаемся друг другу, – а потом уже и самим себе, – что люди не меняются. Никогда.

У Эйприл была смуглая, бронзовая кожа и роскошные угольные волосы. Они растекались по ее худеньким плечам и спине, точно водопад с черной водой. На бедрах – джинсовая юбка. На ногах – сапожки по щиколотку. Мы ненавидели всех тупоголовых девиц, которые наряжались в школе ради мальчишек, но в какой-то момент сами принялись наряжаться, как дешевые шлюхи. Мне пришлось выбросить несколько коробок отменных тряпок, лишь бы не напялить короткий топ и шортики на лекцию по основам психологического манипулирования.

– Поедем домой вместе? – спросила Эйприл, запрыгнув на край парты и элегантно скрестив ноги.

– Сегодня без меня.

– И куда ты собралась?

– Угадай.

– Ну, разумеется. – Девушка широко улыбнулась, и в ее карих глазах заблестел задорный огонек. – Душка Калеб предложил встретиться, и ты, словно кисейная идиотка, полетишь к нему навстречу.

Я подхватила рюкзак и многозначительно уставилась на подругу.

– Мы не виделись уже несколько дней.

– Какой кошмар! Я вам крайне сочувствую.

– Вот она – ревность… – Я шутливо хлопнула Эйприл по плечу. – Все подруги боятся, что однажды их верные соратницы найдут себе классных парней и провалятся восвояси.

– Ты перепутала меня с невротическими отцами.

– Вообще-то я замечательный психолог и сразу чую, в чем дело.

– Тогда, может, расскажешь, где ты вообще откопала такого парня? Я все вечеринки обходила, но, если на меня и выливали алкоголь, то исключительно в мстительных целях.

Я искренне рассмеялась.

К сожалению, Эйприл говорила чистую правду. Ей чертовски не везло с ухажерами. Возможно, их отпугивал ее характер. Она всегда говорила то, что думает, и не прогибалась перед мужчинами из праздного обожания.

– Хотя тебя тоже угораздило встретить особь мужского пола, которая ведет себя так же по-свински, как и ее сородичи.

– Ты про того парня из клиники? – Я безразлично отвернулась. – Я уже про него забыла.

– Ага.

– Серьезно. Пусть катится к черту.

– Жаль, что ты не послала его к черту, когда он находился рядом.

– Я просто растерялась, ладно? Он принес пса, а тот… ему было так больно, и его лапа… Мне не приходилось делать ничего подобного, и я сглупила. Давай не возвращаться к этой теме, иначе я примчусь на встречу с Калебом, и ему здорово влетит.

– Как будто ты хоть раз повышала на него голос… – пробормотала Эй, поглядывая на свои ногти, и скучающе вздохнула.

Иногда я жалела, что мы так хорошо друг друга знаем.

– Все, я побежала. – Я приобняла подругу и поспешила к выходу. – Не ешь мое мороженое, ясно? Я специально оставила его на вечер.

– Твоей заднице пора сесть на диету.

– Моей заднице вполне комфортно, так что руки прочь от моей еды.

Эйприл устало покачала головой, а потом, улыбнувшись, спрыгнула с парты и театрально мне поклонилась:

– Как прикажете, ваше высочество.

***

Какой-то идиот припарковался прямо перед светофором, перекрыв движение на перекрестке, и мне пришлось минут двадцать простоять в пробке. Пробка в Кингстоне – это как спокойный день в Нью-Йорке, то есть штука довольно редкая. Проезжая мимо “виновника” столпотворения, я открыла окно и смачно сплюнула на его лобовое стекло. Водителя внутри не было, так что, возвратившись, он явно обрадуется нескольким свежим царапинам, выпискам со штрафами и моему “подарку”.

Я остановилась напротив небольшого кафе, зажатого между цветочным ларьком и ювелирным магазинчиком, и выбралась на улицу. Неуклюжим движением пригладила волосы, поправила рубашку и, втянув теплого воздуха, переступила порог уютной забегаловки. Меня сразу же поприветствовал знакомый, сладковатый запах корицы, кофе и шоколада. С прилавка мне вяло помахал вечно удрученный жизнью Хосе, администратор, а потом весело подмигнула официанта Минди, развозящая еду на роликах.

– Сара!

Я обернулась на знакомый голос.

За красным кожаным диваном, очаровательно улыбаясь, сидел Калеб Прескотт. Молодой, симпатичный парень с ямочками на щеках, короткими темно-русыми волосами и самыми добрыми глазами из всех, что я видела. Владелец острых скул, идеально выбритого подбородка и мягкого голоса, такого, что у девчонок замирало сердце. Одет он был, впрочем, как всегда, в прямые джинсы и хлопковую рубашку. Верхние пуговицы расстегнуты. Воротник был выглажен так тщательно, что не пролегало ни единой складочки.

Когда я подошла, он галантно поднялся и поцеловал меня в щеку. Все в кафе наверняка оценили, каким душкой он мог быть, но я по непонятной причине услышала в мыслях искренний смех Эйприл. Моя подруга никогда не верила в приличных парней, так что глумилась над любыми попытками любых особей мужского пола проявлять воспитанность.

– Я заказал тебе американо и круассан с шоколадом.

– Спасибо! – Я присела напротив Калеба, протянула ему руку, и наши пальцы переплелись. Мне вдруг стало так… спокойно, словно, если наши руки никогда не разомкнутся, моя жизнь пройдет правильно и счастливо. – Прости, что задержалась.

– Все в порядке?

– Какой-то идиот припарковался в неположенном месте.

– В этом городке полно идиотов, – усмехнулся Прескотт, поглаживая большим пальцем мою ладонь, – так что нечего удивляться. Черт, мы с тобой будто вечность не виделись! Как дела в универе? Как мама?

– Универ все еще стоит. К несчастью. Мама вчера вернулась от Мэнди в таком хорошем настроении, что я сама едва не побежала к тете за компанией. Интересно, чем они там занимаются?

– Ходят по ночным клубам.

– По ночным клубам? Моя мама? – Я прыснула со смеху и откатилась на спинку мягкого дивана, не выпуская руку парня из своей. – Очень сомневаюсь, что им пришла бы в голову такая идея.

– Они же бывшие чирлидерши.

– Бывшие – ключевое слово.

– Могла бы тоже пойти в группу поддержки, – издеваясь, предложил Калеб и игриво заулыбался. – Я бы посмотрел на тебя в коротенькой юбочке с шелестящими помпонами.