Чтение онлайн

Искусство магии, рассмотренное с этих двух точек зрения, достойно уважения и внимания здравомыслящих граждан. Я надеюсь доказать это, обнародовав несколько избранных рецептов для светских людей.

Готовится очень просто. Берется один котелок, причем, покупать новую шляпу совершенно не обязательно, старые даже лучше, при этом обратите внимание, чтобы котелок не был слишком закопченным или ржавым. Главное, чтобы на котелке не осталось вашего запаха, когда вы станете разрезать его на кусочки, поэтому предварительно посыпьте руки мукой. Мелко нарезанный котелок сложите в корзину и поставьте в духовку. Когда кусочки хорошенько прожарятся, растолките их в ступке, и просейте полученный порошок сквозь самое мелкое сито. Смешайте с лошадиным потом. Потом расскажете мне, что получилось.

Случается порой, что какой-нибудь молодой человек — иногда чуть ли не дитя — добивается большого успеха в обществе своими стихами (впрочем, стихи могут быть и чужими), а вам бы хотелось ему подражать.

Возьмите немного поэтического глистогона, и вы тоже станете писать стихи; если рецепт вам не поможет, отправляйтесь в Институт Пастера, там весьма серьезно изучают глистов, книжных червей и вообще все, что имеет отношение к стихосложению.

С собой следует все время носить зонтик, но ни в коем случае не открывать его. Этот рецепт был подсказан господином Андре Б{217}., а тот, в свою очередь, узнал его от нашего дорогого господина П. Ф.{218}, короля поэтов.

NB! Это весьма действенное средство, но воспользоваться им не так-то просто.

Берете три фунта льда прямо со свежесрезанными ветками, на которых он намерз. Тщательно чистите его и оставляете просохнуть, не забывая помешивать время от времени, чтобы он не пересох. Затем настаиваете его в двенадцати литрах крепкого орлеанского уксуса. Потом дистиллируете раствор с помощью водяной бани на умеренном огне. В результате всех манипуляций получаете восемь литров замечательной жидкости и вдобавок ко всему там еще чудесным образом может оказаться множество монеток по сто су.

Толченая фасоль………………………….3 кг

Сахарный песок (мелкий)…………….… 1 кг

Магнезия………….……………………… 11 кг

Смешайте все это с высушенными розовыми лепестками. Присыпьте порошком простыни на вашей постели и не мойтесь, пока не достигните желаемого результата.

Отделенный от стеблей цветущий кресс-салат

(spilanthus oleacenus) ……………………125 г

33-градусный спирт………………………. 500 г

Макароны…………………………………… 10 г

Перед употреблением взболтать и полученной жидкостью тщательно вымыть ноги.

Каждое утро ешьте копченую селедку и произносите следующее заклинание по сорок раз до и после еды: «Жри и пей — не робей». Ровно через десять дней у вас перестанет свистеть в кармане.

Всегда имейте при себе четыре авторучки, пейте только чистую воду, и дома у вас должно стоять трехстворчатое зеркало, разглядывайте себя со всех сторон как можно чаще с самым серьезным видом.

Пейте джин с водой, а результат увидите через два месяца.

Следует добавить, что некоторые, вполне достойные доверия, особы как, например, господин Рене Дализ, испробовали многие из вышеупомянутых рецептов и впоследствии заверяли меня, что результат превосходен.

Вот уже целую неделю жил я в Австрии, в Вене. Стояла самая середина зимы, и все дни моего пребывания не переставая лил дождь, хотя было уже довольно тепло.

Я давно мечтал посетить Шенбрунн и теперь, переполненный впечатлениями, бродил по грустному, намокшему парку, тому самому, по которому скитался несчастный «король римский», волею злого рока ставший герцогом Рейхштадтским{220}.

С вершины холма с гордым названием Слава, звучавшим унизительным диссонансом, если принять во внимание скромные размеры этой возвышенности и, должно быть, навевавшим герцогу горькие воспоминания об истинной славе его отца и милой Франции, — я долго любовался знаменитой столицей Габсбургов, а когда стемнело и в городе зажглись огни, пустился в обратный путь, намереваясь вернуться в гостиницу, расположенную в самом центре Вены.

Сбившись с дороги и довольно долго проплутав в предместьях, я очутился на пустынной, широкой, скверно освещенной улице. Мне удалось разглядеть в полумраке какую-то лавку, и хотя она выглядела довольно мрачно и казалась вообще пустой, я все же намеревался постучаться туда и спросить дорогу, но тут внимание мое привлек прохожий, который, обгоняя, слегка задел меня плечом. Он был очень маленького роста, в офицерской накидке. Я прибавил шагу, вскоре нагнал незнакомца и пошел почти вровень с ним. Я видел его в профиль, и, когда мне удалось разглядеть его черты, я в ужасе отшатнулся: существо, шедшее рядом со мною, имело не человеческую, но птичью голову с орлиным клювом — загнутым, крепким, устрашающим и несказанно величественным.

Преодолевая ужас, я вновь двинулся вперед, пристально разглядывая эту странную особу с головой хищной птицы на обычном человеческом туловище. Заметив мое внимание, он тоже обернулся в мою сторону, глаза его встретились с моими, и я услыхал дрожащий старческий голос, который произнес по-немецки:

— Не бойтесь меня, сударь, я не причиню вам зла. Я так несчастен.

Увы! Язык отказывался повиноваться, ни единого звука не удалось извлечь мне из гортани, пересохшей от ужаса. Мой странный попутчик вновь обратился ко мне, но на сей раз в его голосе звучали повелительные и даже несколько презрительные интонации:

— Вас ужасает моя маска? Но поверьте, настоящее лицо напугает вас еще больше. Ни один австриец не сможет взглянуть на него без содрогания, я ведь дьявольски похож на своего деда.

В эту минуту на улицу высыпала возбужденная толпа, из лавочек стали выходить люди, из окон высовывались головы любопытных. Остановившись, я обернулся: это были солдаты, офицеры в белой форме, лакеи в ливреях, был среди них и один швейцар огромного роста, размахивающий длинной палкой с серебряным набалдашником, рядом бежали конюхи с зажженными факелами. Мне стало любопытно узнать, кто же был объектом их преследования, но впереди я видел лишь фантастический силуэт человека в птичьей маске, он бежал, раскинув руки и обернувшись к преследователям, словно желая разглядеть в лицо грозившую ему опасность.

В этот самый миг отчетливое и необыкновенно волнующее зрелище предстало передо мной.

Беглец, видимый мною со спины, расправивший накидку, как крылья, с орлиным клювом над прямым плечом, в точности походил на геральдическую птицу, украшающую герб Французской империи. Это дивное чудо явилось лишь на долю секунды, однако, я был уверен, что не единственный стал жертвой оптического обмана. Толпа, преследующая Орла, тоже остановилась в замешательстве, но их нерешительность длилась недолго — столько же, впрочем, как и само видение.