Та Сторона Одиночества
Шрифт:
Элиас примолк, втянув шею в плечи. Самым страшным в его жизни был гнев графа Анедо – явление столь редкое, что боялся его не он один.
Мы с Мирией застали их там же, на кухне, в гробовой тишине – напряжение, повисшее в воздухе, было осязаемо. Завидев заплаканные глаза девушки, граф тут же поспешил ей на встречу, привлекая к себе, будто пытаясь согреть.
– Что случилось, милая?
– Всё хорошо. – Мирия всхлипнула. Ей не хватало сил обнять его в ответ, но она, по крайней мере, не отстранилась.
Элиас зло таранил нас взглядом и едва не выпускал пар из ноздрей. Его чёрные глаза простреливало электричество, но на этот раз он сдержался, или, вернее сказать, пересилил себя, молча поднявшись из-за стола и покинув кухню.
Я не знал, чего ждать в ближайшем будущем, но постоянно накаляющаяся обстановка не предвещала ничего хорошего. Никому.
***
??????????????????????????
Глава 26. Трагедия Мирии.(Часть 3)
Но если Мирия и Элиас все больше предавались эмоциональным переживаниям, то мы с Морисом пытались опираться на разум и не забывать об основной нашей цели.
Именно поэтому мы провели всё утро и целый день в кабинете графа. Он «проверял» меня заново, неон в его глазах практически не потухал. Он воодушевленно акцентировал внимание на моих успехах и делал короткие записи в своем компьютере.
– Почему я до сих пор ничего не ощущаю? – Решил спросить я.
– В твоем случае это не слишком быстрый процесс. – Морис отвечал, не отводя глаз от монитора. – Видишь ли, я склонен полагать, что твои линии Силы были «вскрыты» слишком рано. Именно «вскрыты» - потому что любой процесс – будь то созревание цветка или созревание Силы – должен пройти несколько стадий, цикличных и закономерных. Возможно, при благоприятных условиях все прошло бы более гармонично и не в сравнение быстрее, если вы, скажем, просто бы встретились с Мирией (у неё в этом отношении как раз все гладко), но, опять же, это только предположение.
– То есть, ты хочешь сказать, что мои способности проявились бы и без побоев третьего легита?
– Конечно. Но тогда Майкл вряд ли бы распознал в тебе супранормного и, как следствие, ты вряд ли бы попал сюда…
Я усмехнулся иронии ситуации.
– И долго мне ещё ждать? Я тоже хочу быть «крутым парнем», как ты или Элиас…
Морис улыбнулся.
– Возможно, ты будешь сильнее любого из нас, и даже сильнее нас всех вместе взятых.
– Ты шутишь…
– Нет. – Граф и вправду не шутил, я прочёл это в его глазах, сейчас смотрящих на меня строго и решительно. – Ты один из пары диадов. Понимаешь, природа устроила нас так, что любой из нас, обладающих Силой, может получить невиданные возможности, небывалый запас энергии, который только может вместиться и выработаться в конкретном человеке. А если не может, то природа делит это все на двоих, и тогда ты можешь себе представить, какой здесь скрыть потенциал? Ты – оружие, Джоэл, ты станешь оружием небывалой мощи - что бы оно из себя не представляло, а Мирия – твой вечный генератор энергии, неиссякаемый, идеальный. Это просто фантастика, мечта, утопия, но вы – существуете, и это безмерно меня радует.
Я бы так и слушал восторженную речь моего наставника, но всё же мне с трудом верилось, что это – обо мне. Взглянув на мои ладони, я не ощутил ничего кроме всепронизывающей жары, не имеющей ничего общего с моей Силой.
– Всему свое время. – Видя моё сомнение, поддержал Морис.
– Можно я прогуляюсь… с Мирией? – Несмело поинтересовался я, но граф лишь равнодушно пожал плечами и кивнул.
– Если она не против.
***
Небо наливалось новыми закатными красками, солнце стало бережней и лояльней к своим подопечным, что порядком устали от дневного зноя. Мы лежали в мягкой зеленой траве под кроной огромного дерева, Мирия дремала, а я отрешённо любовался природой, стараясь не думать ни о чём.
Она была рядом, всего лишь на расстоянии руки, и мне нравилось наблюдать её сонную безмятежность. Ничего не нарушало нашей дружеской идиллии, пока тень не упала прямо на мои закрытые веки, и идиллию как ветром сдуло.
– Натешились? – Надменный голос Элиаса скребнул по ушам, и я заметил, как он жадно отыскивает глазами улики наших «любовных отношений». – Голубка устала?
О, если бы я мог врезать ему так, как он этого заслуживает. Если бы я только мог…
– Не трудись, Элиас. – Я уже был на ногах – так, на всякий случай. – Что тебе опять от нас нужно?
Мирия открыла глаза, испуганно воззрившись на Элиаса, чему тот несказанно обрадовался.
– Тебя Морис разыскивает, беспокоится. – Яд в его голосе просто выплескивался наружу. – Помнишь, кто это?
– Меня? – Девочка туго соображала, не отойдя ото сна, она всё пыталась пригладить спутанные волосы рукой.
– Вас обоих. – Сухо бросил Дельфин. – Поднимайся.
Он грубо схватил её за руку и в два счета поставил на ноги, как провинившегося двухлетнего ребёнка. Мирия возмущенно вскрикнула и щеки её зарделись алым, но страх в зелёных глазах возрос основательно.
– Что ты себе позволяешь?! – Не выдержал я, но ответом мне был легкий разряд молнии в глазах Элиаса.
– С тобой мы потом поговорим, Аднер!
И он поволок Мирию за руку так быстро, будто бы она была не тяжелее шарика с гелием. Я едва успевал за ними, слыша, как девушка возмущается; она даже попыталась ударить его свободной рукой, тогда он взвалил её на спину и тащил на себе до самой базы.
Глава 26. Трагедия Мирии.(Часть 4)
Морис и Лиза сидели за кухонным столом, они спокойно беседовали, однако приход нашей шумной компании сразу же добавил негатива в их мирный вечер. Элиас поставил Мирию на пол, и она тут же выставила на показ свои багровые запястья.
– Посмотри, Морис, что ОН сделал! – Она едва не рыдала, более походя на обиженного ребёнка, нежели на женщину, уличённую в измене.
Взгляд графа Анедо тяжелел, он явно ждал от Дельфина объяснений, но тот не торопился.
– Элиас? – Спокойно, но настойчиво потребовал Морис. – Что всё это значит?
Дельфин вызывающе сверкнул глазами.
– Я застукал их вместе.
Лиза не сдержалась и хохотнула в кулак, однако промолчала. Морис нахмурился.
– Вместе? Так они и ушли вместе…
Он поглаживал руки своей любимой, давая понять, что он на её стороне, и это ещё больше злило Элиаса.
– Они спали!
– В обнимку? – Подначила Лиза.
– Нет, рядом. – Эл и не заметил иронии в её голосе.
– Раздетые? ...
– Элиас. – Голос Мориса был всё так же спокоен, но сух. Его глаза заволокла едва заметная бирюзовая пелена, это значило – он сдерживается, но уже с трудом. – Мы с тобой уже говорили на эту тему.
Он ставил акцент на каждом слове, пытаясь поймать взгляд Дельфина, но тот умело изворачивался.