Чтение онлайн

При виде его Мирия сразу же напряглась, одев маску обиды, но продолжала лежать.

Мы поздоровались, и одного взгляда графа мне было достаточно, чтобы понять, что я сейчас лишний.

***

Оставшись наедине, Морис попытался заговорить с Мирией, но та демонстративно отвернулась.

– Ты всё ещё дуешься. – Печально констатировал он, приняв расслабленную позу в том же кресле, где минуту назад сидел я.

– Дуюсь?! – Возмутилась она. – Что это ещё за слово такое?! Дуюсь… Утром ты…, - она поколебалась, подбирая слово, но быстро бросила это занятие и продолжила. – А сейчас приходишь как ни в чём не бывало…и… что здесь смешного?!

Морис чуть слышно посмеивался, глядя на Мирию огромными тёплыми глазами – снисходительно, но в то же время ласково, нежно.

– Какая же ты еще девочка…

– Уже «нет», с твоей помощью.

Он не отвечал, но продолжал улыбаться; потом как-то незаметно перебрался к ней на кровать и попытался поцеловать её, но Мирия грубо оттолкнула его и вызывающе сверкнула глазами:

– Что, опять хочешь взять меня силой?!

Морис лишь улыбнулся.

– Нет. Отныне и всегда – только с твоего позволения…

Мирия смотрела ему в глаза, так близко… и ей самой уже хотелось поцелуя, но гордость не позволяла.

– Тогда оставь меня в покое…

Пытаясь наслаждаться мученическим одиночеством, она поняла, что всё чаще возвращается к мысли о Морисе, обнаженном, вспотевшем, прижимающимся к ней со всей неистовой страстью его тела, задыхающимся от желания…

Боже, ей так хотелось погоревать ещё немного, побыть жертвой обстоятельств, но собственное тело начало диктовать ей свои правила. И теперь она поняла, чего хочет.

***

Все еще находясь на распутье обиды, желания, еще там чего-то, что параллельно лезло в голову, Мирия измучилась думать, просто устала.

Морис, конечно, поступил нечестно – или она сама была виновата, столько времени держа его на расстоянии, да к тому же эта история с Тери… И где теперь Тери? И был ли он когда-нибудь?

Нет, был и есть только Морис. И это прозрение открыло ей глаза и порадовало сердце. Несмотря ни на что, она по-прежнему его любила, не было никаких пауз, недомолвок, ничего.

И как она могла думать по-другому?

Девушка решительно покинула свою комнату и направилась к Морису. Его кровать была пуста, в душе слышалось плескание воды. Сквозь полупрозрачные стены она видела его обнаженное тело, ставшие темными мокрые волосы…

Он тоже заметил её. Дверца душевой приоткрылась, и Мирия с замиранием сердца вошла внутрь.

Всё произошло без слов, они были не нужны. Долгий поцелуй, полный страсти и нежности, одежда девушки, намокшая, ставшая ненужной, взаимные ласки и долгий момент близости…

Уже после, лежа на постели под одеялом, всё ещё пребывая в объятиях друг друга, они наслаждались каждой минутой счастья, но Мирия вдруг попыталась подняться.

– Не уходи…, - прошептал Морис, легонько удерживая её за плечи.

– Но… что подумают остальные? ...

– Пусть думают, что хотят…

Мирия положила голову ему на грудь, обняв нежно рукой. Глаза смыкались у обоих, любовь выпила из них последние силы. Уже окунаясь в бездну сна, Мирия прошептала:

– Я люблю тебя…

И Морис последний раз за вечер коснулся её губ губами.

***

Я сидел за кухонным столом с чашкой остывшего чая и нетерпеливо посматривал на часы. Утро давным-давно наступило, а эти двое не торопились просыпаться, любовь! Какие там дела…

Я стучал в дверь Мирии пару раз с интервалом в пятнадцать минут, но мне никто не ответил. Тогда я осторожно заглянул внутрь, и понял, что со вчерашнего дня здесь никого не было.

Понятно, что к Морису я и заглядывать не стал. На базе никого больше не было, и я наслаждался одиночеством, а точнее, бесцельно проводил свободные минуты, ожидая появления влюбленной парочки.

Первой появилась Мирия с заспанным, но счастливым лицом, её волосы были не расчёсаны, а одета она была в халат Мориса.

С ходу она одарила меня лучезарной улыбкой, вчерашней хандры как будто и не было. Поцелуй в щеку и светящиеся весёлой зеленью глаза.

– Я так счастлива!

– Да ну? А как же вчерашнее изнасилование? – Поддразнил её я. – Я так понимаю оно… повторилось?

Мирия весело засмеялась.

– Ни о чём меня не спрашивай! Я люблю его, люблю!!!

Я смотрел на неё, и моё сердце ликовало. Лишь пару дней назад она лила горькие слёзы по Тери Льюису, и я уже не надеялся, что когда-нибудь вновь увижу её счастливой, сияющей, а тут… Морис, конечно же, сделал всё правильно, и мир вновь возвращался в наш дом.

***

Поначалу они как-то ещё стеснялись своей близости, но вскоре Мирия окончательно перебралась в комнату Мориса и ни на одну ночь они более не расставались.

Я начинал чувствовать себя лишним, на базе больше никого не было, и я с ума сходил, становясь невольным слушателем отголосков их любовных излияний, вспоминая свои счастливые деньки, проведённые с Терезой на Грессии. Я уже почти уверовал, счастье – это для других.

Завтракал я обычно в одиночестве, Мирия уже не вставала так рано, любовь, знаете ли, отнимала у неё время и силы, и потому приходилось обходиться тем, что на скорую руку – бутерброд, тосты, кофе.

Сегодняшний день не был исключением, разве что я проснулся раньше обычного, и уже пол часа скучал над чашкой остывшего чая.

– Привет! – Бодрый голос Элиаса был словно освежающий душ, и я не знал и сам, что так ему обрадуюсь.

– Эл! Как давно тебя не было?!

– Две недели и четыре дня. – Довольно сообщил он. – Морис у себя?

Я согласно кивнул – коварный план созрел в моей голове в считанные секунды. Элиас поспешил туда, а я принялся ждать, затаив дыхание.

И ждать долго не пришлось. Эл влетел обратно, с вытаращенными глазами, щёки его пылали багровым румянцем. Сказать, что он был поражен – значит, ничего не сказать. Он показывал жестом в ту сторону, откуда только что бежал опрометью, и пытался сообщить мне новость, но от увиденного потерял дар речи. Однако видя, что я улыбаюсь во все тридцать два, он рассмеялся как сумасшедший.