Чтение онлайн

– Вероника, не молчи! Отвечай!

Ника не выдержала и попросту отвесила Алексу оплеуху. Алекс едва успел поймать себя в секунде от сжавшихся на нежной девичьей шее челюстей.

– Ты это все делаешь ради Павла?- вместо смертоносного укуса прошептали ей в шею.

– Что?! – переспросила Ника, чувствуя, что жизнь действительно висит на волоске.

– Ведь ты же правда умрешь! – прохрипели возле самой сонной артерии.

– Это Павел мертв, - сухо констатировала Ника. И тут заплакала снова, переутомленный мозг девушки дал сбой. Сейчас Веронике казалось, что в смерти коллеги виновата только она.

– Мне жаль, - оторопело заметил Алекс.

Ника уже не слушала. Истерика накрыла с головой.

Очнулась в постели. Под теплым пуховым одеялом. В комнате было темно из-за штор. Но Ника чувствовала, уже день, а еще чувствовала, что не одна.

Алекс подошел и сел рядом.

– Попей, - сил отбиваться не было. Ника сделал несколько глотков из чашки. Терпкий, полный сложных ароматов чай потек в горло. Сразу стало легче, дурнота отступила. Ника даже присела на кровати и взяла чашку руками. Чай нравился необыкновенно, похожий бабушка варила! Почему-то теперь Вероника помнила это очень хорошо.

Алекс невольно улыбнулся, наблюдая за переменой:

– Вкусно?

Ника подняла глаза, ведь правда было очень вкусно!

– А ты все время отказывалась! – усмехнулся Алекс. Он не ждал ответа. Только посмотрел куда-то вдаль. – Жив твой касатик.

Ника непонимающе взглянула на Алекса, о ком это он?

– Надеюсь, ты не ждала от Павла верности? – иронично спросил Алекс. – Если хочешь, когда все кончится, я отвезу тебя к нему… Увидитесь. Он предпочитает с русалками водиться, так что там все совсем несерьезно.

– Нет! – очень твердо пресекла Алекса Ника.

Алекс удивленно посмотрел на девушку.

– Псы Семиградского его убили, - отперлась Ника.

– Это тебе дядюшка так сказал?

– Я сама видела!

– Вот как?

Алекс продолжал смотреть прямо в глаза. Вероника тоже взгляда не отводила:

– Павла убили. Задушили, и я это видела! – Ника почувствовала, как в глазах снова встают слезы, она сильнее сжала кулаки и резко вскинула голову, не давая слезам скатиться по щекам.

– Расскажи мне правду о случившемся, - мягко начал Алекс. Он не перебивал, не спорил, просто терпеливо ждал, пока Ника кусала губы, решая, что говорить:

– Мне кажется, чтобы я не сказала вам сейчас, это все равно будет ложью! Даже если я думаю, что говорю правду.

– Ты попробуй, там разберемся.

Ника неуверенно посмотрела в пол:

– Давайте предположим, на одну тысячную, что я вам не лгу. Что я не дочь лиса и не внучка Семиградского, самого отвратительного из лгунов в этом мире?

– Давай, - согласился Алекс, он по-прежнему внимательно смотрел на девушку. – Попробуй рассказать все с самого начала.

– Ладно, - выдохнула Ника. – Я…я потеряла работу, верней… меня уволили.
– Веронике было стыдно в этом признаваться, но сказать это было важно. Еще важней было сказать другое: – А незадолго до этого у меня мама умерла...

Ника всхлипнула, сейчас эта горькая мысль ощущалась особенно остро.

– Соболезную, - в голосе Алекса скользили нотки сочувствия.

– И тогда все посыпалось, - Ника шмыгнула носом, но упрямо нахмурилась. – Все как-то пошло наперекосяк.

Алекс сосредоточенно смотрел на Нику.

– Работа в экспедиции мне казалась счастливым билетом… Думала, что в Иркутск я попала случайно. И что вас встретила по совершенно невообразимому стечению обстоятельств… А потом оказалось, что все подстроено. Все просчитано! Всю свою жизнь я была уверена, что у меня нет отца, и никаких родственников по его линии. И мне тошно оттого, что я стала оружием манипуляций. Но я человек, не товар, не меченая, или кто-то там еще. Я человек! И мне глубоко отвратителен весь ваш мир.

– Это я уже как-то понял… Ладно, положим, а что Павел? – видимо, во всей истории именно это задевало Алекса больше всего.

– А что Павел?! Павел воспользовался тем, что я отдала все деньги Маргарите, что у меня сгорела квартира, и я потеряла паспорт. Я не могла вернуться домой, Алекс Феликсович. Без вашего частного самолета… никак.

– Эм… он не мой, он принадлежит компании моего брата. У меня другой, - заметил Алекс, невольно улыбаясь какой-то своей мысли. – Так что Павел?

В голосе слышалась настоящая ревность и очень острый интерес.

– Павел попросту продал меня псиглавцам! Не по наводке ли ваших русалок?
– с усмешкой закончила Вероника, хотя в глазах при этом стояли настоящие слезы, девушка быстрым движением их стряхнула. Алекс как-то сильно напрягся при упоминании о русалках. – Павел обещал помочь с документами, с ремонтом… А сам продал.

– Почему ты не позвонила мне, когда у тебя все это случилось?!

– Наверное потому, что вы меня... уммм… отпустили?
– Алекс требовательно вскинул брови, ответ его явно не удовлетворил.
– Потому что ваша русалка утащила мой телефон!

– Лика рассказывала другое.

– И что же рассказывала ваша рыбомозглая подружка? – Ника даже не знала, что это: любопытство, отчаяние?

– Рыбомозглая? – заулыбался Алекс, потом продолжил: - Что встретила очень грустную девушку на берегу Байкала с моей меткой… Что ты плакала и мечтала быть с возлюбленным.

– Я не плакала! – возразила Ника. Алекс невольно улыбнулся, а Ника раздухарилась. – Это она сезон охоты устроила!

Алекс вскинул бровь, изображая недоверие.

– Ой, - Ника поняла, что нечаянно сдала русалку, слово держать ей, конечно, не хотелось. Но нравы у них тут дикие, кто его знает, может, русалку теперь на форшмак пустят?

Алекс продолжал молчать и улыбаться.

– Ну, она, наверное, не хотела. Так уж вышло… - быстро добавила Ника. А он вдруг ласково коснулся скулы:

– А что, если я тебе верю?

– То, значит, вы покойник! – хмыкнула Ника, отодвигаясь от руки. – Мой дядюшка именно этого и хочет.

– Твой дядюшка сделал все, чтобы я тебя убил, - заметил Алекс, уже нежно гладя по щеке. Ника все еще дико злилась, но от руки уже не отодвигалась. Алекс притянул ближе.

– Значит, в Павла ты не влюблена?