Чтение онлайн

— Но есть же и вторая половина глухаря, да?

— Хуже. Их несколько в леднике, на неделю. Я не хочу дальше смотреть! Они отравлены, это постепенно действующий яд! Всё выглядело бы так, словно ты долго умираешь от болезни, — мой голос сорвался.

Ник подошёл сзади и взял меня за плечи. Я вздрогнула и вслепую отправила на его руки крошечные искры вырвавшихся бесконтрольно рун — тепло и защиту.

— Никогда больше не хочу такое видеть!

Мои глаза всё ещё были закрыты, потому что жуткий фантом умирающей совы я уже прогнала от внутреннего взора, а вот снова смотреть вживую на отравленную дичь не хотелось.

Внезапно яркие лучи просочились прямо через прикрытые веки и словно прямо по жилам разлился свет, выгоняющий страх. Я поняла сразу — это Ник придвинулся вплотную и расширил завесу, я внутри.

А затем… свет исчез. Спиной я чуствовала близкий жар его груди, к которой недавно прикасалась ладонью. Буквально на палец от моего тела. Ник… отпустил иллюзию? Но как же это, я ведь в маске?! Я открыла глаза и увидела лишь ткань повязки. Он захотел быть ближе, убрал все преграды между нами, как смог… почти по-настоящему обнял.

Не представляю, сколько мы так стояли, пока я приходила в себя.

— Нужно попытаться выяснить, что он задумал, — тихо сказал Ник позже — передай, что я ем глухарей. Есть ещё много того, чего ты пока не знаешь, а я сейчас не могу рассказать. Но возможно, он догадывается, что я не обычная птица. Или даже знает, кто я.

По щекам потекли слёзы. А я? Когда же наконец узнаю я?.. Ответ пришёл очень скоро и с совершенно неожиданной стороны.

Глава 14

Как исчезнуть из Гленрока я продумала, ещё когда собиралась покидать город самостоятельно, и теперь бодро шагала в лавку, волоча два огромных короба скопившихся дома поделок. Ох, мне бы сейчас громилу Эдди в помощь или ту самую руну, делающую предметы невесомыми!

Это была часть плана и взять с собой меньше я не могла, иначе пришлось бы курсировать по одному маршруту всю прошедшую неделю. А у меня много дел и приходится делать их неспеша, чтобы никто не задавался лишними вопросами.

В мансарде собралось множество игрушек и сегодня я относила пока только любимые, которые в разное время пожалела выставлять на продажу. Ещё предстоит доделать сколько успею брошенных или начатых недавно и доставить в лавку груду новых деревянных безделушек, которые были недорогими, составляли значительную часть оборота и делались солидными партиями непрерывно.

Я не хотела привлекать внимание, прося у отца экипаж, поэтому игрушки даже такими порциями придётся переправлять три дня подряд, если не четыре.

План был простым — сказать близким почти правду.

Тёте и отцу я собиралась оставить на рабочем столе письмо с объявлением, что во мне проснулся магический дар. Запечатанное в конверт, чтобы Рут раньше времени не обратила внимание. Извинюсь, поблагодарю за всё хорошее и объясню, что давно копила деньги, а теперь уезжаю учиться.

Тётушка Ди лучше меня придумает, что сказать подружкам и соседкам, чтобы вышло прилично. Например, отправит на словах к дальним родственникам в резервацию на другом краю страны. По какой-нибудь очень приличной причине. И уж точно она не станет искать — поплачет и смирится. Глубокие переживания Диане Миртл чужды.

А отец даже не привязан ко мне, одним своим существованием я напоминаю ему о жене. Вот уж кто только вздохнёт с облегчением!

Искать могут только в первые часы, без огласки и посторонней помощи, пока не ушла далеко. Чтобы попробовать отвратить глупую девчонку от непременного падения и разложения в большом мире.

Поэтому я и собиралась оставить послание запечатанным, а перед уходом сказать, что собираюсь с ночёвкой к Роззи Хоук, чтобы рано утром, до жары, уйти в предгорье собирать травы для красителей. Я даже по-настоящему напрошусь к Хоукам, как только мы с Ником точно определимся с днём. Только вот не явлюсь туда. Роззи решит, что я передумала, а дома хватятся и найдут письмо не сразу.

Ник заверил, что в услугах Плаксы Алвы нет нужды — мы покинем Гленрок вдвоём. И беззлобно посмеялся в ответ на мой вопрос, хватит ли изначально на обустройство моих накоплений в придачу к тому, что я отложила на благодарность Алве. Сказал, что деньги мне больше никогда в жизни не понадобятся, но в тягость я никому не буду. Я уточняла и переспрашивала много раз.

Поэтому все мои сбережения и второй конверт лежали сейчас в тряпице на дне одного из коробов. Это касалось последней, но очень важной части плана — Эвы и лавки, ради чего я и маялась теперь со своей тяжёлой поклажей.

Эвелин Растон была чуть младше меня. Дочь соседей и неходячая калека с рождения. С детства я смотрела, как она с утра до ночи сидит на крыльце родительского дома или маленьком балкончике напротив окна нашей мансарды. Семья ей ничего не поручала — в придачу к увечью ног, Эва была немного странной. Не от мира сего, как говорит тётушка Ди.

Она всегда своим видом напоминала мне о том, что в мире полно более одиноких людей, с несчастьями куда глубже, чем пропавшая мать и пятнистая кожа. Мне становилось стыдно кукситься и во многом именно Эва вдохновила меня на собственное дело. Чтобы не зависеть от родни и не пропасть в отсутствие мужа.

Я с самого начала, когда, после пары удачных ярмарок, скопила на аренду магазина и открылась, стала носить Эвелин небольшие заказы. Она на удивление быстро училась. Потом мы и вовсе договорились с её старшим братом и он пять дней в неделю отвозит сестру в лавку.

Так Эва стала моим продавцом, помощницей и быстро расцвела и осмелела, общаясь с людьми и получив смысл жизни.

Теперь я собиралась оставить магазин ей, нисколько не сомневаясь, что она справится. «Лавка игрушек Эвелин Растон» будет процветать в Гленроке долгие годы, пусть и без моих сложных механических штучек. Эве я расскажу об отъезде лично и прямо сейчас, чтобы она не растерялась и подготовилась — она никогда не предаст, да и смысла в этом для неё никакого, с учётом моего наследства.

Я дождалась момента, когда после полудня посетителей не бывает, а дети, вечно торчащие у витрин и возле Эвы, разбегаются по домам обедать. В лавке это тоже традиционное время для чая и перекуса.

— Эва, нам нужно поговорить об одном серьёзном деле.

— О том, что ты собираешься уехать из города и я снова буду без работы?

Вот это новости!.. Неужели я чем-то себя выдаю?!

— Почему ты так думаешь?

— Из-за твоих мыслей. Они отражаются в глазах и давным-давно уже не здесь.