Чтение онлайн

– Я не Стрешневу имел в виду. Должно быть, вы не всех ее подруг знаете.

– Что за чушь? У моей жены нет никаких подруг. По крайней мере, когда мы с ней познакомились, точно не было. Свидетельницей на свадьбу она пригласила коллегу, с которой общалась исключительно на работе. Мы живем в поселке пятнадцать лет, и все ее так называемые подруги – это матери подруг Иры. Моя жена занята детьми и домом…

«Что-то он очень нервничает», – успела подумать я, а он спросил гневно:

– Кто вам все это наговорил?

– Что плохого в том, что у вашей жены есть подруга, за которую она переживает? – вмешалась я.

– В том-то и дело, что у жены нет подруг, – ответил он. – Кто бы и что бы вам ни наболтал по этому поводу. Это, кстати, показатель того, что сейчас происходит. На мою дочь вылили ушат грязи и выльют еще…

– Что вы имеете в виду?

– Якобы связь дочери с этим Игорем…

– Разве они не дружили?

– Хорошо, они иногда виделись. Ну и что? Моей дочери было всего четырнадцать, она добрая, воспитанная девочка.

– Разве кто-то в этом сомневается?

– Вы же знаете, что обнаружили в доме Ситникова? Я не о трупе этого парня… какие-то дурацкие обряды, трупы кошек и собак. Если этим занимался Игорь, получается, моя дочь могла быть причастна… Я только хочу оградить жену от всего этого.

– Сожалею, но у нас договор с господином Ключниковым.

– Я же сказал, что готов заплатить вдвое больше. Этого что, мало?

– Мы дорожим своей репутацией, господин Краско. Это первое. И второе: независимо от того, как погибла ваша дочь, следствие неизбежно, раз уж в деле появился труп. Не мы, так полиция будет задавать вопросы. В общем, поберегите деньги.

– Вот пускай они и занимаются Светловым, оставив мою дочь в покое.

– Сомневаюсь, что это возможно. Мы не договоримся с вами. Сожалею.

– Ни черта вы не сожалеете…

Краско вскочил и бросился к двери.

– Любопытно, – произнес Бергман после довольно продолжительной паузы.

– Возможно, он действительно не хочет разговоров о дочери. Ее уже нет, и образ должен быть чистым и незапятнанным.

– Он знает, что труп в доме – это Светлов.

– Мы тоже знаем. Не только у тебя есть полезные знакомства.

– А если его беспокоит другое? У девочки был любовник, но Гоша ли это?

– Ты что, думаешь, Краско спал с собственной дочерью? И боится, что теперь это вылезет наружу?

– Очень заманчиво принять такую версию, заодно обвинив его в убийстве Иры, а потом и Гоши. Почему нет? Девочка могла пригрозить все рассказать матери. Он утопил ее и сделал все, чтобы убийство приняли за самоубийство. Но Ира успела рассказать о подлеце-папаше Гоше, и тот оказался в петле.

– Он не похож на мужа, который боится гнева жены. Типичный самодур, который считает, что место жены на кухне.

– Ты еще спальню забыла.

– Ага. С такими, как он, одно удовольствие заниматься любовью.

– Откуда тебе знать? – усмехнулся Бергман.

– У меня развито воображение. Ты прав, версия действительно заманчивая. И объясняет почти все, в том числе нападение на Изольду. Ей Ира тоже могла об отце рассказать. Но кое-что смущает: о подруге жены он не врал.

– То есть у Нины Краско нет подруги, у которой проблемы с коллекторами?

– Или он о ней ничего не знает. А это значит…

– …что историю с подругой она выдумала?

– Зачем?

– Затем, чтобы мы оставили ее в покое, разумеется. Но если подруги нет, то кто та женщина, которой она помогает скрываться?

Бергман достал мобильный и набрал номер. Звонил, как оказалось, Димке.

– Ты нам нужен здесь. Банкоматами пусть Воин занимается.

Через час Димка сидел за компьютером в кабинете Бергмана, а вскоре появились первые сведения.

– Краско Нина Михайловна, в девичестве Матвеева. Мать – Матвеева Полина Юрьевна, отец – Матвеев Михаил Петрович. Старшая дочь Вера родилась тремя годами раньше Нины. Это вам подойдет?

– Она выдает родную сестру за подругу? – не поняла я. – А смысл?

– Что есть на эту Веру? – ворчливо спросил Бергман.

Димка вновь застучал по клавишам. Максимильян замер возле окна, а я пила чай, принесенный Лионеллой, про который все, похоже, забыли.

– Ну вот. Матвеева Вера Михайловна, зарегистрирована в Челябинске. Замужем, судя по фамилии, не была, детей не имеет. Так быстро накопать что-то еще я не смогу. Кстати, эта фамилия совсем недавно мне уже встречалась, но речь точно шла не о Нине и ее сестре… Вспоминай теперь, где я на них наткнулся.

– Я тоже видела эту фамилию. На кладбищенском памятнике. Муж и жена, умерли в один день, я еще подумала: наверное, авария.

– Не умерли, их убили, – расплылся в улыбке Димка, что, мягко говоря, настораживало. – Двойное убийство, в котором обвинили Ситникова, – пояснил он. – Точно.

– Ситников, ныне покойный, чей дом навестила предполагаемая сестра Нины Краско? – уточнил Максимильян.

– И где Гоша, один или с кем-то еще, занимался черной магией, – добавила я. – И как все это связано?

– Придется взглянуть на старое дело, – кивнул Бергман, решительно направляясь к двери.

Я думала, он предложит мне поехать с ним, но Максимильян предпочел отправиться в одиночку. Он уехал, Дима продолжил поиски. Мне в кабинете делать было нечего.

Я собралась покинуть комнату, когда Димка вдруг произнес:

– Я по тебе скучаю.

– Я по тебе тоже, – ответила я, подходя к нему.

Он выжидающе смотрел на меня, а я села на краешек стола, провела рукой по его волосам.

– Я не хочу, чтобы мы испытывали неловкость, видя друг друга, – сказала я.

– Ты испытываешь неловкость?

– Чувство вины.

– Из-за того, что не любишь меня? Или не любила? – Он в досаде покачал головой: – Только давай без банальностей. Останемся друзьями, и все такое…

– Мы не друзья? – спросила я.

– Извини, но относиться к тебе как к другу у меня не получается. С друзьями не спят.

– Почему же, иногда случается, – вздохнула я, уже жалея, что втянулась в этот разговор.