Чтение онлайн

– Отправились к Стрешневу, – подсказала я. На этот раз он не стал спрашивать, откуда мне это известно, просто кивнул. – Вам удалось с ним поговорить?

– Вряд ли можно назвать мою попытку удачной. Я сказал, что ему следует поинтересоваться, чем занимается его дочь… а он стал ее защищать: она прекрасный ребенок, а я по неизвестной причине обвиняю ее во всяких мерзостях. Мне даже показалось… Он намекнул, это потому, что я противник красоты, как он выразился. Его дочь – настоящая красавица, и некоторые ограниченные люди не в силах ей этого простить. Представляете? Если бы не мой сан… не знаю, что бы я сделал. Тут он, должно быть, понял, что перегнул палку, и стал меня убеждать: мол, я здесь новый человек, мне трудно, я делаю ошибки… но он постарается помочь. Я было решил, он издевается, но говорил Стрешнев, по-моему, искренне. Странный человек.

– Странный? – решил уточнить Максимильян.

– Такое впечатление, что он… не в себе. Я бы даже сказал, такое впечатление, что он под воздействием наркотиков. Смотрит на тебя, а в глазах пустота. Или вдруг заговорит невпопад…

– Интересно, – усмехнулся Бергман.

– Вы, чего доброго, решите, я на него наговариваю… Я пожалел, что пошел к нему, поддался порыву… теперь жду, как поведут себя эти девицы, если, конечно, Стрешнев рассказал дочери о нашем разговоре.

– Думаю, у них сейчас другие заботы, учитывая, что Гоша был их приятелем.

– Говорят, его убили. Но кто?

– Надеюсь, полицейские выяснят… Скажите, вы уверены, что виновницы ваших несчастий четыре несовершеннолетние девчонки?

– Ну вот, я так и знал, – всплеснул руками отец Владимир. – Теперь и вы сомневаетесь. Знаете, чего я боюсь?

– Обвинения в убийстве этого парня? – сказал Бергман. – Бросьте, чересчур фантастично.

– Вы не знаете, на что они способны. Подбросят какую-нибудь улику… следователям быстро передадут эти грязные сплетни, и вот вам мотив.

– Для собственного спокойствия вам пока лучше не появляться в Черкасове.

– Думаете?

– Скажите, с художником, который живет здесь, в каких вы отношениях?

– Я слышал о нем, но даже не уверен, что мы встречались. Почему вы спросили?

– Не важно. – Бергман поднялся и кивнул мне.

– Четыре девчонки терроризируют поселок, – сказала я уже в машине. – В это действительно трудно поверить. А если принять во внимание историю с козой… Не слишком ли это для подростков?

– Не вижу особой разницы, – пожал плечами Максимильян. – Убить собаку или убить козу…

– Но… отрубить голову… я бы точно не смогла.

Он посмотрел так, точно собирался опровергнуть данное утверждение, но промолчал.

– Что, если они кого-то так достали… – продолжила я. – Подозревать священника я не могу, да и говорил он искренне. Кстати, почему он вдруг разоткровенничался?

– Наверное, мы ему понравились, – усмехнулся Бергман. – Между прочим, неплохая версия. Пострадавший от их жестоких игр решил отомстить: утопил одну, повесил другого, едва не убил третью.

– Боюсь, у нас возникнет серьезная проблема, – сказала я. – Ведь речь идет о Насте Ключниковой. Если она принимала участие во всех этих гадостях, а мы продолжим копать в этом направлении…

– Лишимся клиента? Надеюсь, нам удастся оставить его в неведении относительно ее роли. Священник промолчит, остальные тем более. А нам придется проявить гибкость. Есть идея, с какой стати Плетнев решил напакостить священнику, и это притом, что они даже незнакомы?

Конец ознакомительного фрагмента.