Таинственная Каффа
Шрифт:
Из чистого золота изготовили золотых дел мастера государственные регалии: подвески, браслет и перстень, цепь на шею, жезл и меч. И чистым золотом вышили зеленую мантию владыки.
Миндшо же, победоносного, избранного, народ не видел. Он жил в одиночестве, подготовляя душу свою для великой миссии. В непроходимом лесу ему и его юному спутнику построили жилище. Этот юноша, почти мальчик, готовил себя к жертвенной смерти. Его удостоили великой чести при короновании пожертвовать своей юной жизнью во имя здоровья избранного. Таков был древний закон, и он жил до нашего времени.
И случилось так, что в эти дни прибыли в священный город Шадду вереницы паломников. Паломничество не прекращалось ни на час — как днем, так и ночью. Паломники с севера и юга, с запада и востока собирались перед городскими воротами. Каждое племя и каждый род несли с собой свои трубы, рожки и свирели. И в городе и за его стенами слышались громкое пение и молитвы.
Каждый паломник клал на большой площади перед дворцом принесенное им из родного села полено, пока не вырос на этом месте огромный костер, чтобы возжечь
Зашло солнце. Когда ночь окутала своей тенью дворец, его ворота открылись. Это было накануне великого посвящения царя. В высоко поднятых руках нес старейший из жрецов, избранный верховным жрецом, горящий факел, который зажгли в храме Хекко. Весь народ склонился до земли, когда толпа жрецов приблизилась к костру. А верховный жрец молился и пел:
«О Хекко! Говорят на разных языках народы, Различны у людей и лица и кожа. Но ты видишь каждое сердце и отмечаешь лучших, О Хекко! Завтра ты даруешь божественную мудрость и необыкновенную силу Миндшо, что спас твой народ. Его мы избрали! Облачи его благодатью божественной милости твоей! О Хекко!»Верховный жрец поднес факел к костру. Высоко взметнулись языки пламени. Ночь озарилась сияющим светом. И зажег верховный жрец новый факел и понес его во дворец к большой жаровне, дабы никогда не гас там священный огонь. Ибо пока жил царь, этот огонь был символом божественной силы Хекко.
А народ молился и пел и возносил хвалы создателю всего сущего, пока заря не заставила померкнуть сияющий огонь и не наступил священный час начать
Кроваво-красным солнечным диском поднялся Хекко на небосводе, как будто еще пылали в нем раскаленные огни ночи. Глубокое возбуждение овладело сердцами всех.
Глухо зазвучали удары барабанов. Им подпевали кроткие свирели и нежные флейты. И сзывали на праздник звонкие голоса труб. В воздухе стоял необычайный ликующий звон.
Ворота дворца распахнулись. В роскошных одеяниях появился верховный жрец со своей свитой. Все пали ниц и приникли к земле. Верховный жрец нес золотую корону Каффы; и она горела, как рубин, под лучами солнца, и легкий ветерок шевелил великолепные перья. Далее следовали жрецы, несшие государственные регалии: золотой меч и зеленую мантию, скипетр и золотые украшения. Затем в сопровождении двух жрецов шел юноша, предназначенный для жертвоприношения. Счастливыми глазами смотрел он на громадную толпу; ведь он был отмечен могущественным Хекко. Снова следовали ряды жрецов. Наконец, появился он, великий Миндшо, избранник своего народа. Гробовая тишина воцарилась на громадном лугу. Только приглушенное птичье щебетанье неслось из ближнего леса, в котором медленно скрывалась процессия.
В тихом ожидании народ поднялся. Гремели барабаны, оглушительно пели трубы, звенели флейты и свирели.
Площадь вокруг храма была пуста. Лишь жрецы имели право присутствовать при священном обряде коронования. На страже стояли древние исполинские деревья. Внутрь храма вошли лишь верховный жрец с золотой короной в руках, жрецы, несшие государственные регалии Каффы, и мальчик, предназначенный в жертву.
Жрецы начали молиться. Верховный жрец отвел мальчика в сторону, в таинственную темноту храма. Наступила бездыханная тишина, когда сверкнуло жертвенное копье. Еще раз, прежде чем погаснуть навсегда, блеснули глаза мальчика. А верховный жрец вышел на середину храма и возвестил, что душа юноши перешла в тело избранника, дабы он был здоров и жил долго.
И увенчал жрец священной короной главу избранника, и возложил ему на плечи зеленую вышитую золотом мантию, и подал золотой меч и другие регалии. Трижды громко провозгласил жрец его имя. Теперь избранный превратился в Великого, которому принадлежала вся власть над Каффой. Он обладал божественной силой: отныне Хекко говорил его устами. Жрецы бросились ниц и взяли в руки пучки травы в знак смирения и покорности. Они закутали Великого в драгоценные покрывала. Отныне никто не смеет видеть его. Тот, кто взглянет на владыку Каффы, будет убит привратниками и скороходами. Владыка всегда должен оставаться скрытым за покрывалами. Его не видит никто, он же зрит всех. Только через своего верховного жреца будет Великий отныне говорить с народом.
Медленно движется процессия со скрытым за покрывалами повелителем Каффы через толпу, которая благоговейно простирается на земле. Ворота дворца закрываются за процессией. Лишь когда верховный жрец снова появляется перед воротами и останавливает дикий грохот барабанов, свист флейт и рев труб, народ поднимается. От имени Великого, который сейчас вкушает первую трапезу, жрец оповещает, что отныне Великий будет держать суд и расправу согласно обычаям и законам страны. Весь народ приглашен сегодня и на последующие два дня быть гостем на площади перед дворцом.
Тут всюду поднялся сильный шум. Толпа танцевала и пела под звуки литавр и свирелей, труб и флейт. Народ кормили и поили превосходным медовым вином три дня, с раннего утра и до глубокой ночи. После этого все разошлись по домам, восхваляя Великого.
Великий был первым царем Каффы и дал стране это имя. И Хекко говорил его устами. Народ не забыл Миндшо. Он был основателем царствующей династии Каффы, которая названа по его имени Миндшилаш, или род Миндшо. И вот какие
33
Государи Каффы. — У царя Каффы постоянно было пять, семь или девять «медше», т. е. жен. Это были дочери царей соседних стран Мало, Куча, Гера и Гумма или девушки из родов Аргепо и Дукко. Его сыновья носили титул «татемо бушо» (т. е. царский сыч, принц) и как законные сыновья царя принадлежали к роду Миндшо. Дочери носили титул «тшибете», т. е. принцессы. Их выдавали замуж за юношей из рода Аргепо или царей Дауро, Гера, Гумма, Мало или Куча.
были после него, и вот их имена: Гирра был второй царь [34] , он жил в городе Шонга, поэтому его называли государем Шонги; третий царь жил в Аддо [35] , четвертый — государь Шадды [36] . Пятый был Мади Гафо, или царь Боррето [37] ; шестой был царь Бонги [38] ; седьмой назывался Гиба Нечочо [39] ; восьмой царь был Гали Гафочо [40] ; девятый — Гали Гиночо [41] , он был тем, кто сделал великим государство Каффы, он покорил многие страны и возвысился до титула царя царей, он стал царем царей, или императором многих царей, и был первым императором Каффы: после этого титул императора стал титулом всех правителей Каффы. Десятого царя звали Гаки Гаочо [42] ; одиннадцатого — Галли Гаочо [43] ; двенадцатым был Шаги Шарачо [44] ; ему наследовал Беши Гиночо [45] ; четырнадцатым царем и шестым императором Каффы стал Хотти Гаочо [46] , под его властью царство превратилось в великую и непобедимую державу. За ним следовал Гаха Нечочо [47] . Шестнадцатым царем был Гави Ночочо [48] , которого сменил Кайе Широчо [49] , и он стал Хекко, который в нем воплотился. Царь Каффы с тех пор и на все времена стал Аттиочо, или царь-бог. Восемнадцатый царь Каффы носил имя Галли Шерочо [50] ; последний назывался Гаки Шерочо [51] , вместе с ним в наши дни [52] исчезло великолепие Каффы. Наша надежда — его возвращение!
34
Гирра правил с 1425 по 1460 г.
35
Царь Аддо (1460–1495 гг.). Захватил страну Аддио.
36
Государь Шадды (1495–1530 гг.). Сделал Шадду своей резиденцией.
37
Мади Гафо (1530–1565 гг.). Резиденция его находилась в городе Боррето. При нем в страну проникли первые мусульмане, произошло вторжение оромо Шипенао, а также поселились первые беглецы-христиане — амаро.
38
Царь Бонхи (1565–1605 гг.). Захватил землю Бонга, разделил свою страну на двенадцать областей, поставив во главе каждой правителя — «вораборашо» — «герцога». Число их позднее возросло до восемнадцати. Им подчинялись «графы» — «рашо». Во времена его правления были построены первые христианские церкви. Говорят, он умер ста двадцати лет от роду.
39
Гиба Нечочо (1605–1640 гг.). При нем был установлен строгий культ Хекко.
40
Гали Гафочо (1640–1675 гг.).
41
Гали Гиночо (1675–1710 гг.). Дал стране новое государственное устройство.
42
Гаки Гаочо (1710–1742 гг.). Народ Каффы дал ему имя «великий», при нем было основано царство оромо Джимма-Кака.
43
Галли Гаочо (1742–1775 гг.). Ему дано прозвище Галло.
44
Шаги Шарачо (1775–1795 гг.). При нем был бунт народа Дауро.
45
Беши Гиночо (1795–1798 гг.).
46
Хотти Гаочо (1798–1821 гг.). Ему были подвластны сорок царей и царств.
47
Гаха Нечочо (1821–1845 гг.). Прозвище Беддо. При нем царство Дауро стало независимым.
48
Гави Ночочо (1845–1854 гг.).
49
Кайе Широчо (1854–1870 гг.). Прозвище Камо. Изгнал христианских священников. Начиная с него, все цари носили титул Аттиочо, царя-бога, и жили в многоженстве.
50
Галли Шерочо (1870–1890 гг.). Прозвище Галлито. При нем были гонения на католиков; он постановил, что ни один из рода Миндшо не имеет права стать христианином («критино») или мусульманином («нагадо»). Народ стал называться с тех пор «хеккитино», т. е. последователями культа Хекко. После того как Каффа была присоединена к эфиопской империи, культ Хекко отступил перед эфиопской формой христианства «карра хаимонот», государственной религией Эфиопии.
51
Гаки Шерочо (6. IV 1890-10. IX 1897). Прозвище Тшинито. Приказал истребить в стране всех львов, чтобы обезопасить крестьян. Умер в изгнании.
52
В наши дни — т. е. в дни рассказчика. (Прим. ред.)
У гробниц царей-богов
Бибер в волнении. Только теперь понял он смысл и значение всех обычаев страны. Лишь теперь ему полностью открылась тесная связь жителей страны с их божественными повелителями. Путь к гробницам царей богов превращается в увлекательное паломничество.
22 июня Бибер на пути к горе Шоша, священной горе, где находятся гробницы царей-богов Каффы. Группа сопровождающих его каффичо осталась внизу, у подножия горы Шоша; еще и теперь каффичо избегают священных мест, куда они, как требует того строгий запрет, никогда не смеют ступить. Только некоторым избранным да диким зверям не возбраняется приближаться к усыпальницам царей-богов Каффы. Милиус и Бибер продираются сквозь лес по узкой, едва различимой тропинке на вершину горы. В величественном уединении девственного тропического леса располагаются здесь погребения царей-богов. Под скрывающей все лесной растительностью Бибер в состоянии различить восемнадцать склепов [53] . Большей частью это обвалившиеся шахты, которые тянутся по прямой линии с запада на восток. Отчетливо видны лишь две могилы: царей Кайе Шерочо и Галли Шерочо.
53
…восемнадцать склепов. — Царские усыпальницы достигали каждая двух метров в ширину и длину и семи метров в глубину. На восьмой день после торжественного погребения над могилой строили круглый шатер «годо» 6 метров диаметром без срединной балки. Основание шатра уставляли глиняными кувшинами «гондо», наполненными медовым вином. Полый бамбуковый ствол вел из шатра сквозь грунт к покойнику. Обычно у каффичо не было общих мест погребения. Каждая семья хоронила своих покойников вблизи поселения. Эти могилы представляют собой шахтные захоронения. Могила каффичо, как и древнего египтянина, имеет вид отвесной шахты трех метров глубины, от которой по основанию отходит штольня — два метра в длину и два метра в ширину. Во время похорон только шахта засыпается землей. Вокруг могилы выращивали живую изгородь из кустарника, однако не насыпали ни кургана, ни даже земляного холмика.