Таинственные дела в Столешниковом переулке
Шрифт:
– Сень, а ты что думаешь по этому поводу? – спросил он.
– Думаю, в общей комнате был какой-то бомж, а Ильнур наверно от вчерашней выпивки отходил, – ответила Есения и подняла взгляд на люстру, которая замигала и стала светить тусклее. – «Опять перебои со светом», – подумала она про себя.
– А я думаю это чертовщина какая-то. Вот на днях в архив копии рукописей из Египта привезли, там значит, что было, а вот что; в одном городе торговец жил, зашел он в хижину на ночлег, а выйти не может, дверь исчезла, а когда вышел, очень изменился человек. Сам не свой был. Потом второй и третий…Ну в общем много так людей в эту ловушку попали , а потом выяснилось. В той хижине убиенный и неупокоенный был и чтобы как-то энергетически не ослабеть он живых к себе заманивал и их тела крал, от этого и пошел обряд, не помню точно как называется, но что-то вроде экзорцизма. Если будет интересно, я уточню. Оболочка то от одного человека, а душа от другого. Это не дьявол вселяется, а неупокоенный пристанище ищет, – закончил Николя и затянулся сигаретой, стоя на своем балконе в квартирке, в Большом Гнездниковском переулке.
Эта квартира досталась ему от бабушки, он сделал в ней ремонт, в стиле лофт. Николя родился в семье старой интеллигенции и сам был очень образован. Интересовался историей, раскопками и различными экспедициями, такой интерес ему привила его любимая бабушка, которая в молодости работала археологом, а позже стала директором исторического музея. Её связи, в свое время и помогли Николя устроиться на интересную, для него работу, в архив. Николя и Есения знали друг друга с детства, они были соседями в одной из пятиэтажек города Уф, где проживали с родителями до переезда в Москву.
– Сказка сказочная из Египта, – зевая ответила Есения и продолжила, – я спать. Завтра спишемся.
Николя тоже зазевал за подругой,
– Спокойной ночи. Не спи на спине, а то опять сонный паралич атакует, – позаботился Николя и отключился.
Есения выключила свет и залезла под свое одеяло, услышала какой-то стук сверху.
– Ничего меня не заставит встать из кровати. Поэтому что бы там не было-тихо! – сказала девушка и через несколько минут провалилась в сон.
Есения проснулась от того, что кто-то ее стягивал с кровати крепко схватив за щиколотки. Она резко перевернулась на спину, пытаясь подтянуть ноги к себе, но что-то не отпускало её. До выключателя девушка не могла дотянуться. Окончательно проснувшись и силой дернув ноги, Есения подтянулась, вытянула руку и включила свет. Никого. Время на часах 3:33. Ноги побаливали. Она осмотрела их и обнаружила синяки.
Придя в себя, обошла квартиру, чтобы удостовериться, что никого постороннего в ней нет. Вернувшись в постель, она полезла читать про сонный паралич, но не найдя ничего подходящего просто лежала, глядя на потолок, пока не уснула.
В 10 утра ее разбудил звонок от Николя.
– Привет. Слушай, сделай мне, своей лучшАйшей подружке подарок на Новый год, – начал он.
– Какой подарок? Что ты хочешь? Привет, – спросила сонным голосом Есения.
– Я так в баньку хочу, настоящую, деревенскую, чтобы из баньки и сразу в снежок и опять в баньку.
– Где я тебе деревенскую баньку-то возьму? – спросила Сеня.
– Сеня ты мне подружка или нет? Дом твоей бабушки в шести часах езды от Москвы. Свози меня туда, – уже напрямую сказал Николя.
– Коль, вот что ты несёшь? Там снега по пояс и кто тебе там баню топить будет? А дом кто отапливать будет? – спросила Есения.
– Там кого-нибудь найдём, заплатим и нам всё сделают. За деньги, Сеня, все всё сделают. Ну так что, когда поедем? Давай завтра? – спросил Николя.
Есения знала, что Николя от неё не отстанет с этой темой. Да и вообще это был её единственный друг и о чем-то просит он её крайне редко.
– Ладно, давай завтра, после обеда выезжаем. Я дальше спать, а тебе хорошего рабочего дня, – пожелала Есения.
– Хороших снов, – радостно воскликнул Николя и отключился.
– Баня. Деревня. Так и норовит меня из дома вытащить, – пробубнила она и снова заснула.
Проснувшись ближе к вечеру, сидела на окне и листала свои контакты в поисках одного, нужного ей номера и набрав его, долго слушала звуки гудков,
– АлЁ! АалЁЁ, – раздался голос на том конце провода.
– Привет теть Надь, узнала? Это Есения.
– Дк узнала конечно, у меня твой номер же есть. ЧАй чАго случилось? Не дай бог, отведи от нас все беды, – снова произнесла тетя Надя.
– Нет, всё хорошо. Я просто хотела попросить тебя затопить бабулин дом, – начала Есения.
– Дк затоплю! Затоплю Есень, долго чтолЬ, сейчас двор почищу, свиней накормлю и сбегаю. Мама чай твоя едет? – спросила женщина и послышалось как она убрала телефон от уха и проорала на кого-то благим матом.
– Нет, я с друзьями приеду. Праздники же. Я приеду, всё оплачу, – сказала Есения.
– Хорошо-хорошо, затоплю, не переживай, – они попрощались.
Тетя Надя всю жизнь прожила в деревне, муж умер от цирроза печени, а трое сыновей начинали и заканчивали свой день с водочки. Никуда уезжать из умирающей деревни они не собирались. Тетя Надя имела свое небольшое хозяйство, которым и занималась целыми сутками.
К обеду следующего дня Николя прибыл к дому Есении с небольшой сумкой и нескольким тазиками.
– А тазики-то к чему? – спросила Сеня.
– Как к чему, а ты в чем мыться-то будешь, деловая? Я еще и мочалки припас. Всё новенькое, всё чистенькое, всё свеженькое. Гигиена-прежде всего.
Все погрузив в багажник мерседеса Есении, они выехали в сторону МКАДа.
– Коль, забыла тебе рассказать, у меня сегодня снова сонный паралич был. Меня кто-то за ноги с кровати тянул. Ладно хоть я понимаю, что это все не по-настоящему. Игры разума.
– Вот знаешь Сеня, смелая ты девушка, – вдруг сказал Николя, убавляя музыку.
– Почему? – удивилась Есения.
– Ты водишь машину. Я вот очень боюсь ездить за рулём. Так страшно, если бы я рулил, я бы закрыл глаза и молился. А ты бесстрашная, – говорил Николя.
Николя никогда не водил машину и даже не пытался, ему это казалось очень опасным и страшным занятием.
– Ты просто подлиза и хочешь в баню, – ответила улыбаясь Есения и сделала музыку громче.
Выехав из Московской области, и съехав на двухполосную дорогу среди густого леса, погода начала портиться. Радиосигнал пропадал и радио издавало неприятные звуки. Николя предложил остановиться на заправке, выпить кофе.
Припарковавшись у самого входа, Николя подметил, что на заправке никого нет кроме них.
Женщина за стойкой налила кофе в картонный стаканчик и расплатившись ребята направились в сторону выхода. По радио начался прогноз погоды, который сообщил, что надвигается снежная буря и по возможности нужно остаться дома.
– Ну что за гонец плохих новостей! – возмутился Николя и повернувшись к Есении спросил сколько им еще ехать.
– Часа два.
Женщина за кассой что-то пробубнила, Николя и Есения обернулись, ее губы были растянуты в жуткой улыбке и она исподлобья пристально смотрела на них. Ребята вернулись в машину, начало темнеть.