Чтение онлайн

– Так-то лучше, Шейн! Силы тебе понадобятся, а теперь пойдём, – Бастиан кивнул страже.

Они схватили его за предплечья с обеих сторон и повели вслед за старейшиной. Шейн не собирался сопротивляться, он по-прежнему был шокирован тем, что не смог сдержать себя и погубил невинные души. Теперь он понял, что от человечности в нём не осталось и следа, а то, во что он превратился, ненавидел!

Его привели в подземелье, в центре которого возвышались широкие столбы с высеченными на них письменами и рунами, окутанные цепью с кандалами. Само помещение напоминало пещеру, а запах сырости и палёной кожи неприятно бил по носу. Его подвели к центральному столбу, и, когда он понял, что его хотят приковать, стал вырываться. Неожиданно кто-то с невероятной силой прижал его грудью к сырому камню, словно букашку, и сковал цепями, заставив руками обхватить необъятный столб. За спиной послышался зычный голос князя, и ледяным тоном он прошептал на ухо:

– Не нужно сопротивляться, Шейн, это лишь часть посвящения в мой клан. Тебе нужно гордиться, ведь я выбрал тебя на роль лидера! Ты моё творение и мой раб. А теперь приготовься, будет очень больно!

Князь одним рывком разорвал рубашку надвое, обнажая спину новообращённого. Затем ему поднесли чашу с неизвестным содержимым, и, прокусив своё запястье, он позволил своей крови стечь в неё. Смешиваясь, субстанция забурлила. Запахло гарью, кровью и удушающими травами. К Шейну подошёл Бастиан и предложил закусить толстую пластину из кожи, предупредив новообращённого о нестерпимой боли. Шейн послушал его совета и кивнул старейшине. Грубый и шершавый кусок кожи коснулся языка. Мышцы спины и рук напряглись, когда он почувствовал, как на его спине стали наносить рисунок. Сначала он ничего не чувствовал и позволил себе немного расслабиться, но внезапно запахло палёной кожей, и его прожгла пронзающая боль. Она всё нарастала, и клыки впились в кусок грубой кожи, прокусывая её насквозь. Сжимая руки в кулаки, мышцы были напряжены настолько, что казалось, цепь не выдержит под их натиском. Кусок кожи, зажатый в зубах, выпал изо рта, а из дрожащих губ сорвался дикий крик, эхом отскакивая от каменных стен. Спина Шейна горела адским пламенем. Ему казалось, что кожа обуглилась, регенерировала и снова лопалась и так по кругу. Один из старейшин продолжал вырисовывать знак клана, нанося бордовую субстанцию, которая впитывалась через кровоточащие раны, давая чёрный оттенок клейму. Тело и разум отказывались быть сильными, а когда от нестерпимой боли он едва не потерял сознание, всё закончилось. На рану нанесли прохладную кашицу с едким запахом, и боль отступила, расслабляя напряжённые мышцы парня. Но когда князь зашептал что–то на неизвестном языке, выжженное клеймо вновь дало о себе знать. От этой мучительной пытки, будучи человеком, он давно бы умер от болевого шока, но сущность вампира даже на время не позволяла потерять сознание.

Шейн смутно помнил, как его вернули в покои, а когда окончательно пришёл в себя, он уже лежал на мягкой постели. Спина ныла, напоминая о муках, что произошли с ним совсем недавно, а ещё он вновь чувствовал небывалый голод.

– Смотрю, ты пришёл в себя. Хорошо! – без единого шороха явился Бастиан. – Я привёл тебе очередной подарок. Ты должен набраться сил, тогда и раны затянутся быстрее. К тому же тебя на аудиенцию ждёт князь, он хочет видеть тебя.

– Мне всё равно, – прохрипел Шейн.

– Тебя ждут твои друзья. Надеюсь, это придаст тебе стимула, чтобы поскорее восстановиться. Не делай глупостей, парень, иначе кто–то может пострадать, – предупредил Бастиан, давая понять, что лучше прислушиваться к нему.

Шейн неторопливо встал, стараясь игнорировать адскую боль, которая до сих пор не отпускала его. Когда ему привели очередную жертву, он уже без всякого сожаления утолял свою жажду. Силы вновь наполнили его, и он почувствовал, как на место боли приходит облегчение, а раны стремительно затягиваются. Бастиан подал ему новую белоснежную рубашку и повёл к князю.

– Почему именно белая рубашка? – поинтересовался Шейн, шагая рядом с Бастианом.

– Белый – цвет погибели. Его носят рабы, а во тьме ты словно мишень… – кратко пояснил старейшина.

– Что у меня на спине?

– Теперь ты носишь клеймо нашего клана и являешься частью него. Князь сам всё расскажет, имей терпение, Шейн. Мы почти пришли.

В огромном тронном зале Шейн наконец увидел друзей. Склонив головы, они стояли перед князем, ожидая, когда он присоединится к ним. Князь восседал на троне, сложив руки на подлокотники, и наблюдал за ними из-под опущенных бровей.

– Добро пожаловать на бал, мальчики! Теперь, когда все в сборе, советую внимательно слушать меня! – ледяным тоном начал князь, обращая взгляды ребят на себя. – Я ваш князь, ваш повелитель и глава древнего клана Феррат! Меня зовут Мариус Бладрейн, и отныне вы часть нашей семьи, мои ищейки и верные слуги. – Он грациозно встал и спустился с каменного подиума, подойдя к ним ближе. Вальяжно расхаживая из стороны в сторону, он высокомерно взглянул на новых рабов. – Забудьте про свои семьи, свою прошлую жизнь и даже забудьте свои фамилии! Теперь вы принадлежите мне! Вам выпала великая честь стать частью нашего клана! Отметины на ваших спинах говорят об этом, и всякий, кто посмеет тронуть моих подопечных, рискует развязать войну, а если вы ослушаетесь меня, то будете наказаны, и это в лучшем случае. Теперь вы не просто друзья, вы братья, связанные одним кланом, ритуалом, и вы должны отвечать друг за друга, от этого зависит успех вашей миссии. Вы должны понять одну вещь: если надумаете предать, от меня вам не скрыться. Я найду вас, где бы вы ни были, и уничтожу! – пригрозил Мариус и тут же расслабленно добавил: – Бастиан введёт вас в курс дела и расскажет о преимуществе вампира. Можете обращаться к нему. Как только вы научитесь справляться с жаждой и всему остальному, вас будет ждать первое задание…

Утро следующего дня началось с обезболивающих настоек и мазей. Среди ночи ко мне вернулась боль, от которой я не могла спокойно спать. Корделию беспокоить не решилась, за что она сейчас меня и ругала, то и дело бегая из комнаты в комнату, принося необходимые снадобья.

Меня бил озноб и одолевала слабость, хотелось укутаться в тёплое одеяло, но Корделия не позволяла. Она уселась рядом и принялась развязывать на мне повязки, открывая раны, которые по непонятным причинам вновь закровоточили. Увидев своё обезображенное тело, я пришла в дикий ужас. Меня затрясло ещё сильнее от вида рваных ран. Голова шла кругом, подступила тошнота. Взволнованная Корделия поспешно скрылась, оставив меня одну, но вскоре вернулась вместе с Итаном. Мужчина нахмурил широкий лоб, пройдясь беглым взглядом по моим ранам, а затем сделал глубокий вдох, словно принюхиваясь.

– Ты недостаточно добавляла антисептиков?! – злился оборотень, обращаясь к своей бабушке.

– Достаточно! Я не знаю, что могло пойти не так! – оправдывалась перед ним Корделия, вытирая подступающие слёзы. – Похоже, тут нужны лекарства из города, Итан! Может, лучше отвезти её в больницу?

Мужчина будто не слышал свою бабушку, игнорируя её слова, а я была полностью согласна с Корделией: мне срочно нужно в госпиталь! Итан приподнял меня и помог подняться, усаживая на край кровати, а сам присел на корточки передо мной. Пристально глядя в мои глаза, он вынес своё решение:

– Значит так, дочка, пора заканчивать с этим! Сейчас же начинаем запускать твой процесс регенерации, и меня не волнует, что у тебя на это нет сил!

– Что запускать? – просипела я, теряясь в догадках.

– Нужно пробудить твою волчицу, а для этого необходимо пройти через боль. Придётся потерпеть. Ты не чистокровный волк, поэтому сделать это сложнее, – пояснил Итан, а затем, тяжело выдохнув, взял меня за руку и с сожалением добавил: – Прости меня, дочка!

– За ч… – раздался хруст, и я взревела от дикой боли.

Итан сломал мой палец! Слёзы брызнули из глаз, а уши заложило от собственного крика. Я не понимала, за что? Почему всё это происходит со мной? Ведь я никому ничего плохого не сделала!

Оборотень схватил меня за предплечья, притянув ближе к себе. Он издал грозный утробный рык, заставляя замолчать и съёжиться от страха. Я закусила губу и закрыла глаза, пытаясь не думать о боли. Но оборотень встряхнул меня, вынуждая вновь взглянуть на него. Мои веки распахнулись, но из-за пелены слёз я видела лишь его размытый силуэт. Вспыхнувшие ярко-синие огни тут же поймали в капкан своего внимания, утягивая за собой на дно неизведанной бездны. Они становились ярче, проникая в самый дальний угол моего подсознания, выискивая в нём что-то. Мой взгляд стал ясным, и я поняла, что больше не плачу, а мистические огни оказались глазами оборотня. Они захватили в свой плен, продолжая поиски чего-то сокрытого. Мышцы на лице Итана играли, будто он сдерживал трансформацию своего тела, а затем, словно найдя то, что искал, вновь свирепо зарычал, обнажив огромные клыки…

На мгновенье я вновь оцепенела, но уже в следующую секунду почувствовала неладное: во мне что-то менялось, и оно стремительно рвалось наружу. Внутри всё резко полыхнуло, испепеляя каждую молекулу моего тела: сухожилия вытягивались, кости ломались и деформировались, пытаясь перестроиться, а затем вновь срастались. От этой пытки я сорвала горло: оказывается, всё это время я кричала. Упав на пол, я встала на четвереньки, пытаясь пропустить всю эту боль через себя. Меня жутко пугало всё это, а больше всего пугало то, что я могла обратиться в зверя, а этого я всем сердцем не хотела! Меня продолжало трясти. Тело буквально ходило ходуном, перестраиваясь, но оставляя в облике человека, а затем боль притупилась, и я почувствовала, как мой сломанный палец чудесным образом срастается, а раны затягиваются.