Чтение онлайн

У Вирджинии закралось подозрение, что Лизино желание продолжать карьеру на музыкальном поприще было связано с Клайвом Мэддисоном и его собственными неудачными попытками найти подходящую работу. Если их дружба разовьется во что-нибудь большее — так как Лиза всем сердцем явно этого желала, хотя Вирджиния могла только догадываться, что было на уме у Клайва — тогда одному из них нужно быть уверенным в будущем. Так что Лиза вся пылала энтузиазмом, который в ином случае никогда не смог бы охватить ее!

Как бы Вирджинии ни нравился Клайв ей иногда хотелось, чтобы он не появлялся на горизонте сестры в этот период ее жизни.

Он поймал такси, чтобы развезти девушек по домам, и, высадив Лизу у виллы мадам д’Овернь — где его и Вирджинию уговорили ненадолго остаться — он продолжил путь к дому Ван Лунов. У подножия ступеней на террасу, за стеклами которой им радостно махали руками дети, он сказал почти торопливо:

— Однажды я попрошу вас сделать для меня кое-что, если вы не против, Вирджиния.

— Нет, отчего же, — ответила она, с любопытством глядя на молодого человека. — Но почему меня? Почему не Лизу? Вам не кажется, что она предпочла бы…

— Нет, — он решительно покачал головой. — Я не хочу просить этого от Лизы. Вы понимаете, это некоторым образом касается ее.

— Все таинственнее и таинственнее! — проговорила она.

Он обаятельно ей улыбнулся.

— Значит, я могу рассчитывать на вас?

— Конечно… если я что-нибудь могу сделать!

— Хорошая девочка! — тихо воскликнул он. — Можете, как мне кажется!

Он сбежал вниз по лестнице. Дети продолжали махать ему, и Вирджиния с некоторым любопытством подумала, что за услугу он собирается просить от нее, когда решит, что пришел подходящий момент.

Все мысли Вирджинии перед самым торжеством были так им заняты, что Лиза и ее дела отошли на задний план и не казались исполненными такой довлеющей важности.

Еще одно событие отвлекло ее внимание от Лизы в течение этих дней: возвращение Эдварда Ван Луна. Он побывал в стольких европейских столицах за последние несколько месяцев, поэтому был порядком изнурен. Но Вирджинии показалось, ему было приятно, что жена нашла такую милую молодую компаньонку присматривать за маленькими племенником и племянницей. И Вирджинии он сразу понравился. Она решила, что любой с такими проницательными, но добродушными глазами был достоин абсолютного доверия, и подумала, что хотя Мэри приходилось столько времени проводить одной, ей повезло, что у нее был муж, который явно обожал ее.

По случаю возвращения хозяина домой было устроено два обеда, на одном из которых среди гостей оказались Леон Хансон и Карла Спенглер. Вирджиния ухватилась за вполне законный предлог, чтобы не присутствовать на вечеринке. Этим предлогом ее снабдил маленький Питер, который весь день был беспокойным и несколько лихорадочным и который не соглашался ложиться спать, если она не останется около него.

Мэри, великолепно одетая для вечера, заглянула в детскую и попыталась уговорить Вирджинию оставить его на попечение девушки, которую выбрала и учила сама Вирджиния, но она покачала головой.

— Мне не хотелось бы, — сказала она. — Он такой нервный и впечатлительный, что нипочем не успокоится, если я оставлю его. В любом случае, мне здесь совсем не плохо. Я уже заказала, чтобы ужин мне принесли сюда на подносе, и вам не нужно забивать себе голову мыслями обо мне.

— Все равно, я буду думать, — колебалась Мэри, наполняя детскую ароматом французских духов. — Конечно, я могла бы попросить Леона взглянуть на него, хотя он не наш врач, и настолько значительный консультант, что не хотелось бы его просить об этом…

— Конечно, нет! — быстро воскликнула Вирджиния, которая ужаснулась при одной только мысли каково будет негодование Карлы Спенглер, если его попросят подняться в детскую! — А кроме того, я не думаю, что у Питера что-то серьезное. Это, вероятно, просто небольшая простуда и повышенная температура, и как только он заснет, я выскользну в соседнюю комнату и уютно устроюсь с книгой.

— Но разве вы вообще не спуститесь? Даже на полчаса?

— Мне бы не хотелось, если вы не возражаете.

Вирджиния улыбнулась ей, думая, что ее поведение было безупречным.

— Хорошо, если завтра ему не станет лучше, нам придется вызвать к нему нашего врача. Но я искренне надеюсь, что ему станет лучше, потому что завтра день вашего праздника, и вам никак нельзя пропустить его!

— Да, — в этом Вирджиния от души могла с ней согласиться. Она была почти благодарна Питеру за его сегодняшнее нездоровье, из-за которого ей было необязательно сидеть за уставленным цветами столом рядом с эффектной Карлой и человеком, от которого ожидали, что он вскоре женится на ней, и чувствовать, что для нее нет места в разговоре. Завтра вечером она наденет свое восхитительное вечернее платье. В любом случае, там будет множество людей и интимный разговор любого рода будет невозможным. Кроме того, она бы расстроилась, разочаровав мадам д’Овернь после всех ее хлопот, которые, возможно, занимали ее и в эту самую минуту.

— Утром с ним все будет отлично, — сказала она оптимистично. — Я дала ему пол-таблетки аспирина и он уже гораздо спокойнее, — добавила она, положив руку на маленький, влажный лоб.

Но к утру Питеру совсем не стало лучше, по сути, ему решительно было хуже. Когда прибыл семейный доктор, он поставил диагноз — сильная простуда, но допустил, что это могло быть предвестником какой-нибудь более серьезной болезни и им придется подождать, пока это не выяснится.

Мэри была в ужасе, но твердо оставалась на своей точке зрения.

— Вы не останетесь ухаживать за ним, — сказала она Вирджинии. — Нам придется пригласить к нему сиделку, а вы должны пойти отдохнуть перед приготовлениями к сегодняшнему вечеру. Что бы вы ни делали, вы не должны огорчать мадам д’Овернь, и я не хочу, чтобы вы тоже были расстроены. Так что идите и позвоните по тем номерам, которые вам оставил доктор Буланже, позаботьтесь о том, чтобы на сегодняшнюю ночь у нас была сиделка.

Вирджинии совсем не хотелось передоверять свой пост чужому человеку, особенно если Питер не был серьезно болен. У детей есть обыкновение простужаться, а потом моментально выздоравливать как раз в то время, когда вы думаете, что наступил критический момент. И для чего Мэри Ван Лун тратиться на постороннюю сиделку, когда это была работа Вирджинии?