Чтение онлайн

…Час прошел во взаимовежливых воздухоколыханиях.

Когда Костя уже готовился наплевать на этикет, принятый на Востоке, шейх перешел к сути своего визита.

– В который раз уже я с удивлением замечаю, что наши пути пересекаются. И не просто пересекаются, а ведут в одну точку.

Сомохов, подливавший чая гостю, удивленно замер.

Ибн-Саббах продолжил:

– У моей партии в городе немало сторонников. Как новых, так и старых. И пускай сейчас мы не так сильны, как в не столь давние времена, друзья все еще считаются с Аль-Джабалем. Когда мне сообщили, что в Антиохии появились мои старые приятели, я попросил присматривать за вами. И вот, недавно получаю письмо, что ваши люди ведут поиски некого города. Каково же было изумление, когда в описаниях, переданных мне, я узнал Аламут, цитадель одного из старых противников моего народа. Можно еще ночь ходить вокруг и около, но в отношении таких нетерпеливых собеседников, думаю, промедление становится опасно для гостя, – шейх улыбнулся кончиками губ. – Итак… Что же вас так влечет к логову старого дракона?

– Чему?

Исмаилит отставил пиалу с чаем.

– Аламут не самое простое место в мире. Э-кур старой богини рядом с ним – лачуга на перекрестке. Если вы взялись расспрашивать о месте старого дракона, то вам туда явно срочно понадобилось. Вот я и спрашиваю – зачем?

Пронзительные глаза собеседника завораживали. Костя опустил взгляд. Шейх еле заметно выдохнул.

– Вы ответите мне? Или я ошибся, и ваш интерес – всего лишь пустая прихоть?

Друзья не знали, что говорить. Каждый понимал, что союзник из шейха получится не самый надежный, но в путешествии за пределы земель, контролируемых христианами, им нужны были провожатые.

– Там наш друг. Мы так думаем, – Сомохов тщательно отмерял толику выдаваемой информации.

– Ну да… Высокий, грузный, усатый. – Шейх поднял глаза вверх, изображая умственное усилие. – И зовут его Тимофеус? Тимо?

– Да.

– И вы думаете выйти и найти его, выручить вашего… и моего друга из замка дракона?

– Какого Дракона?

Шейх отмахнулся от вопроса, как от мухи.

– Пройти через горы, где на каждом перевале сидит по племенному вождю с сотней головорезов? Взять приступом замок, о который ломали зубы все окрестные эмиры? И вернуться? Или вы думаете, что там есть гак? Вы же не настолько просты, чтобы…

По тому, как опустились головы Сомохова и Малышева, ибн-Саббах понял, что собеседников он явно переоценивает.

– Ха-ха-ха… И еще раз – ха-ха-ха… После Э-кура Мамми я был о вас лучшего мнения.

Малышев нервно забарабанил пальцами по ножнам кинжала.

Ибн-Саббах одернул полу халата, почесал шею:

– Тем не менее, я рад, что вы не исчезли в горах, по дороге сюда. Может быть, мы расстались без излишней теплоты, но мне нравилось сражаться рядом с вами. Когда уверен в том, кто прикрывает тебе плечо, жизнь кажется проще.

Сомохов долил в пиалу шейха чай, ожидая продолжения речи, но мятежный посвященный молчал. Затянувшуюся тишину нарушил Малышев:

– Так ты поможешь нам?

Ибн-Саббах провел ладонью по холеной бороде и кивнул:

– Я проведу вас к тому месту, куда вы стремитесь. И помогу захватить замок. Все это будет… при двух условиях.

– Каких?

– Вы отдадите мне замок Аламут со всем содержимым.

– Воины потребуют свою долю. Трофеи всегда принадлежат победителям, – возразил Костя.

– Верно, – легко согласился шейх. – Пускай уносят серебро и золото. Его там, поверьте, немало. Но записи, библиотеку, машины… и гак, если он там есть, останутся у меня. Ну, и сам замок, конечно. Впрочем, не думаю, что вы там пожелаете жить, так что куча камней вам и не нужна.

– Согласны. Второе условие?

– Вы возьмете с собой не больше двух сотен бойцов… Я не могу сейчас собрать больше, чем две неполные сотни, вы, верю, можете. Но в поход пойдете только с двумя сотнями. – Он пояснил свою прихоть. – Не могу же я допустить, чтобы после победы кто-то из нас стал диктовать свою волю другому.

Костя и Сомохов переглянулись. Улугбек кивнул.

– Согласны.

Воины рвались прочь от зараженного города. Поход, в котором можно обрести добычу и сотворить угодное небесам дело, да еще получивший благославление Адемара, которого многие крестоносцы считали святым мучеником, вызвал в отряде воодушевление и энтузиазм. Даже новость, что сопровождать их будут крещеные арабы, не вызвал подозрения или ропота. Вокруг Антиохии разъезжали сотни неофитов, принявших крещение из рук Боэмунда и святых прелатов. Захар и Костя надеялись, что в тонкости веры новых союзников их воины лезть не станут.

Выступили в середине сентября. Шли без обоза, только с заводными и вьючными лошадьми. Дни уже не изматывали зноем, так что скорость получалась приличная. Остановок в городах и селах не делали. При приближении любого населенного пункта вперед уносились всадники шейха, договаривавшиеся на проход и успокаивавшие население. Возвращались они чаще всего с подарками местных старейшин. Крестьяне спешили откупиться от пришлых.

Отсутствие сражений немного настораживало христиан. Привыкнув к тому, что по чужой земле им приходится идти с мечом в руках, паломники ждали засады у каждой переправы или густого кустарника. Новоявленные рыцари Захар и Костя не спешили расхолаживать своих бойцов.

На их счастье, первую стычку они провели лишь через неделю пути. У водопоя разъезд исмаилитов схлестнулся с нукерами местного эмира, сопровождавших сборщика налогов. При виде всадников с крестами на груди два десятка стражей бросились врассыпную. Арабы не стали преследовать беглецов.

Когда к водопою подтянулись остальные воины, часть кнехтов разбрелась по окрестным кустарникам справить свои походные нужды. Один из них и обнаружил под корнями дерева толстого усача в богатом халате. На поясе толстуна висели кожаные мешочки с серебром, дань эмиру от небольшого городка и пары сел.

К счастливчику, отыскавшему бренчащего серебром толстяка, сбежались соседи. Подъехали и Костя с Захаром.

– Что с этим найденышем делать будем? – Костя не хотел портить отношения с хозяевами местных земель.

– Нам воевать нельзя… Отпустим, наверное, – Захар подозвал к себе сияющего кнехта, в руках которого покачивался увесистый пояс с трофеями.

Лицо бойца потукнело, но субординации он не нарушил. Молча подошел и протянул вождям дорогую добычу.

– Иди и скажи… – неуверенно начал излагать свое пожелание Костя.

Тюркский давался ему с трудом.

Докончить фразу помешал подъехавший ибн-Саббах. Невозмутимо оттерев конем пленника от рыцарей, он сурово проревел над ухом несчастного:

– Иди и скажи своему хозяину, что сюда идет непобедимый эмир Боэмунд с пятьюстами тысячами всадников и принявшими его руку вассалами, чьим войскам нет числа! Ему нужна будет еда для воинов и припасы для лошадей. И подарки, чтобы его смелые нукеры не разоряли земли в поисках пропитания. Иди! Пускай твой хозяин будет проворней глупых правителей Анатолии, Каппадокии и Антиохии!