Чтение онлайн

Слава молчит, его глаза напряжены, взгляд устремлен на меня. Он весь в готовности. Если сорвусь, знаю: он меня подстрахует.

— Есть! — провозглашаю радостную новость. — Одна палочка!

Звоню Забаве, но гудки не проходят, не хватает сигнала. Строчу сообщение: название турбазы, все возможные ориентиры и предполагаемые координаты. Забава что-нибудь придумает: пришлет эвакуатор. Минута мучительного ожидания. Приходит отбивка!

— Ребят, доставлено!

Смотрю вниз. Слава все еще не дышит, а Федя с Полиной пускаются в пляс. Что ж, осталось как-то спуститься.

Делаю глубокий вдох и прищуриваюсь, стараясь оценить обратный путь. Пальцы дрожат, ладони потеют, ствол кажется слишком гладким. Медленно начинаю спускаться, переползая с ветки на ветку. Одна подламывается, и я резко прижимаюсь к дереву, царапая бок. Снизу слышны голоса:

— Правее, Тай! — Федя вскидывает руки. — Там сук покрепче!

— Не спеши, держи вес ближе к стволу! — Слава напряженно следит за каждым моим движением.

Я едва слышу их: сердце стучит в ушах. Ближе к земле совершаю одно неверное движение и… теряю опору. Исцарапанными пальцами хватаюсь за что ни попадя, в горле застревает крик — и в тот же миг меня подхватывают. Три крепкие руки — две Федины и одна Славкина. Прямо у самой земли. Валимся на траву, слушаем укоры Полины, и нас накрывает истерический смех.

— Ты в порядке? — Слава так и не отпустил мою руку.

— Теперь — да. — Прижимаюсь лбом к его груди и чувствую, как сильно внутри колотится сердце.

Забава

Мои глаза округляются настолько, что Мирон, сидящий напротив за завтраком, рефлекторно поперхивается вареным яйцом. Он кашляет, кряхтит, смахивает с глаз проступившие слезы и испуганно пялится на меня.

— Что еще случилось?

Разворачиваю экран телефона и комментирую:

— «Жучок» сломался. Ребята почти без связи, в глуши, не знают, что делать. Судя по ориентирам, мы в полутора часах езды от них.

Мирон вытаскивает салфетку, вытирает губы.

— Елки-палки. А известно, что конкретно у них полетело?

— Радиатор или шланг. Слава с Федей пытались разобраться, но запчасти им из воздуха не достать.

— Так, спокойно, — Мирон тут же включает режим философа. — Смотри. Мы вызываем эвакуатор — раз. Заезжаем по пути в сервис, берем все, что может пригодиться — два. Ну, а третье тебе не понравится: на ремонт могут уйти дни.

— Мирон, они должны быть в Сочи к вечеру! Заселение, сверка расписаний, ночной саундчек. Не успеют — потеряют возможность урвать местечко перед хедлайнерами!

— Успеют. Главное — не паниковать. И, пожалуйста, доешь завтрак — неизвестно, через сколько часов у нас снова появится возможность перекусить.

Я усмехаюсь. Утро начиналось так идеально: свежие фрукты, крепкий кофе, жаркое солнце, запах лаванды с полей. Все вокруг дышало весной и свободой. За эти дни мы с Мироном проехали полстраны, ночевали в горах, ели черешню и плевались косточками на обочине, смеялись, как будто снова стали подростками. Первое совместное путешествие превратилось в цепочку незабываемых мгновений, наполненных радостью, искренней поддержкой и непреодолимым желанием быть вместе. Хоть половину времени мы и провели, выслеживая «Плохую идею», это лишь добавило изюминку дорожным приключениям.

— Поехали, супергерой, спасательная операция ждет. — Допиваю чай и целую Мирошу в щеку. Мой любимый сообщник, милый отпетый мошенник. — Ох, и задаст же мне Тайна. Представляешь, как она будет орать, когда поймет, что я вздумала нянчить их, как малых детей?

— Даже представить страшно. — Мирон обнимает меня крепко-крепко. — Повезло, что с тобой настоящий рыцарь, возьму дракона на себя.

Через час мы съезжаем с асфальта на лесную просеку. На повороте GPS окончательно сдается, и меня охватывает тревога. Вдруг координаты указаны неверно? Вдруг мы их не найдем?

Не спеша тащимся по гравию, и тут — он! «Жучок»! Маленький, потрепанный, но такой родной. Бедняжка, не выдержал натиска приключений.

На капоте восседает золотая четверка: Тайна, Слава, Федя и Полина. Выглядят встревоженными, но не сдаются: едят яблоки, смеются, в какой-то момент все четверо одновременно поворачивают головы и впиваются взглядом в мой джип.

— Смотри, — кивает Мирон, — они нас заметили. Тайна сейчас взорвется.

Но вместо обещанного синоптиками урагана я вижу, как сестренка расплывается в теплой улыбке, срывается с места и даже не бежит, а летит ко мне! Выскакиваю из машины и уже в следующую секунду принимаю ее в объятия.

— Не могу поверить! — шепчет Тайна на ухо. — Я знала, что если что-то случится, ты будешь рядом! Но чтобы настолько быстро?

— А как же иначе? — Мой голос чуть дрожит.

— Преследовала?

— Ага.

— Спасибо, моя сталкерша. — Звонко целует меня в макушку. — Что бы мы делали без тебя?

Стоим, прижавшись друг к другу, остальные ребята молча наблюдают сцену воссоединения. Никто не спешит нарушить идиллию.

— Ну вы просто герои из «Форсажа», — Федя дает Мирону кулачок.

— Только актерский состав лучше, — подыгрывает Полина.

Слава с опаской заглядывает на заднее сиденье:

— Надеюсь, бабушки моей тут нет?

И мы покатываемся от хохота.

Осмотр многого не дает, ведь никто из нас не профессионал, ясно лишь одно: поломка серьезная и без специалистов не обойтись. Эвакуатор мы вызвали, но одному богу известно, когда он приедет.

Смотрю на ребят:

— Загружайтесь в наш внедорожник. Долетите до Сочи с работающим кондиционером, вы это заслужили!

— Серьезно? — Тайна таращит глаза.

— Серьезнее некуда. А мы пока попытаемся вернуть «Жучка» к жизни и успеть к вашему выступлению.

— Забава, спасибо! — Слава с Федей бросаются мне на шею, девчонки визжат от восторга.

Начинается переупаковка. Федя тащит рюкзаки и коробку с проводами, Тайна усаживает Панду-Лаванду — теперь у нее полноценное место на заднем сиденье. Полина закидывает в багажник провизию, Слава бережно перемещает гитары. В глазах у всех горит предвкушение.

— Ну все, ворвемся на фест как суперзвезды, — выдыхает Полина.

— М-м-м, прохладный кожаный салон, — блаженно тянет Слава.

— Просторное заднее сиденье! — радуется Тайна.

А Федя вдруг останавливается перед «Жучком», гладит боковое зеркальце, будто чешет собаку за ухом, и произносит:

— Ты был с нами с самого начала. Вместе мы сбивались с пути и двигались к цели. Ты был рядом в печали и радости, в болезни и здравии. Я вернусь за тобой!

У меня сердце кровью обливается, а Федя обнимает капот и театрально рыдает: