Такая чистая любовь
Шрифт:
– Мечты сбываются! И не сбываются. А всё хорошее и есть мечта-а!
Зря мы ему налили, подумал я.
– Если ты сейчас же не замолкнешь… – вкрадчиво проговорил волк.
– Понял, понял, уже молчу. А вот это нам не поможет? – возбуждённо взмахнул копытцем Федя.
Я наклонился и заметил прямо в скальной породе неглубокую выемку, откуда торчала пластиковая коробка, закрытая стеклом. Внутри виднелась красная кнопка, наверно звонок.
– Молоток, Федя!
Стекло, конечно, пришлось разбить. Я нажал на кнопку, но никаких звуков не услышал, вероятно, внутренний динамик находился за стеной.
Я вдавил кнопку ещё раз и уже не отпускал её до тех пор, пока не послышался протяжный звук, похожий на вой приближающейся полицейской сирены. Неожиданно стены крепости вздрогнули, затряслись, а крыша медленно приподнялась и ушла в сторону.
– Это кто тут пожарной сигнализацией балуется?
Я посмотрел вверх. Голова Змея Горыныча угрожающе нависла над нами, изрыгая лёгкие струйки пламени. Заметив наше присутствие, Змей высунул вторую голову:
– Вы кто такие? – взревела она. – Почему беспокоите в неурочный час?
– Здравствуй, Змей Горыныч! – я старался говорить громко, чтобы докричаться до самого верха. – Извини, но мы к тебе по делу. Помоги нам до Америки добраться!
Тут появилась и третья голова:
– Чего? Я вам такси, что ли, между континентами мотаться? Уматывайте отсюда, пока я совсем не разозлился.
– Ну, очень надо! Беда у меня, невесту похитили, одна надежда на тебя!
Змей смягчился и сбавил обороты.
– У всех проблемы. А чем за проезд платить будете?
– Козлом возьмёшь? – предложил волк.
– Серый, ну ты же обещал! – толкнул я его в спину.
– Да пошутил я. А что ты хочешь, Змей?
– Нам посовещаться надо, – ответил Горыныч. – Ожидайте.
И все три головы исчезли из зоны видимости.
– Федь, о чём они там говорят, тебе слышно?
– Сейчас, – навострил уши Федя. – Ругаются страшно, даже переводить неудобно. Одна голова – хорошо, две – хуже, а три – совсем плохо! Спорят между собой, грызутся. Первая хочет в Америку слетать, на мир посмотреть, но вторая боится, что ПВО засекут. А третья так вообще предлагает не заморачиваться и всех нас сожрать.
Да-а, не так просто сказки сказываются… Прошло ещё немало времени, пока Змей наконец закончил свою дискуссию. В этот раз он выполз наружу полностью. Здоровая скотина, такого ничем не прошибёшь.
– Мы ваше предложение рассмотрели, – важно изрёк он. – И его не приняли. Летать сейчас небезопасно, радары повсюду, засекут и ракету вслед пустят.
– Да ну! Тебе ли американских ракет бояться! Ты ж настоящий русский Змей Горыныч, ого-го! А у меня антирадар есть, так что ракеты нам не страшны.
– Врёшь! – прорычал Змей. – А ну покажи!
Я достал из сумочки навигатор и выразительно покрутил его в руках. Змей заинтересовался, с жадностью косясь всеми тремя головами на волшебный прибор.
– Хорошо, – после некоторого раздумья кивнул он. – Отвезу, так и быть. Но за это потребую плату – ваш антирадар.
– Ты чего! – зарычал волк. – Хочешь нас без навигации оставить?
– Пойми, он нам тоже нужен! – взмолился я.
– Очень нужен, – поддержал нас Федя.
Стали мы по очереди призывать Горыныча к совести, долго спорили, торговались, да без толку – всё-таки пришлось принять его условия.
– Вылетаем на рассвете, – торжественно сообщил Змей. – А сейчас идите в дом, у меня заночуете.
Глава шестая
В логове Змея Горыныча было не так комфортно, как у Бабы Яги. Ни кроватей, ни постелей, стены каменные, холодные. Хорошо волк выручил, я в его шерсть, как в одеяло завернулся и уснул.
Сплю, а мне Василиса снится. Будто вот она, совсем рядом, руки протягивает и зовёт меня к себе. Я к ней тянусь, но ухватить не могу, она всё время отдаляется и ускользает. А потом вообще всё смешалось – Василиса снова в лягушку превратилась. На меня запрыгнула и говорит: "Поцелуй меня, Витя!" И только я губами к ней прикоснулся, как чары с неё спали. Но в новой внешности что-то изменилось, смотрю на свою любимую, и не могу понять: она это или не она? А тут вдруг у неё рога начинают расти, и лицо вытягивается, как у лошади. «На меня новое заклятие наложили, – шепчет Василиса. – В козла превратили. Поцелуй меня ещё раз!»
Я пытаюсь её поцеловать и просыпаюсь. Тьфу, какой дурацкий сон. Но кто это меня облизывает?
– Федя? Ты чего?
– Извини, что разбудил, информация важная появилась. Я разговор Змея подслушал.
– Какого ещё змея? – спросонья ничего не могу сообразить.
– Горыныча. Обмануть он нас решил!
– Как так?
– Через лес перевезти, а там бросить! Он в Америку боится лететь, страх у него с детства перед ракетами.
– Ах, зараза! Надо волка будить!
Но вижу, Серый сам проснулся, навострил уши и зарычал, злобно размахивая лапами.
– Вот, жирная скотина! Тварь ползучая! Злыдень яйцеголовый! Пошли ему морду бить! И не одну набьём, а все три!
– Так, Серый, подожди. Мордобоем делу не поможешь, это всегда успеется. Тут надо действовать тоньше: если он в отказ пошёл, надо его в такое положение поставить, чтоб ему деваться было некуда.
– Проще по морде дать, – мотнул головой волк. – Как мы его в положение поставим, он тяжёлый, зараза!
– А если его напоить?
– Да ты представляешь, сколько этой лошади нужно, чтоб нажраться?
– Так у нас бутылка волшебная со спиртным! Бабка надвое сказала – сто грамм силу придаст, а от большей дозы в полный в хлам уйдёшь. Вот мы ему в тазик с едой литров этак десять вбухаем. Чтоб уж наверняка.
– А как потом полетим? – спросил Федя.
– Давай решать проблемы по мере их поступления. Ты сможешь незаметно пробраться на кухню?
– Ну, попробую.
– Тогда план такой…
В общем, приспособили мы бутылку козлу на спину, привязали её так, чтобы при наклоне жидкость выливалась, а потом опять восполнялась до прежнего уровня. Наказали Феде налить полный тазик, пусть эта сволочь упьётся.
Ушёл Федя на задание, а волк зубами скрежещет от злости.
– Не нравится мне этот Змей! Ох, как не нравится…
– Мне тоже, но другого транспорта нет. Кстати, надо ещё с координатами успеть разобраться: Америка-то большая, а нам куда попало не надо.
Я достал бабкину распечатку, включил навигатор и стал прокладывать маршрут. Не ошибиться бы, а то попадём вместо Америки куда-нибудь в Африку или в Австралию, и будут ненужные приключения на нашу голову.
Пока я возился с волшебным прибором, вернулся Федя.