Чтение онлайн

Долг на моем счете равен нулю.

— Все в порядке?

Улыбаясь, я смотрю на Вив.

— Не могу поверить, что говорю это, но да. Это стоит отпраздновать.

— Если ты ещё раз отхлебнёшь из этой бутылки, я ударю тебя по голове.

— Боже, ты слишком чопорна для такого молодого возраста.

Она наклоняется над столом, берет бутылку виски, затем поворачивается и идет к двери, говоря через плечо: — Утром ты будешь мне благодарна.

Я кричу ей вслед: — Ты никогда не узнаешь, потому что я никогда в этом не признаюсь.

Но, как оказалось, она права. Я рано ухожу с работы, рано ложусь спать и просыпаюсь с ясной головой и более светлыми перспективами, чем накануне. Решаю, что это хорошо, что я столкнулась с Беном, потому что теперь хотя бы знаю, что он такой же придурок, каким был, когда бросил меня все эти месяцы назад. Никаких объяснений, просто еще один резкий уход.

Мне повезло, что мы так и не обручились. Он бы, наверное, бросил меня у алтаря.

Я больше не буду тратить время на мысли о нем.

Я больше не буду тратить время на одержимость тем, что Каллум от меня скрывает. Пусть у угрюмого миллиардера будут свои секреты. У меня есть своя жизнь, о которой нужно беспокоиться.

Две ночи спустя я просыпаюсь от крепкого сна, когда Каллум поднимает меня с кровати в гостевой комнате и несёт по коридору в главную спальню.

— Ты вернулся. — Задыхаясь, я прислоняюсь головой к его плечу. Мои ноги свешиваются с его руки.

Он не отвечает. Я чувствую напряжение в его оцепеневших мышцах, ощущаю некий повышенный стресс в его настроении и думаю, не случилось ли чего.

— Ты в порядке?

— Нет. Но буду, как только окажусь внутри тебя.

Его голос — низкий гул потребности, который заставляет меня дрожать в предвкушении. Это также напоминает мне о том, что я забыла сказать ему раньше.

— Привет.

— Хм?

— Помнишь, я перечисляла все, что мне в тебе нравится?

— Нет, — лжет он с улыбкой в голосе.

— Неважно. В любом случае, я забыла упомянуть о твоем голосе.

— А что с ним?

— Это невероятно. Бархат, дым и мед, как в дорогом виски. Если твой миллиардерский контракт когда-нибудь иссякнет, ты сможешь зарабатывать на жизнь как рассказчик аудиокниг в пикантных романах.

— Ты залезла сегодня в винный шкаф, дорогая?

Я улыбаюсь, услышав свое прозвище, и прижимаюсь ближе к его груди.

— Хорошо, когда мы не ссоримся. Тебе следует чаще исчезать на несколько дней подряд.

Каллум прижимается губами к моему виску.

— Мой маленький болтливый ягненок. Черт, как же я скучаю по тебе, когда уезжаю.

Мой пульс сбивается с ритма, а тело пылает жаром. Странное сочетание надежды и нервозности заставляет меня спрятать лицо в воротнике его рубашки.

— Правда?

— Да.

Его твердый ответ дает мне смелость спросить: — Даже если ты женился на мне только для того, чтобы сохранить свое наследство?

Каллум теснее прижимает меня к своему телу. Он не отвечает, но то, как колотится его сердце о мою щеку, воспламеняет мою душу. Я шепчу: — Я тоже по тебе скучала. Этот большой старый замок становится одиноким без своего злобного зверя.

— Почему бы тебе не позвонить мне, когда меня не будет дома, если тебе станет одиноко?

— Потому что от просьбы этого дурацкого бэтфона позвонить папочке у меня начинается крапивница.

Усмехаясь, Каллум проходит в дверь своей спальни и направляется прямо к кровати.

— Откуда у тебя эта штука? Я никогда не видела ничего подобного.

— У меня есть друг, который приобретает все новейшие технические гаджеты.

— Как Джеймс Бонд.

— Ему понравится, что ты так говоришь. А теперь помолчи и приготовься раздвинуть ноги для своего хозяина.

Я вздыхаю.

— О нет. Только не снова эти мастер-классы.

— Ты хочешь, чтобы я заставил тебя кончить или нет?

Когда я раздраженно ворчу, он говорит: — Так я и думал, — и укладывает меня на кровать.

Я смотрю на него, пока он снимает с себя одежду. Лунный свет проникает в окна, освещая его волосы и кожу бледным, неземным сиянием. У меня замирает сердце от волнения, когда я смотрю на него.

Каллум прекрасен, этот таинственный незнакомец, за которого я вышла замуж. Прекрасная загадка, которая идёт по миру так, словно он принадлежит ей, и носит все свои секреты, как вторую кожу.

Не знаю, узнаю ли я его когда-нибудь по-настоящему, впустит ли он меня, чтобы узнать, что скрывается за этими великолепными глазами, но в этот момент это не имеет значения.

Все, что имеет значение, — это притяжение, которое мы разделяем, эта странная страсть, возникшая словно из ниоткуда и разгорающаяся все жарче, когда мы вместе, пронизывая меня до мозга костей.

— Мне нравится, как ты сейчас на меня смотришь, — бормочет он, глядя на меня сверху вниз.

— Как я на тебя смотрю?

— Как будто ты моя. — Даже сквозь тени блестит его опасная улыбка. — А теперь встань на колени, как хорошая девочка, и покажи мне, как сильно ты по мне соскучилась, своим красивым ротиком.

Я вздыхаю.

— Каллум?

— Да, детка?

— Ты ведь на самом деле не считаешь себя моим начальником, правда?

Его смех низкий и зловещий.

— Вот что я тебе скажу. Давай узнаем это.

Он переворачивает меня на живот, прижимает к себе за шею и смачно шлепает по попке, пока я не задыхаюсь и не визжу, а его томный смех звучит в моих ушах самой райской музыкой.

В ту ночь между нами что-то изменилось.

В тот момент я этого не осознаю, но позже, оглядываясь назад, вспоминаю это чувство покорности. Мягкость, которая раньше зарождалась в моей груди, волнами расходится по всему телу, пока он трахает меня, обращается со мной самым восхитительным образом, превращая меня в податливую, как разогретый пластилин, массу в своих руках. Если мой разум все еще сомневается в мужчине, за которого я вышла замуж, то мое тело доверяет ему инстинктивно.

Каллум проталкивает свой твердый член мимо моих губ, как будто это его право по праву рождения. Захватывает мою голову с абсолютным господством, когда впивается в мой рот. Ворча от удовольствия, он прижимает меня к себе и вгоняет в мою киску, пока я выкрикиваю его имя. Он кусает, шлепает и оттягивает мою голову назад, захватывая в кулак мои волосы. Он кончает в меня, вылизывает, пока я всхлипываю, затем трахает мою задницу и снова кончает в меня, все это время называя женой, малышкой и своей идеальной, прекрасной любимицей.