Чтение онлайн

Повернувшись ко мне спиной, Артём поднял вверх правую руку, затем поправил рюкзак и пошёл к остановке, насвистывая весёлую мелодию.

Надеюсь, не стоит описывать то настроение, с которым я появилась в доме? На тот момент мне казалось, что каждое слово, сказанное в мой адрес, вызовет у меня только раздражение и злость. Но как же я, чёрт возьми, ошибалась!

В гостиной сидел всё тот же «золотой состав» дачной компании: Олеся, Илья, Миша и, конечно же, Саша (куда же без него?).

Оглядев их, я бросила сумку на пол.

— Что унылые такие, опять не рады меня видеть?

Саша посмотрел на Олесю так, словно спрашивал у неё разрешения. Она, кстати, и бровью не повела. От их напряжённых взглядов мне стало ещё больше не по себе.

— Мне не нравятся ваши лица. Что-то случилось?

Саша выдохнул, встал (или всё-таки упал?) передо мной на одно колено и на одном дыхании произнёс:

— Марина, выходи за меня замуж!

Я улыбнулась и потрепала его по волосам.

— Очень мило, что ты помнишь о нашем разговоре. Шалость удалась! Можешь подниматься.

Но Саша не спешил вставать. Более того, Илья шёпотом сказал ему: «Придурок, ты забыл кольцо», и Саша тут же достал из кармана бархатную коробочку, которую открыл только со второго раза.

— Кто-нибудь уберёт этого сумасшедшего гнома с ковра? — возмутилась я.

Они молчали. И продолжали смотреть на меня в ожидании решения.

— Ребят, мне сегодня не до игр. Честно.

— Он не шутит, — Олеся хмыкнула.

Миша кивнул:

— Мы пытались его отговорить, но Саня был непреступен как пьяная гора. Так что теперь сама разбирайся со своим женишком.

Мы с Сашей встретились взглядами.

— Вставай, — сказала я.

— Не встану, пока ты не дашь свой ответ.

— Вставай, поговорим серьёзно и без свидетелей.

Слава Богу, это подействовало! И тогда я, взяв Сашу за руку, вывела его на крыльцо.

— Что ты творишь? — прошипела я, когда он закрыл дверь.

— Ничего не творю. Я всего лишь попросил руки у любимой девушки.

Я потёрла нос.

— О какой любви ты говоришь? Тебе всего восемнадцать лет! Ты только закончил школу… Так, стоп! Ты точно закончил школу?

— Точно.

— Хоть это радует!

— Когда речь шла об Артёме, возраст тебя не смущал, верно?

Я закатила глаза:

— Достаточно.

— Да я люблю тебя, господи, — он прижал мои руки ко лбу, — как же ты не поймёшь. И плевать я хотел на возраст, на мнения. На всё плевать хотел! Для меня только ты важна.

Слова «я не люблю тебя» застыли на моих губах, не сумев сорваться.

— Только что у меня был не самый приятный разговор с вашим дружком, поэтому мне не до шуток. Мне приятно осознавать, что между нашими ссорами, ты сумел увидеть во мне что-то такое, что тебя всерьёз зацепило. Но поверь, это скоро пройдёт. Это не любовь. Это влюблённость. Первая детская влюблённость. Она чиста и наивна, — я коснулась его щеки и улыбнулась, — как ты.

— Это любовь, — упёрся Саша, — и я докажу тебе, что мои намерения серьёзны!

Видимо, ничего лучше ему в голову не пришло, как привести меня к себе домой. Да ладно домой, к отцу!

Мы застали чету Герц, когда они обедали, сидя на веранде.

— Папа, есть разговор. Серьёзный. И подождать он не может!

Нарочито медленно Алексей Владимирович промокнул губы салфеткой и посмотрел на меня.

— Марина, кажется?

— Да.

— Очень приятно, Алексей Владимирович— мужчина протянул мне руку; и после того, как я её пожала, добавил, — говнюк.

Я растерялась.

— Простите?

— Алексей Владимирович Герц, говнюк. Вроде так вы меня однажды обозвали?

Я начала краснеть, синеть, и мне просто становилось дурно, а он делал вид, словно любезничал со мной.

— Моя жена Виктория, — мы кивнули друг другу. — Отобедаете с нами?

— Спасибо, но нет.

— Брезгуете?

Я не знала, как реагировать на подобные вопросы, и насколько они были приняты в их семье, я тоже не имела ни малейшего представления. С надеждой я посмотрела на Сашу, который напоминал статую: непрерывно смотрел на отца, который, похоже, был больше увлечён своим обедом, нежели чем беседой со мной.

— Просто не голодна.

— Может, хотя бы чаю с нами выпьете?

Понимая, что ещё один отказ приведёт к новой порции колкостей со стороны мужчины, я согласилась. И знаете, даже сидя за столом, Саша не отпускал мою руку. Это не могло не отразиться на отношении его отца к нам.

К нам? Я сказала «к нам»? Ну, всё. Это первый звоночек. Как бы ненароком ещё на этот брак не согласиться…

— Расскажите нам что-нибудь о себе, Марина.

— Что Вы хотите узнать?

— Мой сын в Вас так влюблён, что я готов слушать из Ваших прелестных уст всё, что угодно, лишь бы Саша был доволен. Вы работаете или учитесь?

— Закончила в этом году университет. По возвращению в Москву буду искать работу.

— А хобби есть?

— Как же без хобби.

— Саша сказал, что Вы пишете книги, это правда?

Я бросила недовольный взгляд на своего спутника.

— Скорее, пачкаю бумагу.

— Вас не издают?

— Нет.

Он хмыкнул:

— В наше время издают всё, что умеет стучать по клавиатуре. Посыл и стиль написания не так важны. Так почему же среди всего этого хлама не мелькают и Ваши книги? Вы настолько бездарны, что Вас обходят стороной?

Я сочла эту фразу за личное оскорбление, хотя спорить не решилась. В конце концов, может, мужчина и прав. Я же не могу объективно оценивать текст, который сама же и создала.

— Полагаю, что владею способностью к русскому языку ничуть не хуже, чем Вы к остроумию.

Взгляд Алексея Владимировича, который до этого блуждал по всей комнате, застыл на мне.

— Язык-то у Вас, я смотрю, тоже длинный?

Я улыбнулась:

— Вы так проницательны.

Он издал странный звук. Не то хрюкнул, не то крякнул.