Чтение онлайн

Боря, хрустя суставами, покинул восьмерочный салон. Некрас продирался следом.

– Да сиди там, я тебе багажник сейчас открою.

Некрас послушно притих.

– Возвращается стражник.

– Давай за тот «микрик».

Концессионеры юзанули за японский микроавтобус «Таун Айс».

Вы знаете, как подают настоящий стейк? На настоящей дубовой доске! А настоящие решительные парни, крещенные в городской купели, свои утилитарные цели примерно так:

Они пиздили его по почкам. Некрас с оттяжечкой прощупал бейцалы (яйца). Сикьюрити взвизгнул и присел. Некрасов вошел в раж. Он со знанием дела вбивал в это туловище свои весомые пиздюли.

– Пацаны, кончайте! – умолял он.

– Сейчас ты у нас кончишь, прочувствуешь оргазматрон.

Некрас не мог успокоиться. Наверное, этот несчастный охранник напомнил ему плохого узурпатора педагога, скорее всего, учителя физкультуры, от которой Сергей был пожизненно освобожден.

– Ну, ты, охуевшее тело. Давай ключи от кабинета.

– Осади, Некрас. Ты его ушатаешь, вообще ни хуя не найдем.

Некрас сидел верхом на потерпевшем и размашистыми движениями превращал его лицо в безаппетитную запеканку. Борек обхватил Сергея за шею и пытался оттащить.

– Ты чего, совсем ебанулся, слезь с него. Ты чего гонишь? Бля-я, ни хуя… Некрас, вернись в семью! Он помер.

Некрас тут же пришел в себя. Весть о трупе под ним заставила его трезво мыслить.

– Чего ты исполняешь, недоумок? Этот фуцын у тебя телку увел?

– Не-е, – тупо бычился Некрас.

– Ты бы еще выебал его.

– Мертвого?

– Да жив он, только не исправляй этого. Одыбается, спросим за ключи. Пиздец, ты его отоварил, сейчас жди, когда при памяти будет.

– Очнется, – повеселел Некрас.

– Ты ему все ебало поломал.

– Да, действительно, – Сергей проникновенно осмотрел свое произведение. – Да, на самом деле, как-то неудобно получилось.

– Извинишься позже, – теперь Боря уже успокаивал, ища липовые оправдания содеянному. – Он просто оказался не в то время, не в том месте.

– Может, он хотел стать певцом. Слышал, он что-то намурлыкивал. А тут мы. И его творческим планам на ближайшее будущее – кирдык.

– Это как у Гумилева: «Жизнь – это то, что случается с нами, пока мы строим планы на будущее».

– Слышь, ты, философ!

– Ну, а что? На мой взгляд, верно сказано.

– Очнулся, олень.

– Похоже. Поднимай его.

– Почему я?

– Ты же его уронил.

* * *

– Открывай, животное, – скомандовал Макс. Его лицо скрывала вязаная маска-ночь.

– Я не знаю, кто вы, но пизда вам по любому, – огрызнулся Фока.

– Ни тебе говорить, пингвин банановый.

Ворота плавно сложились к верху, обнажая доступ к Мерседесам.

Фока был слишком близко с блатной когорте России бандитской, чтобы присесть на лютую измену и легко сдать свои позиции. Чика нырнул в салон одного мерина. Макс несколько притупил бдительность и на мгновение стал пустотным, как сознание Будды.

Фока круто развернул свой корпус на сто восемьдесят градусов. Правым своим предплечьем он удачно выбил обрез из рук идейного вдохновителя. Двустволка звонко ударилась о кафель гаражного полка. Слева хук, справа – апперкот. И Максим присоединился к ней. Фока, не дожидаясь разворота событий, нанес короткий удар с ноги в голову. Подняв с пола обрезанную двустволку, особо приближенный к вору, устремился в сторону Мерседеса.

Чика осознал всю серьезность происходящего, но растеряться не успел. Приобретенный им ПМ оказался надежен. Влад и не понял, что сотворил. Это минутами позже его колбасило и детонировало. Два выстрела на встречу и опережение. Первая же свинцовая пилюля избавила Фоку от жизни. Вторая попала куда-то в молоко, но это не имело уже значения. Никакого значения. Сгусток желтых мозгов вылетел из затылка и упал на грудь Макса. Человека, с раненными амбициями, это обстоятельство только подстегнуло. Утирая тыльной частью ладони кровь с верхней губы, Максим второй рукой сграбастал мозговой коэффициент и плотно обнял его пальцами. Потом бросил к ногам и растоптал как нечто совершенно лишнее, мешающее мировой гармонии.

– Сваливать надо, сейчас урка кипеш поднимет.

– Форс-мажор.

Два мерина, как пришитые, вылетели из долины нищих, свернув с дороги на кемпинг, он застыли.

– Делаем быстро! – крикнул Макс, и Чика перепрыгнул к нему.

Пятисотый вернулся к коттеджу, Чика пересел в Крузак и, развернувшись, рванул к трассе. Парни рисковали определенно, но вероятно Кава не слышал дуплета выстрелов. Возможно, стены гаража успокаивали слух. На кемпинге одного Мерседеса взяли на жесткую сцепку, привязали к Крузеру.

* * *

Бумер послушно взревел двигателем, заставляя поверить в мощность пятилитрового ДВС.

– Этого возьмем с собой.

– Кого? – не понял Некрас.

– Охранника.

– Ты, что, с дуба рухнул. Свяжем его и ништяк.

– Голова не только для того, чтобы в ней есть. Нет охранника, нет бумера, все косяки на него.

– И время выиграем.

– Ты делаешь успехи, мой юный друг.

– Умойся, как тебе?

– Слава, – прошептал Секьюрити.

– Умойся, Слава, с нами поедешь.

– Зачем. Я ни кому ничего не скажу. Правда.

– Я знаю. Но так будет лучше.

* * *

– Где их носит? – беспокоился и ерзал Чика.

Макс очередной раз включил Моторолу, но приема не было.

Черная, словно ночь, БМВ вылетела пулей на трассу.

– Врубай рацию. Мы в радиусе… уже.

Некрас щелкнул вращателем.

– Прием, прием, братва.

В ответ он услышал тишину. Попытка «намбэ ту»…

– Есть, Борек, они на связи.

– Ебучие рога, где вас носит!?

– Какие дела, Максим, работали. Вы на месте?

– Давно.

– Сейчас подтянемся.

Темный кортеж влетел в соседний Казахстан без мыла. Всего за 50$.

Брутальный казах по имени Серик со знанием дела смачивал кривой казахский палец в мясистых казахских губах и не торопливо отсчитывал русские деньги. Наебать никто никого не пытался, о происхождении машин не спрашивали. Прений не возникло. Стороны обменялись заверением о намерениях и разъехались в стороны.

– Алкоголь пить не будем? В смысле, Арак шесум бе?

– Они, Серый, кумыс жрут.

– Ну, ясно.

– Могли бы бараном угостить.

Чика перенервничал, его откровенно трясло, как шанхайский бронепоезд. Хочу отметить, казахи в своем Казахстане довольно неожиданные люди. В этих степях пропасть даже проще, чем в зарослях Камбоджи.

– Надо выпить, пацаны.

– А где взять, с алкоголем засада.

– Найдем в кафе.

– В степи?

– Едем до Кокчетава.

В Кокчетаве было весело, как с похмелья. Пахло грязной водой и прелым кумысом. А молодые казашки шокировали, как Акбара пророчества Салама. Кривизне их национальных ног могла позавидовать самая продвинутая триумфальная арка. Луноликий овал лица и монголоидный разрез глаз. Нет, конечно, местами попадались и ничего себе. Но, видимо, парни бродили не по этим местам.