Чтение онлайн

— Всё так, она умерла и это уже не изменить. Но кое-то что Вам забыли рассказать.

Я сделал паузу и кивнул на Дайре.

— Её зовут Дайре и она Ваша дочь.

— Что? — спросил атаман. Девушка часто-часто заморгала.

— Это Ваша дочь, господин Рэд. Ваша возлюбленная родила её и растила в любви… Насколько это возможно в условиях травли со стороны родни. А когда умерла, то по местным обычаям опеку над ней взял её дядя, который держал её на положении рабыни, хотя юридически он с сестрой, её матерью, сособственник трактира, полученного по наследству. Само собой, он и сестру, и племянницу от собственности оттеснил. Но по мне так это не важно. Важно, что я привёл к Вам дочь.

В комнате повисла оглушительная тишина. Оливер Рэд смотрел на Дайре, и его суровое лицо медленно менялось. Неверие, шок, гнев, боль, и, наконец, узнавание и безграничная нежность. Он видел в ней черты женщины, которую любил и потерял.

— Дочь… — прошептал он.

Дайре плакала, не скрывая слёз. Это были слёзы не горя, а облегчения.

Мне было неловко, так что я отошёл к краю комнаты и сделал вид, что изучаю карту. Кстати, карты прикольные, надо бы как-то сделать себе копию.

Эмоциональная сцена, которой я постарался не мешать, воссоединения отца и дочери была важной частью квеста, но не его конечной целью.

— Я рад за вас, — сказал я, когда первые эмоции улеглись. — Но Аная свела нас вместе не для того, чтобы вы тут воссоединились и жили долго и счастливо. Смысл в том, что теперь вы оба должны ей. И ваш долг — помочь мне. Ваше лесное войско, Оливер, должно стать армией, которая свергнет короля Коннэбля в одной стране неподалёку.

Рэд, ошеломлённый, перевел взгляд с дочери на меня.

— Свергнуть короля? Ты в своём уме, Рос? Я… мы… ты должен понимать и знать вторую часть истории. Моей истории.

— С удовольствием послушаю.

— Я не буду особенно многословным. После бегства из этих краёв я попал на побережье Зелёного океана, подался в пираты, участвовал в рейдах. Был момент, воевал во славу герцога Рицца и Пелеона, потом обретался на жарком юге. Спустя много лет я вернулся в родные края и сколотил тут банду. И вот, контролирую эту часть Сибарейского леса, разбоями мы не особенно промышляем, всё больше контроль контрабанды на границе. Ну, пару раз давали прикурить ордам орков, которые подались в беженцы и порывались сколотить тут в лесах своё государство.

— Это откуда орки бежали?

Атаман Рэд задумался.

— Из Туманных гор вроде, а что?

— Да так, не важно.

— В общем, ты понял, я просто хочу жить и править своими людьми, равно как и не людьми. Я… И как смею надеяться, моя дочь тоже, мы просто хотим, чтобы нас оставили в покое! Моя банда не грабит караваны и не нападает на деревни. Мы мирно сосуществуем с местными, торгуем, защищаем их от настоящих бандитов. Этот лес — наш дом. И уж тем более, я не горю желанием ввязываться в разборки каких-то посторонних королей! Теперь, когда я нашёл дочь… я хочу просто жить здесь, с ней.

Он был искренен. И я его понимал. Но у богини были другие планы.

— Я не буду Вас убеждать или заставлять, — пожал я плечами. — Аная сказала мне, что Вы согласитесь сами. Видимо, у неё есть свои методы убеждения.

Я поднялся.

— Мы с моими спутниками поживём у вас пару дней, если не возражаете. Отдохнём с дороги. А Вы… подумайте. Поговорите с богиней. Это её сфера ответственности.

Оливер Рэд, всё ещё находящийся в прострации от свалившихся на него новостей, молча кивнул.

— Будьте нашими гостями, — наконец выдавил он. — Тебе и твоим бородатым приятелям окажут лучший приём. Внутри лагеря вам ничего не угрожает. У нас свои законы, и главный из них — не причинять вреда своим.

Я вышел из дома атамана, оставив его наедине с новообретённой дочерью и тяжёлыми мыслями. Моя работа на сегодня была сделана. Теперь ход был за Анаей.

А я собирался немного отдохнуть и осмотреться. Впереди нас ждала война.

Глава 4

Решение, отправляющее в путь

Прошло два дня.

Два дня тишины, ожидания и скрытого напряжения. Поскольку богиня не выставляла конкретных сроков, то я тоже не видел особенных причин для спешки.

И уж тем более я не торопил Оливера Рэда. Давить на человека, которому только что на голову свалили восемнадцатилетнюю дочь (или около того, паспорт я не проверял, но судя по их историям, примерно так) и божественный ультиматум имени богини с тьмой вместо головы, было бы глупо и контрпродуктивно.

У него и без моих понуканий было о чём подумать. К тому же, я был уверен, что Аная не из тех, кто оставляет дела на самотёк. Её «методы убеждения», скорее всего, не ограничивались одними молитвами.

Я использовал это время с пользой. Вместо того, чтобы сидеть сложа руки, я влился в жизнь лагеря. Мои новые знакомые, Мурранг и Хрегонн, быстро нашли общий язык с местными воинами, особенно после того, как в дружеском поединке Мурранг голыми руками поднял и перевернул самого здоровенного орка из шайки Рэда. Этот простой акт демонстрации силы мгновенно обеспечил нам уважение.

Я свою удаль молодецкую не проверял, всё больше наблюдал. Присутствовал на тренировках, которые здесь проходили ежедневно.

То, что я видел, впечатляло и настораживало одновременно. Индивидуальная подготовка у большинства бойцов была на высоте. Они владели мечами, топорами, луками, ножами. Двигались быстро, легко ориентировались на пересечённой местности, били сильно.

Это были опытные бойцы, прошедшие не одну стычку. Но как только дело доходило до группового взаимодействия, начинался хаос.

Никакого строя, никакой тактики, кроме «беги и руби». Полное отсутствие строевой дисциплины. Каждый был сам за себя. Сборище сильных одиночек, а не армия. В открытом поле их бы размотала любая плохонькая регулярная рота, просто за счет организации. Впрочем, для партизанской войны в лесу этого, возможно, было достаточно.

Я прикинул, что, если дело дойдёт до сражения, мне придется провести ускоренный курс «Тактика для чайников», начиная с самых азов. Мысленно я уже начал составлять план тренировок.

Оливер Рэд сам нашёл меня вечером второго дня. Я сидел у небольшого костра, который развёл на отшибе лагеря, и смазывал оружейной смазкой гномий меч и клевец.

Атаман, несмотря на приличный возраст, подошел бесшумно и сел напротив. Он сильно изменился за эти два дня. Куда-то исчезла былая расслабленность лесного хозяина. Его лицо стало с одной стороны одухотворённым, а с другой, в ней появилась мрачная решимость человека, который принял решение, и это решение ему не нравится, но другого пути нет.