Чтение онлайн

– Бри-Кабрика-Брей! – услышал он прямо над своим ухом.

– Пощади меня, почтенный монах! – взмолился Брикабрей.

– Никак убоялся ты монаха? – ответил на это Такуан, стоявший рядом.

Брикабрей понял, что опасность миновала, и с шумом выдохнул, разминая жирной ладонью бешено стучащее сердце.

– Он, – сказал колдун, – он с одного маха оборотня убил! И меня хотел убить! И тебя, уважаемый, убьёт. Стоит ему понять, что ты не прорицатель, а из Донной Страны посланник! Никак нам нельзя с монахом встречаться больше!

– Идём в Мандалай! – сказал Такуан голосом прорицателя. – Так требуют звёзды.

Он помолчал и добавил:

– Тёмный Владыка там приготовил тебе следующее испытание. Здесь ты хорошо справился, не убоялся с оборотнем лицом к лицу встать.

Колдун засиял от гордости.

– Я этого оборотня своим волшебством на землю бросил. И к воротам приложил! – показал Брикабрей толстым пальцем на створку ворот, в которой была хорошая промятина. – А потом заявился монах-комусо и всё испортил. Я и без него справился бы! Вот негодный комусо! Сейчас я ему всё выскажу!

Колдун уже и позабыл, как только что трясся от ужаса об одной мысли о встрече с комусо. Он вскочил на ноги, готовый бежать на постоялый двор.

Такуан представил себе, сколь быстро при встрече с монахом напускная храбрость пересохнет у Брикабрея на лице, и улыбнулся.

А колдун схватил Такуана за рукав:

– Пойдём со мной!

Надобно сказать, что Такуан обнаружил трусливого колдуна за колодцем вовсе не потому, что искал, где тот спрятался. Стоило Такуану увидеть монаха-комусо с двумя волками, как он тут же его узнал. Это был тот самый монах, что возвращался в ставший Такуану родным горный монастырь тем самым днём, когда Такуан из него сбежал, переодевшись в белую робу камунуси. Но об этом Такуан ничего колдуну не сказал. Вместо этого он повторил:

– Нет на разговоры времени! Ты не слышал, что ли, почтенный? Звёзды нас в Мандалае ждут!

И Брикабрей с Такуаном проскользнули обратно в свои комнаты, миновав собравшуюся в обеденной зале толпу. Они собрали свои нехитрые пожитки и, не дожидаясь рассвета, вышли на дорогу, которая вела в Мандалай.

Путники прошагали без остановки всю ночь, а затем и следующий день. К вечеру Такуан с Брикабреем расположились на ночлег. Лисёнок Дзин, всю дорогу сидевший у Такуана за пазухой, выскочил и шмыгнул в кусты.

С помощью нехитрого волшебства колдун развёл костёр, на котором они поджарили овощи, прихваченные с постоялого двора. После ужина Такуан растянулся на ещё тёплой от солнечного тепла траве и задремал. Брикабрей пристроился рядом и закрыл глаза, притворяясь спящим. Волшебные колбы из дорожной сумки Такуана никак не покидали его мыслей.

Выждав порядочно, колдун приоткрыл глаза. Солнце уже скрылось за горизонтом, но на смену ему вышла полная луна, и потому ночь выдалась ясной и светлой. Утомлённый путешествием Такуан крепко спал. Его грудь мерно поднималась и опускалась, одна рука была подложена под голову, а вторая прикрывала дорожный мешок, в котором Такуан хранил золочёный обод, изумрудное ожерелье и добытые в монастыре волшебные колбы.

Брикабрей встал и прошёлся вокруг, вглядываясь в траву. Наконец он нагнулся и выдернул длинную тонкую соломинку с метёлкой семян на конце. Колдун подкрался к Такуану и принялся этой соломинкой щекотать ему ухо. Такуан беспокойно завозился. Ему снилось, как он убегает от целого полчища комаров, которые так и норовят усесться ему на уши. Он попытался согнать их во сне руками, а наяву же снял руку со своего дорожного мешка и хлопнул себя по уху.

Колдун резко отдёрнул соломинку. Комары улетели. Такуан снова погрузился в крепкий спокойный сон, посвящённый летней рыбалке. Он сидел у пруда с длинной удочкой, к самому концу который была привязана леска с наживкой. Говорили, что в этом озере водятся говорящие карпы, но изловить их необычайно сложно. Такуан сидел на берегу. Карпы сидели в пруду. Во сне стояла такая тишина, что Такуан сперва задремал, не выпуская удочку из рук, а потом и вовсе заснул в собственном сне. Ему приснилось, как он играет со своей сестрёнкой в залитом солнцем дворе и они хватают большие глиняные кружки, наполняют их водой и плещут друг в друга. Вода ударила Такуану в лицо, и оказалось, что он в своём сне потерял равновесие и повалился в пруд прямо к говорящим карпам, которые принялись орать: «Проснись, почтенный!»

Такуан затряс головой и проснулся, теперь уже окончательно. Рядом с ним сидел Брикабрей, который, схватив Такуана за плечо, громко шептал: «Проснись, уважаемый! Проснись!»

Кроме Брикабрея, никого Такуан не заметил. Разве что глаза лисёнка по имени Дзин светились из дорожной сумки двумя голубыми точками.

– Что? – спросил Такуан колдуна.

– Сокровище! – зашептал Брикабрей, хотя поблизости не было никого, кто мог его услышать. – Я сокровище нашёл!

И колдун потянул Такуана в кусты. Проделав две неровные дыры в зарослях смородины, Такуан и Брикабрей вышли к большому вязу, листья которого поблёскивали серебром лунного света.

– Что за сокровище? Куда ты меня привёл? – недовольно промолвил Такуан, озираясь по сторонам.

– Вверх, вверх смотри! – сказал ему колдун.

Такуан посмотрел вверх, и в его глазах заиграли золотые искорки. Прямо у них над головой, запутавшись в ветках вяза, висел покрытый золотом боевой посох.

– Ух ты! – восторженно прошептал Такуан.

– Вот-вот! Повезло так повезло! – довольно сказал Брикабрей.

– Как же ты его нашёл?

– Не спалось мне что-то. И я решил прогуляться. Поднимаю голову на луну посмотреть, а там – вон что!

Брикабрей слукавил. Дело было вовсе не так. Стоило Такуану крепко заснуть, как Брикабрей принялся его щекотать. Когда Такуан от щекотки повернулся на другой бок, колдун запустил руку в дорожную сумку, где хранились волшебные колбы, и вытащил одну из них. Внутри колбы переливалась зелёная хмарь.

«Ещё один оборотень? – задумался Брикабрей. – Или, может, частица Тёмного Владыки?» В умных книгах он как-то вычитал, что могущественные колдуны умели от себя отщеплять частицы и сохранять в разных вещах, наделяя их волшебными свойствами. Брикабрей могущественным колдуном не был.

Чтобы получше рассмотреть содержимое колбы, Брикабрей поднял её повыше и прищурился. Как назло, кусты смородины загораживали ему луну. Ничего толком было не разглядеть. Брикабрей сделал шаг вперёд, не глядя под ноги. Он запнулся обо что-то мохнатое и повалился вперёд, сжимая колбу в кулаке. Захлопнув от страха глаза, Брикабрей упал в траву и угодил лицом в перезрелый гриб, который разлетелся на части с противным хрустом. А колба выскользнула из толстых пальцев колдуна и попрыгала по притоптанной траве.

«Наракасура!» – выругался про себя колдун и потянулся за колбой. Но его опередили. Лисёнок по имени Дзин схватил колбу своими острыми зубами и, отскочив в сторону, припал к земле, словно дразня колдуна.

– Ах ты, негодная лисица! – ругнулся колдун и, вскочив на ноги, попытался ухватить лисёнка.

Но не тут-то было. Дзин ловко увернулся и прыгнул в кусты. Брикабрей ринулся за ним. Лисёнок петлял по кустам взад-вперёд, пока не вывел колдуна к большому вязу. Он уселся в корнях и, сжимая в зубах колбу, помахал запыхавшемуся колдуну хвостом. Тот прыгнул вперёд, намереваясь ухватить если не самого лисёнка, то хотя бы его хвост.