Чтение онлайн

Альвинора затаила дыхание. Мужчина стоял совсем близко, а в его голосе не наблюдалось ни капли иронии или насмешки, сейчас он был серьёзен.

— Да, мне очень нравится… — выдохнула она на эмоциях. — И творение, и его создатель, — и смолкла, осознав, что сказала лишнее.

— Мне тоже нравится и творение, и его заказчик… — вдруг ответил архимагистр ей в тон, обдав горячим дыханием затылок и заставив вздрогнуть. — Кажется, вы хотели потанцевать?

Ещё один щелчок пальцев — и по комнате разнеслась негромкая музыка. Она так и манила двигаться в такт, подчиниться плавному течению и отдаться на волю проникающих в душу звуков. Краем сознания Альвинора ощутила тепло мужских приконовений, когда дроу заключил её в объятия и закружил по комнате. Кажется, он сотворил какое-то заклинание, чтобы расширить пространство для танцев, потому что раньше его спальня уж точно не была такой большой.

Аль наслаждалась и самим танцем, и этим невообразимо прекрасным вечером. Ноги двигались сами собой, мужчина вёл уверенно, но плавно. Его сильные руки сжимали не крепче, чем следовало, но попытайся Аль отстраниться, он бы наверняка никуда не пустил. Но ей вовсе не хотелось отстраняться.

Сколько они так танцевали? Одни танец сменялся другим, а она тонула в его разноцветных глазах, в которых постепенно разгорался странный огонь. Сердце колотилось в груди с таким неистовством, будто собиралось вырваться на свободу и ускакать поближе к звёздам.

Их танец постепенно замедлялся, пока не превратился в топтание на одном месте. Она пропустила тот момент, когда Тёмный наклонился слишком близко. Вот его сверкнувшие красным глаза оказались совсем рядом, а в следующий момент тёплые губы накрыли её рот.

Аль дёрнулась, не вполне понимая, что происходит. А потом мир покачнулся, когда архимагистр углубил поцелуй и притиснул её к себе с такой силой, что она охнула. В противовес крепким объятиям его губы были очень нежными, мягко и бережно приоткрывая для неё мир взрослых наслаждений. Она потеряла счёт времени, просто смежила веки и с отчаянно бющимся сердцем впитывала восхитительные ощущения, которые были в новинку, немного пугали, но в то же время манили не останавливаться.

В висках стучала кровь, по жилам бежал огонь, выжигая всё то, что она раньше знала о близости мужчины и женщины. Нет, именно сейчас Альвинора ощущала небывалое единение, словно двое стали одним, словноу них на двоих одно дыхание. Был ли это отголосок их связи, или так всегда происходит, когда целушь того, кто тебе дорог, она не знала, но отдалась происходящему целиком и полностью.

Алакдаэру не нужно было видеть лицо Альиноры, чтобы понять: она не оттолкнёт. Благодаря связи он чувствовал сейчас всё то же, что и она, её удивление, трепет, радость, а потом и восторг, и к этому примешивались его собственные противоречивые, но такие упоительные чувства. Невообразимые ощущения как бы двустороннего осознания ситуации, от которых захватывало дух!

Ал дарил ей наслаждение и сам получал столько же, он видел в ней отражение себя и сам отражался в её душе. Может ли быть что-то более употельное, чем то, что сейчас испытывали они оба?

Девушка застонала, вырывая его из мира сладких грёз, и архимагистр пришёл в себя. Он открыл глаза и, с сожалением оторвавшись от её губ, сжал челюсти. Не дав Светлой опомниться, он навеял на неё сонные чары, и она обмякла в его руках.

«Эх, всё-таки не сдержался!» — обречённо подумал дроу, подхватил Альвинору на руки и осторожно уложил на постель. Но при этом Ал прекрасно понимал, что повторись подобная ситуация, всё равно поступил бы так же.

Некоторое время декан смотрел на спящую девушку и не находил сил уйти. Хотел бы он иметь право к ней прикасаться и быть рядом, но слишком многое их разделяло. Правда, и объединяло многое, но это лишь пока. Думать о том времени, когда они разорвут связь, не хотелось. Даже не так: это было мучительно.

— Что, Алакдаэр, твоя защита постепенно рушится под её нежными ручками? — попенял он себе, прекрасно понимая, что должен сохранять ясность разума, открыл портал и ушёл от греха подальше на крепостную стену. Туда, где нет соблазнительных беззащитных девиц, а есть лишь тусклые звёзды и освежающая прохлада зимней ночи, способная привести в порядок разбредающиеся мысли и напомнить, что думать Ал должен не о мерцающих голубых глазах, пушистых ресницах и манящих приоткрытых губах, а совсем о другом.

— Отец! — Эвилина постучала в гостиную отца, но тот не ответил Тогда она распахнула дверь и вошла, но была остановлена повелительным жестом правителя, который в этот момент как раз с кем-то общался по большому настольному маджету.

— Отец, я прошла зимние испытания! — начала она, но король повторил предупреждающий жест, а потом установил вокруг себя звуконепроницаемый барьер.

— У тебя никогда нет на меня времени! — Лина от досады топнула ногой и выбежала из гостиной. — Ненавижу!

— Таким поведением вы только отталкиваете отца, — проговорил невесть откуда взявшийся тёмный декан, заступая дорогу.

— Вы… Вы всё слышали! — ахнула принцесса.

— Не советую вам держать всё в себе. Если хотите с кем-то поделиться переживаниями, у вас есть люди, готовые прийти на помощь и поддержать. И не только люди…

Эвилина уставилась на Тёмного и не поверила своим ушам. Это было так странно — слышать слова поддержки из его уст… Впрочем, больше он ничего не сказал и направился прочь, а Лина так и стояла, глядя ему вслед.

— Архимагистр Аркент’тар прав, — раздался вдуг голос светлого декана совсем рядом. Наследница обернулась и увидела эльфа, выходящего из-за занавески.

— Вы тоже подслушивали?

— Эм… Я бы лучше сказал, что охранял свою подопечную.

Она скептически выгнула бровь.

— Не знаю, как другие, но я всегда готов вас выслушать, Принцесса, — гнул свою линию архимагистр. — Можете считать меня не только наставником, но и другом. Вы ведь нуждаетесь в друзьях, я прав?

— Да, в друзьях я нуждаюсь. Но он, этот гадский Тёмный…

— Адептка Мастэрс, — декан перешёл на более деловой тон, — я хочу вам кое-что рассказать. Думаю, время пришло и это поможет вам не совершить в будущем множество ошибок.

— Правда? — насмешливо поинтересовалась она. — И что такое важное вы хотите мне сообщить?

— Когда принцессе Эвилине Линнской (знаете такую, да?) было около двух лет, архимагистр Аркент’тар спас ей жизнь, из-за чего сам очень сильно пострадал, — сообщил наставник, голос которогобыл необычайно серьёзен. — Обычно он восстанавливается после ранений за несколько часов, в зависимости от тяжести травм. Но в тот раз ваш декан (тогда он ещё учился в Линнской академии и был адептом-третьекурсником) выздоравливал целый месяц — слишком тяжёлые были травмы, а количество разрушительной магии, которую он принял на себя, защищая наследницу своим телом, огромно.

— В-вы… — дрогнувшими губами проронила Лина, — говорите о том дне, когда моя мама…

— Да, о том самом дне, когда королева была убита и вы едва не последовали за ней, — уточнил эльф. — Бывший ректор Линнской академии, профессор Димир Владас, привёл лучших адептов во дворец на бал, посвящённый окончанию Великого Турнира. Я был среди них, Аркент’тар тоже. А ещё в тот год именно он был победителем внутриакадемического турнира среди третьекурсников. Там, во дворце, всё и произошло.

Эвилина некоторое время молчала, оглушённая новостями.