Чтение онлайн

— Просим, просим! — все захлопали в ладоши.

Андрей сел за рояль, и надо сказать, играл он весьма недурно. Лиза встала рядом и запела:

— Прекрасное исполнение! — похвалила ребят Наталья Алексеевна — Есть ли у вас какое-то собственное произведение, и если есть, не желаете ли исполнить?

— Если позволите, то мы можем спеть песню на мои стихи. Мелодию написал Андрюша.

— Отлично! Мы ждём…

Андрей проиграл вступление и Лиза запела:

— Изумительно! — заявил Павел Петрович — а теперь возвращайтесь за стол, сейчас подадут вашу награду. Мороженое.

Мороженое — это великолепно! Я и в своей старости обожал мороженое. Редкостное в эту эпоху лакомство страшно понравилось и взрослым гостям, а что говорить о юных существах? Они просто пропали в своих розетках. А я подумал, что пришла пора создавать промышленную установку для получения аммиака, а после этого срочно изобретать бытовой холодильник.

Визит удался. На прощание Павел вручил гостям небольшие семейные портреты, на которых изображены они с Натальей, держащей на руках сына. На портретах имелась собственноручно сделанные подписи Павла и Натальи. Я посоветовал так одаривать посетителей, и мой совет пришёлся ко двору. А моим друзьям теперь будет завидовать вся губерния — кто ещё побывал на семейном чаепитии императорской семьи?

Провожая гостей, я уже у дверей машины за локоток придержал предводителя:

— Модест Петрович, я знаю Вас как прекрасно образованного и сильного характером человека. Разрешите дать Вам маленький совет?

— От всей души буду благодарен Вам за него, Юрий Сергеевич.

— Вот мой совет: заведите дружбу с прусскими агрономами и ветеринарами, даже если для этого нужно будет съездить в Берлин. Агрономы и иные специалисты вам потребуются для ваших трудов. Договоритесь о консультациях и об обучении у них русских студентов. Когда Вы с Сильвестром Гордеевичем проведёте аграрную реформу в Обоянском уезде, вам предстоит сделать то же самое в Курской губернии, а если всё у вас сложится благополучно, то быть Вам министром сельского хозяйства России, а Сильвестру Гордеевичу вашим первым товарищем. Говорить о сем я рекомендую только с вашим товарищем, женщинам же знать пока рано. Договорились?

— Всё сделаю по Вашему слову, Юрий Сергеевич! — рассыпался в благодарностях предводитель.

— И крепко помните: я никогда не откажу Вам и Сильвестру Гордеевичу в помощи.

Назначив меня фактическим министром промышленности России, Павел, наверное, и не подозревал, какой объём работы он взвалил на меня. А я ему, в качестве коварной мести, обеспечил уйму головной боли. Для полноценной работы мне оказались нужны несколько вещей: во-первых люди, и Россия могла мне их дать. Со скрипом и огромным напряжением сил, но могла. Второе — это ресурсы для огромного строительства в разных частях страны. Это тоже вполне решаемо: земля выделяется, лес рубится, кирпич и черепица обжигаются… Но вот денег для закупки необходимых станков в казне не было. Павел в этом случае поступил так же, как большевики в своё время: стал продавать ценности из Алмазного фонда, Зимнего дворца и Оружейной палаты. Взамен из Англии пошли станки, которые и устанавливали в первую очередь на станкостроительных заводах.

Производство средств производства — вот краеугольный камень промышленности. Мы строим станки. Пока это копии английских и французских станков, но наши инженеры уже думают и над собственными конструкциями. Машины для привода станков мы уже выпускаем серийно: нефтяные двигатели Яковлева.

Тут следует уточнить, что у нас пока лютый дефицит нефти: добыча её на Северном Кавказе только разворачивается, доставлять нефть мы планируем по Тереку — в эту эпоху он судоходен, по крайней мере, для плоскодонных судов. Потом по Каспию в Волгу, а уж по Волге дорожка проторенная. Но пока нефти мало. Выход нашли химики и технологи: общими усилиями они создали газогенератор, вырабатывающие из древесины горючий газ для двигателей. Для стационарных двигателей — это самое милое дело, для тихоходных тракторов тоже вполне хорошо. Частично система приемлема для всяких речных и морских судов, и уж совсем неприемлема для автомобилей царского гаража, но уже из-за вопросов престижа.

Первую модель нефтяного двигателя вовсю строят целых четыре завода, а сам Акакий Протасович передал дела и должность на своём заводе племяннику, занявшись проектированием новых, более мощных двигателей. Новые моторы ждут производственники, под них уже конструируются железнодорожные локомотивы. Адмирал Грейг уже накричал на меня: почему я такой-сякой ещё не обеспечил флот двигателями нужной мощности и в необходимых количествах???

Впрочем, с Грейгом мы договорились полюбовно: на Адмиралтейских верфях строится беспарусный фрегат, оснащённый стальным каркасом, с двумя двухорудийными блиндированными башнями. Двигатель для него только проектируется, а установят сразу два — по мотору на винт. Это придумал корабельный инженер, а Грейг, опытный моряк, задумку оценил и одобрил. Я лишь добавил, что моторы нужно разместить в изолированных отсеках, на случай затопления одного из них. Ну и заикнулся по поводу системы контрзатопления, о которой помню вполне случайно, ибо не моряк. А вот моряки сразу сделали стойку, и принялись перечерчивать свой изначальный проект.

А в один прекрасный день мы с Лизой, в компании трёх инженеров-строителей и директора моторного завода прибыли на приём к императору. Приём был согласован давно, заранее обсуждены и темы, которые будут затронуты, но таковы реалии протокола: важнейшие государственные дела, а особенно дела сулящие международный и даже исторический резонанс, следует обсуждать на многолюдных собраниях.

Всё было обставлено по высшему разряду: приглашены члены Совета Министров, важнейшие военные и морские деятели, руководство Академии Наук и представители дипломатического корпуса. В Большом зале Зимнего дворца, в том самом, что после пожара и перестройки получил название Николаевского, все и собрались. В зале расставлены удобные стулья для присутствующих, шикарные кресла для царственной четы. Для докладчиков заранее доставлен и установлен иллюстративный материал: макеты, модели и чертежи, до поры до времени накрытые белым полотном.

В полдень, с грохотом крепостной пушки, в зал вошли приглашенные господа и чинно расселись по заранее указанным местам. Мы тоже заняли свои места. Пятиминутное ожидание (никто не опоздал, это требование протокола), и входит Павел Петрович с Натальей Фёдоровной. Все встают, и стоят пока царь с царицей не уселись на место.

— Ваше императорское величество, разрешите начать моё сегодняшнее сообщение?

— Начинайте, дорогой Юрий Сергеевич.

А ведь волнуюсь! В зале, если не считать иностранных дипломатов, находятся самые важные и самые ответственные деятели страны этого времени. Каждое их слово стоит как золотой самородок, каждая их ошибка грозит бедствиями всей стране. Нет-нет, надо успокаиваться. Я кланяюсь царю и начинаю:

— Ваши императорские величества, высокое собрание! Мы здесь собрались для того, чтобы представить вашему вниманию новейшее средство путей сообщения, под названием железная дорога. Суть нашего предложения следующая: на землю укладываются пропитанные специальным раствором деревянные шпалы, поверх которых уложены чугунные рельсы. По рельсам будет двигаться локомотив, влекущий за собой вагоны с грузом или пассажирами.

По мере моего рассказа служители снимали полотно с рельсов и шпал, которые были выложены здесь. Чтобы не повредить драгоценный паркет, под шпалы и под другие наши экспонаты был подстелен войлок.

— Обратите внимание, уважаемые слушатели: для локомотива создан новейший шестицилиндровый двигатель мощностью в сто тридцать пять лошадиных сил! Главная заслуга в создании оного двигателя принадлежит присутствующему здесь Акакию Протасовичу Яковлеву.

Наш главный моторостроитель сделал шаг вперёд и поклонился.

— Огромную работу по созданию подвижного состава выполнил также присутствующий здесь Яковлев Гордей Гордеевич. Его стараниями создан локомотив, а также пассажирские и грузовые вагоны.