Чтение онлайн

Кто? Зачем?

Боль сверлила ему виски, словно тысячи ядовитых змей клубились в его трещавшей голове, мешая ему думать. Но он впервые ощутил яростное, страстное желание бороться с болью. Бороться с Вечностью.

Он ощущал. Чувствовал дождь. Камни под собой. Боль казалась ничтожной, в сравнении с этими чувствами. Он мог понять, что его куда-то отволокли, прислонили к стене. Больно защемило где-то в животе, но он не обратил на это внимание.

После Вечности кому-то вдруг стало до него какое-то дело…

Кто-то вырвал его из пучины мёртвого моря. Боль как-то опасливо теперь глодала его изнутри, Вечность стремилась вернуться, не давая ему ни открыть глаз, ни пошевелить руками, но теперь он понимал, что может и ей бросить вызов.

Но едва его перестали теребить снаружи, с новой жадностью и злобой накинулась на него Вечность, затаптывая его мысли, его чувства. Боль разжигала в нём всё новые и новые костры, страдания, из-за которых когда-то он метался и проклинал весь мир, теперь заставляли его, напротив, становиться покорным, не прекращались.

Чёрные волны мёртвого моря подхватили его и понесли куда-то. Вновь что-то нашёптывал ему на ухо Хозяин, вновь плакала сестра…

Но теперь сквозь эти голоса, сквозь эту боль он чувствовал ещё один звук.

Как разбиваются о камни капли дождя.

Сати облазал всю округу, и, наконец, нашёл достаточно сухую пещерку. Она была чуть выше уровня подножия, но словно специально созданная для жилья. Мягкие растения спускались откуда-то сверху, загораживая вход и не давая солнечному свету по утрам будить жителей слишком рано. Белый песок служил ковром, ноги тонули в нём по щиколотку, но он не кололся и не был каменистым. Округлые стены, выгнутые, как будто когда-то здесь прокатился огромный каменный шар, сверху тоже заросли какими-то растениями. Пещерка была небольшой, не слишком тёмной, и даже не очень влажной, хотя иногда откуда-то тянуло сыростью. Сати спустился вниз, и его ноги мгновенно оказались в какой-то жидкой грязи - вчерашний ливень размыл вокруг всё.

Его уже два дня, как нет. Скоро надо будет идти домой, а то мама взволнуется, и, не дай Свет, пошлёт кого-нибудь из братьев его искать.

Но ещё больше его пугало то, что он почти перестал бояться Воина Тени. За ночь, которую он провёл в пещерке, он совсем успокоился, и ни разу ему не померещились какие-то ужасы, которые не так давно преследовали его дома.

Он не понимал, почему это происходит. Ему было жутковато оттого, что он не знал, почему именно ему было предписано оказаться рядом с погибающим Воином Тени. Странно было представить себе, что каким-то высшим силам понадобилось спасать слугу Зла. Но ничего другого Сати не мог придумать, потому что знал одно: он бы убежал, если бы призрачное что-то его не задержало. Какая-то сила хотела, чтобы он помог Воину Тени, и не давала ему убежать, даже когда он увидел жуткие доспехи. Сати даже не исключал, что это могла быть Сила Ночи, сопутствующая Воинам Тени, если верить всем тем легендам, что наслушался Сати в своей деревне. Но, в любом случае, он не мог ей противиться.

Редко когда в его деревне появлялись Хранители. Они бродили по свету, рассказывая людям легенду о Тёмных Временах, пробуждая в них веру в Свет. По их словам, Сила Ночи жила до сих пор, и могла смутить душу любого. Сати слушал их внимательно, вглядывался в их светлые, розовые лица людей, не знающих никаких бед, в лучистые глаза, смотрящие мягко и немного снисходительно, но они только отталкивали его. Они говорили о Свете как-то неискренне, слишком восторженно и пафосно. Только один Хранитель за всю его жизнь своим рассказом затронул самое его сердце. В отличие от остальных, он был всегда печален, и говорил не просто о Свете, но о Силе Дня, которая должна вести любого. Она охраняет людей от возрождения Хозяина. Он грустно улыбался, говоря, что Свету, чтобы хранить спокойствие в мире, нужна помощь людей. Никто другой из Хранителей не говорил ничего подобного. Он вообще был отличен от прежних Хранителей. Его белые одежды были испачканы из-за долгой дороги, а шею оплетал белый шнурок.

Сейчас Сати думал, что, должно быть, одной Силы Ночи мало, чтобы вытащить Воина Тени, и она решила воспользоваться простым мальчишкой, бродившим поблизости. Вероятно, ему не хватило веры в Свет, чтобы защититься.

Уверенный, что лучше не перечить высшим силам, он вновь отправился к тому месту, где вчера оставил Воина Тени.

Это был высокий, ладно сложенный человек, явно очень сильный, но сейчас казавшийся совершенно беззащитным. Под ним так подмыло землю этой ночью, что он сполз, и сейчас опять лежал, почти что лицом в грязи.

Сати, крякнув, потащил его на себя. Мокрая трава хлестала по босым ногам. Руки, казалось, вот-вот отвалятся, но снять с Воина тяжёлые доспехи Сати не решался.

Только до колен извозившись в грязи, он сумел дотащить Воина до пещерки. Пот катился с него градом.

Как назло, вовсю шпарило солнце. Его яркие лучи отражались с ещё мокрой травы и камней, но Сати было некогда любоваться природой. Он щурился и даже был немного зол на излишне жаркое утро. Он уже не чувствовал никаких сил, и потому привалился к камням, чтобы передохнуть.

Иногда он косился на Воина Тени. Тот по-прежнему не шевелился, и, кажется, даже не дышал, но определённо был жив. В чём причина, Сати не мог понять.

От Воина исходил холод. Сати так и подмывало всё бросить и побежать скорее в деревню, но едва его посещали такие мысли, ноги словно отказывали ему.

Поднявшись, опираясь на склизкий после дождя камень, он прошёл немного в траву, туда, где она была зелёная и заманчиво блестящая, и упал лицом в землю.

Он не знал, сколько пролежал, вдыхая аромат трав. Но потом поднялся, отряхивая с себя прилипшие мокрые листочки, и побрёл, стряхивая капельки воды с травинок, куда-то в сторону. Он уже не думал бежать, потому что знал, что у него ничего не выйдет. Непонятные, неслышимые приказы были его собственными мыслями.

Первоначальный испуг уже давно прошёл. Он был всего лишь человеком, всего лишь мальчишкой. Если какая-то сила приказывала ему, он не мог не повиноваться ей. Другое дело, что он не мог понять, сила ли это Ночи, или Дня, Смерти, или Света.

Ему вдруг померещилось движение рядом. Он обернулся, но ничего не заметил.

Потом послышался смех. Заливистый, звонкий девичий смех.

– Эй!
– позвал Сати, недоумевая, вертя головой.
– Эй! Кто здесь?

Поле было бескрайним, но никого Сати не видел. Его глаза скользили по верхушкам травы, но смех звучал, а того, кто смеялся, не было видно.

– Эй!

Смех раздался совсем рядом. Сати нахмурил брови.

– Ну, выходи!

Появилось ощущение, будто бы тот, кто смеётся, куда-то зовёт его. Смех становился то тише, то громче.

Сати был уверен, что смеётся девушка. Не девочка - у них, вроде как у Тии, смех какой-то излишне звонкий и слишком неестественный. Но и не взрослая женщина - у них смех тоже заливистый, но какой-то густой, зрелый, что ли.

Сати пошёл по звуку, разгребая траву.

– Эй! Я тебя поймаю!
– пригрозил он, переходя на бег.

Смешливая девушка хохотала всё звонче и веселее, но потом вдруг замолчала.

Сати остановился.

– Куда ты делась? Эй!

Он убежал не так далеко, как казалось на первый взгляд. Чёрная и блестящая стена скалы виднелась по правую руку от него. А над ним сейчас нависал край горы, какой-то неестественно выдающийся вперёд, и вот-вот норовящий обрушиться.

Сати поёжился. Неужели, всё ему показалось?

Ему почудилось лёгкое прикосновение. Он вздрогнул и обернулся, заодно протягивая руку, чтобы, если что, схватить шутницу за подол, а то и за косу, но ухватил только пустоту.