Чтение онлайн

Я знала, что мои щеки начали немного розоветь, что было не очень хорошим сигналом. Меня очень сильно тянуло к нему, несмотря на то, что я хотела его ненавидеть, но что-то не очень хорошо получалось.

Он усадил меня на столешницу возле раковины в царстве Вивиан.

Кухня была отделена от обеденной зоны, это была небольшая комната с кучей шкафчиков и полочек, где Вивиан хранила травы и специи, коренья и консервированные продукты.

– Я сейчас посмотрю, что есть в холодильнике.
– Вик открыл дверцы моего серебристого друга и задумчиво начал вглядываться.
– Есть рыба, куриные отбивные и непонятная фигня.

Под непонятной фигнёй он имел овощное рагу, которое как считала мать очень полезное.

– Я хочу омлет.

Виктор достал пару яиц и молоко. Буквально несколько минут и вот, в моих руках уже была тарелка с омлетом.

– Господи, - я взвыла от удовольствия, - Это так вкусно.

Вик засмеялся.

– Ешь маленькими кусочками, а то может стать плохо. Твоя мать сказала, что ты трое суток нормально не питалась, а только вливала в себя кофе.

Я хотела закатить глаза, но потом передумала.

– Она волновалась?

– Она заходила каждые тридцать минут в твою комнату, чтобы проверить, всё ли хорошо.

От удивления мои глаза, наверное, округлились. Мать никогда не проявляла заботу и внимательность по отношению ко мне. Возможно, после смерти отца, она начала по-другому смотреть на то, что происходит вокруг.

Виктор забрал у меня тарелку и положил её в раковину. Его руки упёрлись в столешницу по обе стороны от меня, а его взгляд пристально смотрел на меня.

– Ты простишь меня?
– его голос был тихим и глубоким.

Я смотрела в его глаза, потом мой взгляд опустился на его губы. Его нижняя губа была пухлее, как будто манила.

Я не знала, что со мной происходит, но моя рука сама потянулась к его лицу. Я накрыла ладонью его щёку, щетина слегка колола мою кожу.

– Джесс, ты можешь ответить мне? Это важно, - его голос стал более глубоким, отчего по моему телу побежали мурашки.

Я долго колебалась, я не знала, поступаю я правильно или нет, но я сказала то, что давно хотела.

– Поцелуй меня.

Он замер, как будто услышал что-то не понятное и сейчас пытался разобрать мои слова.

– Что?

– Поцелуй меня, пожалуйста.

Он медленно придвинулся ко мне, так что нас разделяли всего пару сантиметров. Я могла чувствовать тепло его тела. Я даже слышала, как ускорилось его сердцебиение.

Он накрыл мои губы своими и что-то пошло не так…

Знаете, это как если бросить мятную конфетку в бутылку с колой.

Его губы были мягкими и горячими, они с нежной грубостью впивались в мой рот, что у меня вырвался стон. Он углубил поцелуй. Его руки легли на мою поясницу под резинкой шорт. Я готова была сорвать с него одежду, которая скрывала его достоинства. Я скользнула пальчиками под его футболку, и он отстранился.

– Это значит, что ты меня простила?

Я не смогла сдержать улыбки.

– Я не только тебя простила, но и дала кое-что понять.

Вик улыбнулся своей красивой улыбкой.

– Кстати, - я вспомнила кое-что важное.
– Я хочу, чтобы Кит стал начальником безопасности. Что ты думаешь по этому поводу?

Виктор удивленно посмотрел на меня.

– Кит?

– Ну да. Ему не обязательно иметь гору мускулов, у него есть мозг и отличные способности. Он может выполнять работу исходя из ума, а не из-за того, что в нём тонна протеина.

Виктор снова засмеялся.

– Вообще это очень логично.

– Обрадуешь его? А я сообщу охране.

Вик кивнул.

– А кто же я?

Он уставился на меня с таким невинным выражением лица, как у младенца.

– А ты мой парень, неужели не понятно?

Он засмеялся. Его губы нежно накрыли мои, и я поняла, что вот он тот маленький рай. Находиться на темной кухне, в крепких объятиях и получать нежные поцелуи, забыв про всё, что твориться в сумасшедшем мире.

Через неделю я переехала, Вик таскал тяжелый коробки, я видела, как он напрягался, но как только я переводила на него взгляд, он делал вид, что Геракл и эти коробки совсем ничего не весят.

– Ты как ребёнок, - я не могла это не сказать.

Я распаковывала коробки и расставляла вещи на места.

Из кучи книг вылетел конверт. Не сложно было вспомнить, что это именно тот конверт, что отец отдал перед своей смертью. Воспоминания об этом, очень больно саднили где-то глубоко внутри. Боль давно притупилась, и стала лёгким напоминанием о том, что пришлось пережить.

Виктор поднял конверт и покрутил его.

– Точно такой мне дал мистер Оливер, - он посмотрел меня немного испуганно, как будто внутри у него оказалось что-то взрывоопасное.
– Я могу вскрыть?
– это звучало слишком осторожно, как будто он боялся задеть мои чувства.

– Конечно, прочтёшь что там?
– я направилась в кухню, если её так можно назвать. Она была совмещена с гостиной, эти две комнаты разделяла лишь барная стойка.

Я раскладывала тарелки, когда за спиной почувствовала тепло. Виктор аккуратно встал сзади и перед моим лицом оказался маленький клочок бумаги с комбинацией цифр.

– Я, конечно, хорошо знал твоего отца, но такого я не ожидал.

Мой отец был очень странным человеком, но то, что он оставил для меня всего лишь непонятные цифры, меня расстраивало. Я надеялась, что он оставит для меня трогательное письмо, наставления, даст совет как справиться со всем. Но то, что я могла получить от отца утешение, оказалось не чем иным, как цифры.

– Чтобы это могло значить?
– Виктор почесал затылок и уставился на эту бумажку, как будто ответ мог прийти сам собой.

Но ответ пришёл ко мне раньше, чем я сама того ожидала.

– Это номер банковской ячейки.

Вик поднял на меня глаза, как будто я открыла Америку и расплылся в нежной улыбке.

– Ты уверена?

– Ну, у нас есть только один способ узнать это, наведаться в банк. Но от ячейки должен быть ключ, а его отец мне не оставлял.

В конце концов, мы решили отложить до утра решение этой задачи.

– Останешься у меня?
– мне было немного неловко это спрашивать, потому что я не знала, что он мог подумать про меня. Мои щёки предательски вспыхнули.

В глазах Виктора промелькнуло что-то мне не понятное, но его нежная улыбка дала понять, что он останется.

Я не знала, как мне себя вести с ним наедине. То, что мы будем лишь вдвоём в этой квартире, селило в моей голове разные непристойные мысли, но я старательно их отгоняла. Не могу же я наброситься на парня, как бешенная самка богомола.